Читаем без скачивания Вечер вне дома: Сборник - Джеймс Хедли Чейз

Я немного подумал.

— Послушай, Домби, возвращайся-ка ты назад в город. Во-первых, неразумно нам обоим болтаться в этих местах. Кто-нибудь нас может узнать, а если нас двое, то такая возможность станет в два раза больше.

Во-вторых, меня просто тошнит от твоих штанов, от одного их вида. Поезжай снова в Лондон. Я остановлюсь здесь в гостинице «Полная бутылка». Вернувшись в город, позвони мне и сообщи номер телефона, по которому я смогу тебя найти. Дошло?

Он ответил, что дошло, потом добавил, что привык подчиняться приказам, но это довольно печально.

— Почему?

— Эта малюточка в «Полной бутылке»! Ты обратил внимание, какая она прелесть? Она в меня уже здорово втрескалась, а я теперь уезжаю. Вот всегда так: стоит мне начать крутить любовь с какой-нибудь крошкой, как все надо бросать!

— Ничего, будут и другие. Ты найдешь себе получше в Лондоне, но смотри, чтобы она не запустила в тебя всерьез коготки, как это проделала француженка!

Домби бросил на меня кислый взгляд и уныло повторил:

— Тебе хорошо говорить, но, ей-богу, стоит мне завести серьезный роман с хорошей девчонкой, как меня тут же отсылают прочь... Мне всегда не везло. Какого дьявола... я даже из-за этого расстроился.

Я громко засмеялся.

— Ты расстроился? Это невозможно. А сейчас из-за кого ты расстроился?

— Послушай, вчера вечером я заметил прелестную крошку. Она шла по дороге к лужайке Брокхэма, и, скажу тебе, это была ягодка. Поверь мне, у девочки есть все, чем можно гордиться. Клеопатра, и даже больше. Такой красотки я ни разу не встречал. И что ж я сделал?

— О’кей,— сказал я,— выражаю тебе сочувствие, если от этого станет легче. Так что же ты сделал?

— Я бросил на нее обжигающий взгляд. Хочешь — верь, хочешь — нет, но я вложил в него все свои чувства.

— И она прореагировала?

— Еще как! Посмотрела на меня так, что я готов был ринуться за нее в драку с любым прохвостом. Ты знаешь эти взгляды! Потом повернулась ко мне спиной и вошла в коттедж, заросший плющом. Она подарила мне второй взгляд, когда запирала калитку. Говорю тебе, я сразу же приглянулся этой крошке. Мне оставалось дождаться только второй встречи, и дело было бы в шляпе. А вместо этого мне приходится тащиться в Лондон.

— Кто знает, а вдруг я оказываю тебе огромную услугу и избавляю от горя и несчастья. Эта красотка, может, совсем тебе не подходит. А вдруг она вбила себе в голову невесть что о своей особе и будет тобой помыкать, как захочет.

— Возможно. Но мне бы хотелось самому в этом убедиться. Послушай, Лемми, положа руку на сердце, торжественно заявляю, что это — настоящий цветок. Она сражает наповал!

Домби стал ворочать глазами, желая наглядно показать силу овладевшей им страсти, потом вздохнул, как кит, запасающийся воздухом перед погружением в воду.

— Послушай, Лемми. Она брюнетка с большими глазами цвета аметиста, от взгляда которых у тебя все внутри переворачивается. И у нее такая фигура, что у меня просто не хватает нужных выражений. На ней брюки для верховой езды, васильковая рубашка из шелка, а на ногах хорошенькие коричневые сапожки. Она так хороша, что хочется целиком ее проглотить, без соли и перца. В этой крошке все замечательно, если не считать одного мизинца.

Что-то щелкнуло у меня в мозгу. Пару минут я молчал, потом спросил как бы невзначай:

— А что с ее мизинцем?

Домби пожал плечами.

— Да с ним ничего не произошло: просто на левой руке он у нее немного искривлен. Но мне это даже нравится.

В душе я сам себе подмигнул. Похоже, что-то уже есть. Наверно, вы не забыли описание сестры Варлея, которое я привел генералу? Если помните, тогда вы поняли, почему у меня поднялось настроение.

— Вот я и решил сегодня вечером поболтать здесь и подождать, когда эта малютка выйдет погулять. Я надеялся, что мы с ней столкуемся. А теперь мне надо сматывать удочки, а это никуда не годится!

— Еще как годится! — сказал я.— Ты поедешь в Лондон и позвонишь мне оттуда, как мы договорились. Не мешкай, отправляйся немедленно, и если я замечу девочку, подходящую под твое описание, то присмотрю за ней. Для тебя конечно.

— Черта с два для меня. Этого я больше всего и боюсь. Ладно, до скорой встречи.

Он взял свой мешок для гольфа и пошел назад через поле, а я следил за ним, пока он не скрылся из вида.

Хороший парень Домби. Он даже не догадался, какую хорошую весть сейчас мне сообщил.

Я закурил новую сигарету, лег на траву и стал разглядывать небо. Мне кажется, что дело сдвинулось с мертвой точки. Я буду работать сам для себя. Джимми Клив в Хельмвуде, наверно, тоже кое-что нащупал. В данный момент его интересует только место пребывания Варлея. Домби, сам того не подозревая, приметил эту прелестницу в Брокхэме. Он даже не знал, кто она такая. Гораздо важнее, знает ли Джимми Клив, что она тут. М-да, любопытно. Мне почему-то кажется, что не знает. Если бы он знал, что кто-то, имеющий отношение к Варлею, живет в Брокхэме, вы могли бы спокойно прозакладывать свои последние ботинки и парадные брюки, что он не стал бы околачиваться в Северном Хельмвуде, отстоящем отсюда километров на девять.

Я лежал и подмигивал небу, настроение у меня — лучше не бывает. Мне нравится и то, что генерал повесил Домби на хвост Джимми Кливу, потому что, как вы сами понимаете, генерал не простофиля.

Нет, сэр. Он с самого начала подошел к Джимми Кливу скептически. Умненько, я бы сказал! Он сообразил, что из-за моих неприятностей по поводу того, что я распустил язык перед Марселиной, Клив решил меня обскакать. Он использует меня как ширму, а тем временем сам все обтяпает и преподнесет Варлея генералу на серебряном блюдечке. И тогда ему достанутся все лавры, а мне пинок под зад. Но сейчас я, кажется, уже пробил какую-то брешь. Похоже, я сумею обставить Джимми еще до того, как он расчухает, что к чему.

Джимми вообразил, что он догадался, где можно застукать Варлея в Англии. Он получил от кого-то такие сведения. А у меня имеется по этому поводу предположение. Посудите сами. Джимми Клив привез Джуанеллу Риллуотер в Париж после того, как надежно упрятал за решетку ее доброго Ларви. Зачем он это сделал? Затем что Варлей когда-то использовал Ларви. Поэтому Джимми уверен, что Джуанелла встречалась с Варлеем и знает его внешне. Но не только это. Не исключено, что ей известно, где тот скрывается в Англии. Даже последнему болвану должно быть ясно, что такое местечко на случай «жаркой погоды» Варлей приготовил. Ну а Джуанелла должна знать его, хотя бы примерно.

Вот вам и объяснение, почему Джимми болтается где-то в Северном Хельмвуде, в то время как прелестная сестренка с искривленным мизинцем живет в Брокхэме. Отсюда вы сами, ребята, можете сделать вывод, что сынок миссис Кошен, Лемми, наконец чего-то добился.

Да еще как!

Где-то в Брокхэме пробили часы. Кругом такая тишина, что слышно собственное дыхание. С чувством блаженства лежал я в чистой постели лучшего номера «Полной бутылки» и рассуждал о жизни вообще. Происходящее начало приобретать в моей голове определенную форму, и у меня появилось множество идей.

Я выпил глоток виски, сунул голову под струю холодной воды, переменил рубашку, надел элегантную шелковую «бабочку», которую купил у одного парня в Париже, и после этого выглянул из окна.

Мой номер находился на втором этаже в конце коридора. Одно окно выходило на брокхэмскую лужайку, посреди которой стоял колодец, откуда местные жители брали воду. Второе же — на грязную дорогу, по обе стороны которой стояли два коттеджа в десяти метрах друг от друга. Ближайший ко мне был увит плющом, в саду росла масса жасмина, и, хотя сейчас уже все отцвело, он имеет по-прежнему привлекательный вид.

Я ходил по номеру, курил сигарету и не спускал глаз с обоих окон. А сам думал о Домби. Чертовски смешно, что такой парень, как наш Домби, который ничего не знает, а просто выполняет приказанное, вдруг попадает в самую точку. Когда-либо я расскажу бедолаге, насколько важным было его сообщение, но сейчас меня больше заботило, как управиться одному.

Я выпил еще виски, перевел взгляд на окно, выходившее на дорогу, и буквально прилип носом к стеклу. Дверь коттеджа открылась, и в садик вышла девушка. Она не спеша пошла по извилистой тропинке к калитке и остановилась возле нее. Затем открыла калитку и направилась к «Полной бутылке».

Когда Домби назвал эту девушку «красоткой», он знал, о чем говорил. Она и правда была ягодкой, что называется, «экстра-класс», воплощение мечтаний и молитв, ниспослание господа всему флоту Соединенного Королевства. Все то, чего не хватало этой крошке, можно было запихнуть в наперсток и выбросить. Потому что это никому не было нужно.

На своем веку я повидал самых разных представительниц прекрасного пола, но даю вам честное слово, ребята, что подобной красотки мне ни разу не приходилось встречать.