Читаем без скачивания Армагеддон был вчера - Александр Полосин

Кроме патологоанатома, Спящего и дежурного у двери, в здании больше никого. Макс пролетел мимо дежурного, крикнув ему по пути:

–Эй!

Но тот ничего не услышал, и Макс вылетел сквозь дверь на улицу.

Яркий свет ударил в глаза. Будильник, словно дикая собака, вцепился в зад. И Макс проснулся.

Молодой человек в сером пиджаке, чёрных брюках и чёрных туфлях – всё явно дорогое, – с прилизанными назад волосами, медленно шёл по тротуару. В руке чёрная кожаная папка. Шёл, уставившись в землю, никого не замечая. Если с кем-то сталкивался, не оборачиваясь и не извиняясь, шёл дальше.

– Козёл! – кричали ему одни вслед.

– Смотри, куда идёшь! – орали другие.

Многие кричали матом, но человек не слышал их. Не до них, своих проблем куча, а тут ещё эти… С работы уволили. А во всём виноват сын начальника.

Конкурент… знаний и умений – ноль, но зато папаша босс. И вот, сынуля получил повышение, хотя повысить должны были…

Размышляя о случившемся сегодня, человек переходил дорогу и не заметил синюю «девятку». Не услышал ни сигнала, ни визга тормозов. Опомнился, когда его подбросило в воздух.

Что происходит? – подумал человек, падая на крышу машины. Я умру, – решил он, когда скатился с крыши и упал на асфальт. Я умер.

И темнота…

– Ты уверен, что «скорую» не надо вызывать? – спросила Ольга, застёгивая белую блузку.

Макс кое-как оторвал голову от подушки. Покрасневшие глаза уставились на Ольгу. Воздух со свистом выходил из лёгких.

– Нет, – пробурчал Макс. – Отлежусь сегодня, а завтра, если не полегчает, вызову «скорую».

Ольга недоверчиво посмотрела на него.

– Ладно, до вечера, – сказала она и вышла из комнаты.

Через минуту из коридора донесся звук закрываемого замка. Макс уже спал.

Свет…

Яркий свет ударил в глаза. Поначалу Макс ничего не видел, но как только глаза приспособились, он огляделся по сторонам. На улице. Всё, как обычно…

Машины проносятся туда-сюда. Пешеходы проходят мимо и сквозь него, не замечая. Когда люди проходили сквозь него, Макс ничего не ощущал, а они каждый раз оборачивались, почувствовав что-то, но, так и не сообразив, что это было, уходили дальше. Всё казалось обычным. Пока не услышал Голос…

– Эй, ты, – сказал Голос.

Макс поначалу не обратил внимания – кого-то другого зовут. Но фраза повторилась. Ради интереса он повернул голову и увидел молодого человека на другой стороне дороги. Человек, одетый в чёрные брюки и серый пиджак, смотрел на Макса.

– Эй, – повторил человек, – ты что, оглох?

– Это ты мне? – спросил Макс.

– Тебе, – сказал человек и поманил пальцем. – Иди сюда.

– Но… как ты можешь меня видеть? Я ведь вроде умер? Те двое меня не видели, а ты…

Макс приблизился к человеку.

– Я тоже мёртв, – сказал тот. – Поэтому я тебя вижу. И слышу. И ты меня слышишь.

– Получается, я не один такой…

– Получается, так

Макс молчал, переваривая информацию, полученную от Трупа. Наконец, он спросил:

– Но как ты определил, что я тоже призрак?

– Всё очень просто. Я даже могу сказать, что ты умер пару часов назад. Летаешь, забыл, как ходить. Не разучился, но забыл. Что-то вроде амнезии. И ещё светишься. От новеньких всегда исходит свечение. Иногда оно белое, иногда чёрное.

– Белый – Рай, Чёрный – Ад, – предположил Макс.

– А ты совсем не дурак.

– А от меня какое свечение?

– А ты посмотри на свои руки.

Макс поднял руки на уровень лица и увидел очень бледное белое свечение.

– Я белый? – обрадовано спросил Макс. Хотя чему радоваться, когда ты мёртв.

Призрак кивнул.

– А ты? – спросил Макс.

– Я тоже. Кстати, как тебя зовут? Макс представился.

– А ты…

– …Лёха, – сказал Призрак.

– И много нас таких?

– Не много. Мы сейчас находимся ни в этом, ни в том мире. Это – Пограничье. Сюда попадают в основном те, кто не знает или не понял, отчего он умер. И находятся здесь до тех пор, пока не выяснят, что с ними случилось.

– А ты всё ещё не выяснил, отчего умер?

– Уже узнал.

– Тогда почему ты всё ещё здесь?

– Моё время подходит. Скоро…

– Ага, – опомнился Макс, – я ещё вот что хочу спросить – ты ходишь, а я летаю. Я тоже хочу ходить – летать как-то непривычно. Как мне снова научиться ходить?

– Я же сказал, ты не разучился, а забыл, как ходить. Ты просто сосредоточься на том, что ты не летишь, а идёшь. Должно получиться.

Макс попробовал – получилось. Теперь он стоял на ногах.

– Так лучше. Лёха, ты сказал, что выяснил, как умер. Как это случилось?

– Иди за мной.

Лёха пошёл направо до перекрестка.

– Видишь кровь на проезжей части? – Лёха указал рукой на то место. – Здесь меня сбила машина. Я её не заметил. Умер я сразу. На Пограничье появился часа через три после того, как умер. Когда я, точнее, моё тело, уже лежало в морге. Постепенно вспомнил, что случилось.

– А когда ты умер?

– Вчера вечером. А ты так и не вспомнил, что с тобой слу… – Лёха не успел договорить. Начал растворяться. Яркий свет. Через мгновение ни света, ни Лёхи уже не было.

Макс шёл по улице, пытаясь вспомнить, что с случилось. По пути ему встречались точно такие же, как он, призраки, пограничники, но он с ними не разговаривал, даже не обращал внимания. Так же, как и они на него. Макс посмотрел на свои руки – свечение почти исчезло. Прошло пятнадцать минут с тех пор, как он «очнулся». Ещё через пять минут свечение исчезло полностью.

Макс дошёл до перекрёстка, где когда-то у светофора спрашивал, куда идти. И тут из закоулков памяти всплыла картина, как он обнимает столб светофора, который зелёным светом указывает ему путь. И теперь Макс идёт в ту сторону. Проходя мимо парка, он вспоминает…

Он не хочет об этом думать.

Следом за этим воспоминанием приходит следующее. Ольга. Четко её видит. Как она уходит на работу.

«Я сплю, – подумал Макс. – Всё это сон. Скоро проснусь».

Макс направился дальше, хотя и не соображал, куда идёт. Прошло пять минут, ещё пять. Ничего.

– Почему? Почему я не просыпаюсь?

– А ты и не спишь, – услышал голос позади.

Макс обернулся. Голос принадлежал старику с длинными седыми волосами и такой же седой длинной бородой.

– Ты умер и теперь обречён быть навечно здесь. Новый Страж.

– Я не умер. Сплю. Старик усмехнулся.

– Как хочешь.

– Кто ты? Старик удивился:

– Кто я? А ты не догадываешься? Макс застыл с открытым ртом. Старик продолжил:

– Нет, не Бог. Выше. А Стражи охраняют пограничье от них, – Старик указал пальцем вниз. – И от них, – пальцем показал наверх. – И тем, и другим здесь нечего делать, им здесь не место. И ещё Стражи помогают новичкам, если у них что-то идёт не так.

Страж.

Макс оглянулся по сторонам.

– Этого не может быть. Может быть, я всё же сплю.

Он пошёл вперед и не заметил открытого колодца впереди. Не заметил он и того, как прошёл по воздуху над колодцем. Но теперь он мог видеть всех призраков, и было их много. Не больше, чем живых людей, но всё равно много. И большинство были Чёрные. Макс не видел сияния, исходящего от них, его и не было, но он знал, что они Чёрные. Как-то чувствовал. Так же, как чувствовал Белых. Но ни Чёрные, ни Белые не знали, что он Страж. И не догадывались.

Страж.

«Так даже лучше, – подумал Макс. – Ни к чему им знать об этом».

Ольга судорожно перебирала связку ключей в поисках нужного. С работы не меньше десяти раз звонила домой, но Макс так и не ответил. Хотела отпроситься, но начальник не отпустил – видите ли, все болеют, совсем без бухгалтера останутся. А на чужие проблемы ему наплевать.

Она не помнила, как дошла от остановки до подъезда, как поднялась на третий этаж. Очнулась уже у двери с ключами в руке.

Вот, нашла, наконец-то…

Ключ никак не хотел попадать в скважину. Проскользнул, два поворота влево…

– Макс! – позвала Ольга, вбежав в квартиру.

Она не стала снимать обувь, бросилась сразу в комнату.

Спит, – подумала она.

Подошла к Максу, лежащему на кровати. С виду и в самом деле спит.

– Макс!

Ольга потолкала его за плечо. Ноль.

И не дышит, вроде.

– Нет, – прошептала она, пытаясь нащупать пульс. – Нет. Не может быть…

В беспамятстве вызвала «скорую». Когда врачи приехали и вошли в открытую дверь, увидели неподвижную Ольгу, сидящую на кровати рядом с Максом. По щекам её непрерывно бежали слезы. И она не реагировала она ни на какие вопросы.

На его похороны собралось очень много народа. Соседи, друзья, родственники. И все помогали Ольге. Родственники купили гроб, место на кладбище, шикарный двухметровый мраморный памятник.

В субботу с утра Макс подошёл к дому, где жили они с Ольгой, где он умер. Возле подъезда уже собралось человек десять, в основном старики и старухи из подъезда.