— Ты о чем?
— Сегодня утром я разговаривала с Кристи. Ее родители уже много месяцев уговаривают ее переехать в Клируотер, чтобы помочь им наладить дело в магазине подарков. Я поеду вместо нее. — Рэчел пыталась говорить спокойно. — Кристи говорит, что ей будет спокойнее, если я за ними присмотрю. У них есть собственная небольшая квартира прямо над магазином, где мы с Эдвардом сможем жить. И плюс ко всему, не забывай о флоридском солнце, — весьма нелогично подытожила она.
— Понимаю, — сказал Гейб после долгой паузы. Он посмотрел вниз, на плоскогубцы, которые по-прежнему держал в руке, но Рэчел показалось, что он ничего не видит. — И сколько же они будут тебе платить?
— О чем ты… Ну, сейчас они не могут позволить себе платить мне много, но со временем дело у них наладится. Я как-нибудь выкручусь. Тем более что мне не нужно будет платить за квартиру. — Рэчел подумала о чеке на двадцать пять тысяч долларов, лежащем в верхнем ящике туалетного столика в спальне, и что-то болезненно сжалось у нее внутри. — Как только Эдвард начнет ходить в школу, я постараюсь выбить для себя стипендию и вернуться в колледж. Конечно, я смогу одновременно проходить всего несколько курсов, но мне бы очень хотелось заняться изучением теории бизнеса и финансов.
Гейб сунул плоскогубцы в задний карман джинсов, и в глазах у него появилось жесткое выражение, от которого Рэчел уже успела немного отвыкнуть.
— Все понятно. Я вижу, у тебя уже все продумано, верно?
Рэчел кивнула.
— Значит, никаких дискуссий? А ты не подумала о том, что, может быть, нам стоит обговорить это, прежде чем ты примешь окончательное решение?
— С какой стати мне об этом думать? — Рэчел старалась, чтобы слова ее звучали как можно мягче. Пусть Гейб поймет, что она его ни в чем не винит. — У нас нет никакого будущего, и мы оба об этом знаем.
Гейб, однако, не оценил ее примирительных интонаций. Тяжелыми шагами он подошел к Рэчел вплотную.
— Ты никуда не поедешь.
— Нет, поеду.
Он навис над ней, и у Рэчел мелькнула мысль, что он сознательно использует свои весьма внушительные габариты для того, чтобы запугать ее.
— Ты слышала, что я сказал. Останешься здесь, и точка. Ехать во Флориду — это сумасшествие. Что это за жизнь, если ты будешь работать за гроши и окажешься в полной зависимости от чужих людей, которые за мизерную зарплату будут предоставлять тебе крышу над головой?
— Именно так я и живу сейчас, — заметила Рэчел.
На какой-то момент Гейб ошарашенно умолк, но затем, нетерпеливо взмахнув рукой, снова заговорил:
— Это совсем другое дело. Здесь у тебя есть друзья.
— И враги тоже.
— Все это изменится, когда люди тебя получше узнают и поймут, что ты поселилась здесь надолго.
— Как я могу поселиться здесь, если у меня здесь нет никаких перспектив?
— А тебе кажется, что работа за почасовую зарплату в каком-то дешевом магазинчике подарков во Флориде — это перспектива?
— Я уверена, речь идет не о «дешевом магазинчике», как ты выразился, — сказала Рэчел, отворачиваясь. — И у меня нет никакого желания с тобой спорить. А теперь мне пора идти.
— Нет.
— Пожалуйста, не надо все усложнять. — Рэчел подошла к садовому стульчику и оперлась на него, чувствуя, что у нее подгибаются ноги. Нейлоновое плетение стула царапнуло ее ладонь. — В закусочной сможет управляться Кайла.
Я поработаю до следующего уик-энда включительно, так что у нее будет время перевезти свои вещи, а у тебя — нанять кого-нибудь ей в помощь.
— Плевать я хотел на закусочную!
Рэчел хотелось сказать Гейбу, что в этом он совершенно прав, но она сдержалась. Твити продолжал пронзительно чирикать в вольере. Кто, кроме Гейба, взвалил бы на себя столько хлопот ради того, чтобы спасти какого-то воробья?
Гейб резким движением сунул руки в карманы.
— Ни в какую Флориду ты не поедешь, — заявил он.
— У меня нет выбора.
— Нет, у тебя есть выбор. — Помолчав немного, он посмотрел на Рэчел, и подбородок его упрямо выпятился вперед, — Мы с тобой поженимся.
Сердце Рэчел, пропустив один удар, заколотилось, словно бешеное. Она непонимающе уставилась на Гейба.
— Поженимся? О чем ты?
— О том самом. — Он вынул руки из карманов и с воинственным выражением лица снова приблизился к ней. — Мы с тобой неплохо ладим, так что нет никаких причин, которые мешали бы нам стать мужем и женой.
— Гейб, но ведь ты меня не любишь.
— Я отношусь к тебе в тысячу раз лучше, чем преподобный Сноупс!
— Я это знаю, — сказала Рэчел, чувствуя, что у нее буквально разрывается сердце. — Но я не могу выйти за тебя замуж.
— Приведи мне хотя бы один серьезный аргумент против.
— Я уже это сделала. Я привела самый серьезный аргумент, какой только может быть.
В глазах Гейба мелькнула беспомощность.
— Чего же ты от меня хочешь?
Рэчел хотелось ответить, что она хочет, чтобы он любил ее и Эдварда так же, как когда-то любил Черри и Джейми, но она понимала: это было бы слишком жестоко. Кроме того, Гейб, судя по всему, все понял.
— Ты уже и так дал мне все, что мог, — сказала она наконец.
Гейб, однако, не собирался сдаваться.
— Я буду заботиться о тебе. Если мы поженимся, тебе не надо будет больше беспокоиться о том, где взять еду для следующего обеда или ужина, или о том, что будет, если ты заболеешь. — Он сделал небольшую паузу и добавил:
— По крайней мере ты будешь знать, что у Эдварда есть все необходимое, что будущее его обеспечено, что он в безопасности.
Это был запрещенный прием. Гейб знал: ради сына Рэчел готова была продать свою душу. Она почувствовала, как к глазам подступают слезы. В то же время она обрадовалась, что Гейб затронул тему, обсуждения которой им нельзя избежать.
— Ты должен понять, что Эдвард — это главная причина, по которой я не могу выйти за тебя замуж. Безопасность и обеспеченность бывают разные. Прожить детские годы с человеком, который испытывает к нему неприязнь… Для Эдварда это еще хуже, чем бедность, — сказала Рэчел и вздохнула, радуясь, что смогла высказать то, что тяжелым камнем лежало у нее на душе.
— Но я вовсе не испытываю к нему неприязни, — сказал Гейб. Однако в словах его не чувствовалось убежденности, и он избегал встречаться с Рэчел глазами.
— Я полностью откровенна с тобой. Будь же и ты со мной честен.
Повернувшись к Рэчел спиной, Гейб зашагал к вольеру.
— Мне просто нужно немного привыкнуть к нему, вот и все, — бросил он через плечо. — А ты хочешь, чтобы все произошло в одну секунду.
— Ты сегодня относишься к нему с такой же неприязнью, как и тогда, когда увидел его в первый раз, — сказала Рэчел, чувствуя, как в душе у нее закипает возмущение. — А это просто нечестно по отношению к нему. Он ведь не виноват, что он не Джейми.
