Привел он их на кухню, где помимо газовой плиты и стола имелся забитый посудой сервант.
– Признавайтесь, есть хотите? – спросил, поворачиваясь.
– А то, – ответил первым Илья. – Слышь, батя, а ты в своей глуши, наверное, и не знаешь, что с миром стало?
– Ха! А ты знаешь? – вопросом ответил хозяин дома. – Сначала еда, потом треп. Понял?
Бритоголовый не нашел, что возразить.
На стол Степан выставил не консервы, ставшие троице привычными за последние дни, а огромную кастрюлю бульона, в которой плавали куски курицы, и каравай свежеиспеченного хлеба. У Андрея от одного запаха начало сводить челюсти, у Ильи стало такое лицо, будто он увидел Шварценеггера во плоти.
– Мясо, настоящее… – прошептала Лиза, берясь за ложку.
– Вот оно – натуральное хозяйство. Все польза от него, – Степан усмехнулся. – Ешьте, страннички.
Трапеза не затянулась, вскоре от бульона и хлеба остались лишь воспоминания.
– Так, теперь посуду вымоете, и можно будет поговорить, – сказал хозяин дома, наблюдавший за гостями с широкой улыбкой. – А я, чтобы прояснить ситуацию, принесу один сувенирчик.
Он ушел и вернулся со шкурой «гориллы» – серо-белой, с черной полосой вдоль хребта.
– Вот, смотрите, – Степан бросил «сувенирчик» на пол. – Еще вопросы есть?
Шкура была отлично выделана, без дырок, потертостей и грязи.
– Ни фига себе! – глаза у Ильи стали как донышки чайных кружек. – Это откуда?
– Подарок, – с улыбкой заявил хозяин дома. – Завернутый в эту шкуру тип притащился ко мне два дня назад, ну и разоблачился.
– Добровольно? – уточнила Лиза.
– Ха, почти. Чуток пострадал при этом, так что пришлось потом тушу в лес волочь да закапывать. Но это ерунда. Если еще кто ко мне в гости придет из этих… – тут голос Степана сделался презрительным, – то и их встречу радушно, а Сакс мне поможет, и ружьишко с патронами пригодится.
И он похлопал широкой ладонью по стоявшему рядом оружию.
Андрей подумал, что с одним-единственным стволом, да и то не боевым, а охотничьим, против стаи «собак» или «человека-паука» шансов не так много. И пес, даже настолько мощный, не поможет, если к деревушке заявится группа «плевунов», не говоря уже о ледяном облаке.
Степан уцелел благодаря тому, что жил на отшибе, далеко от тех мест, где люди стали чудовищами, благодаря «натуральному хозяйству», позволяющему обеспечивать себя продуктами, и некоторой доле удачи.
Но надолго ли ее хватит, этой удачи?
Но говорить Андрей ничего не стал – понятно, что хозяин дома не согласится бросить все и уйти с ними, что за этот клочок земли он будет цепляться сильнее, чем за жизнь.
– Ты крут, батя, честно тебе говорю, – уважительно кивнул Илья. – Устроился тут прочно, на всю задницу уселся.
– Это ясно, – Степан ухмыльнулся, чуточку самодовольно. – А вы сами откуда будете? Куда путь держите?
– Из Нижнего Новгорода. В Москву, – ответил Андрей и выразительно глянул на бритоголового.
Ну а тот, как обычно, когда дело касалось болтовни, не подвел – в красках расписал весь их путь до самого Электрогорска. Рассказал, правда, вкратце и поэтому немало упустил, да и слишком много впечатлений получили путешественники, отправившиеся в дорогу почти двадцать дней назад.
Степан слушал внимательно, улыбаясь в бороду, светлые глаза его лукаво блестели.
– Ха, это вы молодцы – столько протопать, – сказал он, стоило Илье замолчать. – А все эти чудеса и чудовища… они лишь подтверждают мою догадку. Мы с вами более не находимся в том мире, в котором родились. То, что вокруг нас, – вовсе не привычная для нас планета.
– То есть как? – Лиза растерянно заморгала.
Андрей хмыкнул – похоже, им попался еще один одержимый безумной идеей оригинал вроде Артура Михайловича.
– А вот так, – ухмыльнулся Степан. – Известно, что Вселенная каждую крохотную частицу времени разделяется на две копии, отличающиеся лишь тем, случилось или нет некое событие на уровне микромира. Те, в свою очередь, тоже разделяются, и возникает бесчисленное множество миров, поначалу очень похожих. Но чем дальше, тем меньше у них общего, и в конечном итоге одновременно существуют миллиарды реальностей, условия в которых кардинально отличаются. Иные вообще лишены жизни, в других она такова, что мы не можем ее даже представить!
Хозяин дома в заброшенной деревне говорил вдохновенно, но его речь, как ни странно, вовсе не походила на лекцию в духе Артура Михайловича. Скорее это была проповедь вроде тех, что читал своим последователям брат Августин, лишенная, правда, какой-либо идеологической составляющей.
Степан излагал то, во что верил сам, причем верил, кажется, искренне:
– Но есть миры, похожие на тот, который привычен для нас, и они находятся как бы рядом, хотя речь тут идет вовсе не об обычном расстоянии. И вот нас с вами, судя по всему, неким катаклизмом зашвырнуло в реальность, где почти все так же, как у нас, но нет людей!
– То есть дома, дороги, ваш дом, даже моя квартира – все то же самое? – недоверчиво поинтересовался Андрей.
– Конечно, – величаво кивнул Степан. – Куда делись местные жители, мы не знаем и вряд ли когда-нибудь узнаем. Что это не наш мир – очевидно любому, кто хотя бы раз в жизни смотрел на небо!
Похоже, он имел в виду изменившуюся Луну и объявившийся непонятно откуда «Сатурн».
– Это все подлые инопланетяне устроили, – пробурчал Илья, не желавший отказываться от собственной версии.
– А почему бы не предположить, что наш мир изменился, а большинство его жителей сгинуло? – спросил Андрей, думая, что для простого сельского жителя их хозяин выражается слишком умно.
Похоже, что катастрофа устроила его мозгам апгрейд.
Ну и заодно немного их перекосила.
– Такое предположить мы можем, но согласись, что перемещение небольшого числа уроженцев нашей реальности, тех, кого мы считаем выжившими, в другую – куда менее энергоемко, чем удаление из нашего мира всех якобы сгинувших миллиардов.
– Это верно, – встряла Лиза. – Но откуда вы знаете, сколько людей пропало?
– Я ходил в Электрогорск, – сказал Степан, – видел, что там творится, а потом много размышлял.
«И в результате доразмышлялся до собственной версии, – подумал Андрей. – Сколько их уже я слышал? Начиная с выдумок Ильи про зеленых человечков и высказываний отца Симеона о Судном дне. Да только толку от всех этих версий никакого, ни одна из них не поможет тебе в тот момент, когда ты ищешь, чего бы пожрать, или стоишь лицом к лицу с „гориллой”».
– Это интересно, – сказал он и покачал головой: – Но недоказуемо. Вы видели лишь окрестности своего дома, мы – немногим больше. Но кто знает, что творится в Южной Америке, Индии или на Аляске?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
