более угрожающим, но он не тревожился. Мысль быть побежденным силами коалиции не вмещалась в его сознание. Он надеялся в первый день победить Шварценберга, а во второй – Блюхера, вырвавшись таким образом из сети, в которую пытались его поймать. Однако численное превосходство противника казалось Наполеону чрезмерным, ибо он не мог льстить себя надеждой собрать 200 тысяч солдат, а его противники, если им удастся воссоединиться, должны были располагать более чем 300 тысячами. В предвидении этой трудности он предписал диспозицию, о которой думал неоднократно: ставить пехоту не в три, а в два ряда. Он заявил, что третий ряд не служит ни для ведения огня, ни для штыковых атак, не признаваясь себе, что, не стреляя и не атакуя штыками, третий ряд поддерживает первые два ряда, придает им прочность и пополняет их после смертоносной атаки. Но в нынешнем отчаянном положении подобную диспозицию можно было если не признать, то по крайней мере испытать.
Ранним утром следующего дня Наполеон сел на лошадь, дабы осмотреть поле битвы. Он не желал проявлять инициативу, поскольку некоторые его корпуса еще не подошли, и полагал, что, конечно же, неприятель не начнет сражения, если он не начнет его сам. Необходимо было внимательно осмотреть поле битвы, чтобы изучить необъятные просторы и иметь возможность командовать с полным знанием местных особенностей даже там, где он не будет находиться лично.
Реки Плайсе и Эльстер спускаются с Богемских гор и, протекая почти в одном направлении, пересекают всю Саксонию, пока не впадают в Эльбу. Немного выше Лейпцига они подходят довольно близко друг к другу, разделяются на множество рукавов, соединяясь ниже города, затем поворачивают влево и смешиваются с Заале, с которой текут к Эльбе почти параллельно течению Мульде. И вот как двигались армии. Шварценберг, дебушировав из Богемских гор с армией трех государей, подошел к Лейпцигу, пройдя между Мульде, Плайсе и Эльстером. Наполеон, напротив, выйдя ему навстречу из низовий Эльбы, поднялся до Лейпцига вверх по течению. Левый фланг Шварценберга располагался на Плайсе и Эльстере, а правый – на слабо пересеченных равнинах вокруг Лейпцига. Левый фланг Наполеона располагался на тех же равнинах, а правый – на обеих реках. Прочно опираясь на Лейпциг, Наполеон надеялся держать Блюхера и даже Бернадотта полностью отделенными от Шварценберга. В самом деле, поскольку Блюхер не мог пересечь занятый французами Лейпциг, он был вынужден, чтобы присоединиться к Богемской армии, обходить город справа или слева. Чтобы обойти Лейпциг справа, ему пришлось бы преодолеть весьма существенное препятствие, то есть соединившиеся Плайсе, Эльстер и Заале, тысячи рукавов которых покрывали лесистую долину шириной более одного лье. За ней Блюхер мог натолкнуться на французов, в частности, на Ожеро, который продвигался дорогой из Лютцена, разбив Платова и Тильмана. Если же, напротив, Блюхер попытался бы обойти город слева, то на просторной Лейпцигской равнине столкнулся бы с французской армией, подходившей из Дюбена, и подвергся бы еще большим опасностям. Чтобы помешать Шварценбергу и Блюхеру объединиться, Наполеону было достаточно остановить Шварценберга к югу от Лейпцига, а Блюхера – к северу, и если бы ему удалось разбить одного, а затем передвинуться на другого, то он одержал бы верх над обоими. Бернадотт был слишком далеко, и ничто не доказывало, что он должен прибыть.
Зная, что Шварценберг подошел ближе, Наполеон хотел сначала разбить его, отложив бой с Блюхером на следующий день. Поэтому он начал свой осмотр с юга, то есть с поля битвы, где намеревался сразиться со Шварценбергом. Плайсе и Эльстер, то смешиваясь, то разделяясь и объемля обширный участок, болотистый и лесистый, текли из Богемии к Лейпцигу, с юга на север. Наполеон собирался опереться на них правым флангом, а Шварценберг – левым, и опора была крепкой, ибо русла обеих рек нелегко было пересечь. С фронта Наполеон располагал в качестве поля боя слабо пересеченным участком, средства обороны которого едва формировали несколько деревушек. Неглубокая впадина, проходя от Марклеберга на Плайсе до Либертвольквице, отделяла нашу линию от линии неприятеля. Эта долина, если можно ее так назвать, представляла собой природное препятствие, которое нам предстояло ожесточенно отстаивать. На левом фланге Наполеона простиралась просторная Лейпцигская равнина, усеянная большими деревнями и пересеченная речушкой Парте, берущей свое начало неподалеку от Либертвольквица и после многочисленных извивов впадавшей позади нас в Плайсе. То есть слева у Наполеона почти не было опоры, но неприятеля должно было сдерживать присутствие его колонн, прибывавших из Дюбена. Занявший позицию на юге Мюрат расположил в Марклеберге Понятовского, в Вахау – Виктора, в Либертвольквице – Лористона, а в промежутках – 4-й (польской кавалерии) и 5-й кавалерийские корпуса под началом Пажоля, в которые зачислили испанских драгун.
По другую сторону этой долины можно было заметить Клейста и Витгенштейна с русской гвардией и пруссаками в резерве. Часть австрийской армии располагалась у нас на правом фланге между Плайсе и Эльстером, выдвинувшись в угол, образованный реками, и угрожая мосту в Делице. Другая ее часть располагалась на нашем левом фланге, перед так называемым Университетским лесом напротив Либертвольквица, откуда могла прийти на помощь Блюхеру через Лейпцигскую равнину, если мы потеряем участок, а союзники выиграют.
Наполеон полностью одобрил позицию, занятую Мюратом. Он решил энергично отстаивать линию Либертвольквиц – Вахау – Марклеберг и для этого усилить корпуса Мюрата, разместив справа у Марклеберга Ожеро, в центре в Вахау – гвардию и кавалерию Латур-Мобура, слева за Либервольквицем – Макдональда и кавалерию Себастиани, дабы помешать обойти свое левое крыло и даже попытаться, как мы увидим, обойти правое крыло неприятеля. Поскольку австрийцы выдвинулись между Плайсе и Эльстером на Делицкий мост, Наполеон разместил там, чтобы не допустить обхода правого фланга, бригаду Лефоля, привлеченную из войск Лейпцигского гарнизона. После боев и исполненных в грязи маршей корпуса Лористона, Виктора, Понятовского и Пажоля, приведенные Мюратом, насчитывали 38 тысяч человек, корпуса Ожеро и Лефоля – 12 тысяч, гвардия – 36 тысяч, Латур-Мобур – 6 тысяч, Макдональд и Себастиани – 22 тысячи, что составляло 114–115 тысяч человек против 160 тысяч неприятеля. Но при правильном маневрировании, энергичности действий и использовании, к примеру, некоторых отставших корпусов Нея, можно было усилить Макдональда 25–30 тысячами человек, двинуться всей массой с левого фланга Шварценберга на правый и опрокинуть его в Плайсе. Таким был план Наполеона на тот случай, если подходившие корпуса не придется использовать на севере против Блюхера и Бернадотта.
Мало было подготовиться к сопротивлению Богемской армии; следовало подумать и о противодействии Блюхеру, появления которого с минуты на минуту следовало ожидать к северу от Лейпцига. К счастью, в той
