громадная пасть пыталась цапнуть его за рукоять, обжигал магией так сильно, что Змей с ревом отдергивал голову и злобно шипел, пытаясь погасить пожар в обожженной пасти.
– Добей! – сухо велел Ли-Кхкеол, когда я с надеждой обернулась и попыталась что-то сказать. – Быстрее, пока не опомнился! Забери Эриол и добей!
Угу. Легко сказать «добей»! А как, интересно, я должна это сделать?!
Ли-Кхкеол вместо ответа ТАК посмотрел, что я, мгновенно забыв о сарказме, тут же заставила уставшего хартара снизиться. Едва дождавшись, пока он распластается по высохшей до состояния камня земле, проворно спрыгнула, чуть не подвернув себе ногу, и без промедления кинулась к бьющемуся в агонии демону, лихорадочно прикидывая, как бы забрать у него Эриол так, чтобы меня не раздавили.
Ох, зря я об этом подумала. Говорят же, что мысли материальны, вот и Змей… гад чешуйчатый… примерно на полпути меня заметил. Проблема в том, что Эриол находился слишком далеко, а у демона – шея длинная. Вернее, у него все тело при желании могло использоваться в качестве опоры, как палочка для чупа-чупса. И, быстро осознав это преимущество, он всего через два удара сердца попытался до меня дотянуться.
Правда, на его несчастье, у меня весьма некстати проснулось острое желание жить, заставившее позабыть о недавних суицидальных планах. И, надо сказать, примерно пару минок мне даже везло. Демон, твердо вознамерившийся сегодня перекусить, раз за разом пытался меня сцапать одним и тем же примитивным способом – вытягиваясь всем своим немаленьким телом и пробуя хватануть широко разинутой пастью. Однако довольно скоро до него дошло, что это вряд ли получится – я была мобильнее. Но вот тогда-то он и устроил форменную мерзость – решив, что сочная отбивная ничуть не хуже консервированного цыпленка, он теперь стал пытаться меня прибить методом банального расплющивания. Ну, знаете, примерно так же нерадивые хозяйки с тапками за тараканами охотятся. А тут – шварк бронированным подбородком по башке, навалился сверху всей массой, и вот тебе готовая котлетина в железе.
Гад!
Я ему успела и мамбу, и самбу, и рубму с фокстротом станцевать, пока балансировала на краю громадных ям и перескакивала через оставляемые им рытвины. Как по минному полю бежала, огибая воронки, оставшиеся после взрывов. Запыхалась, словно в первый раз на кроссе. Чуть вывих себе в шее не заполучила, пытаясь за всем уследить и угадать его следующее движение. Взмокла, как мышь под дождем, устала, наглоталась пыли. И внутренне содрогнулась, когда в очередной раз буквально на волосок разминулась с импровизированным молотом. Е-мое! Это ж сколько раз он успел приложиться башкой, пока меня домогался?! Были б мозги – точно было б сотрясение.
Какое счастье, что братики в свое время гоняли меня в хвост и в гриву. И какое счастье, что эти навыки не успели заржаветь. Иначе не видать бы мне Эриола, как своих симпатичных ушек. И не увернуться бы от этого гада, который, кажется, вообще не знал, что такое усталость.
Наконец, я увидела свой драгоценный клинок и облегченно выдохнула. Прямая рукоять, тонкое по сравнению с толщиной тела демона древко, слабый блеск серебристо-голубой стали… вон он родимый. Ждет меня, как миленький. Вцепился в землю острием, каким-то неведомым образом впился в нее клещом и до сих пор держит извивающегося змееныша, давая мне шанс покончить с ним раз и навсегда.
Черт. Как бы до тебя добраться?
– Зови! – как нарочно, снова выскочил откуда-то вездесущий эар. Гавкнул под руку и тут же опять исчез. Причем так быстро, что я спросить не успела, где же он был несколько минок назад. Просто протянула руку, на бегу перепрыгивая через очередную яму, лихо поднырнула под извивающееся гигантское тело, понадеявшись на то, что успею проскочить до того, как оно рухнет мне на голову, и мысленно потянулась к своему оружию. Как раз в тот момент, когда осатаневший от многочисленных неудач демон с ревом метнулся в мою сторону.
Эриол ответил сразу – ни мгновения не промедлил, чтобы вытянуться струной и, высвободившись, буквально прыгнуть в ладонь. Я жадно вцепилась в спасительную рукоять, страшно боясь опоздать. С нетерпением проследила за тем, как аккурат над моей головой стремительно распахивается широкая глотка. После чего отшатнулась, почти задыхаясь и едва не падая на колени от взорвавшей голову боли, но уже не находя сил даже замахнуться: обозленный демон оказался слишком близко. И слишком жарко он выдохнул, уже предвкушая славный ужин. Подался вперед так проворно, что буквально ткнулся носом в мое лицо, отчего меня сложило пополам и просто взорвало изнутри невыносимой болью.
Магия смерти… проклятье… кажется, он – ее живое воплощение… а я даже пошевелиться не могу, чтобы его остановить. Руки онемели до самых плеч. Ноги предательски подломились в коленях, заставив меня тяжело рухнуть на нещадно распаханную землю. В ушах зазвенело так, что я с трудом различала торжествующее шипение. Эх, зря я решила, что сумею его переиграть. Хотя… еще ведь не все закончилось? И я в любом случае задержусь на этом свете? Пусть даже в виде бестелесной, но упрямой до отвращения и приставучей, как пиявка, Тени, которая будет привязана к своим братьям до тех пор, пока они того пожелают?
Я обреченно закрыла глаза, готовая даже на это. Но Эриол почему-то рассудил иначе – настойчиво дернувшись в моей руке, он самовольно изменил форму, перетек в обоюдоострый меч неприлично больших размеров, а потом, стоило лишь вяло дернуть ладонью, с такой жадностью впился в разинутую пасть, что я даже смутно удивилась. Ишь какая в нем ненависть заложена к созданиям Тени. Или это он от меня нахватался? Да, наверное. Иначе как еще объяснить его странный поступок?
Впрочем, разницы в причинах я не вижу. Да и тогда, честно говоря, ее не понимала. А спустя всего пару секунд меня вообще перестало волновать что бы то ни было, потому что Эриол, судя по всему, ударил демона хорошо. Даже слишком. Так, что поганая кровь вместе с заключенной в ней силой щедро окатила меня с ног до головы. Да еще и демон взвыл, как ненормальный. Я же в тот момент и так держалась на одном честном слове, поэтому от мощного акустического удара меня буквально отшвырнуло прочь. Кажется, даже проволокло немного по Степи, как жестоко помятую игрушку. Какое-то время еще трепало мощным откатом, силясь раздавить и расплющить, как камбалу. Оглушило. Частично засыпало землей. Заставило от души наглотаться пыли. И только через несколько минок, наконец, оставило в покое.
Однако когда я все-таки
