книге «Нечестный пол», опубликованной по частям в «Пикториал» весной 1953 года, писательница под псевдонимом «Нина Фэруэлл» давала советы одиноким женщинам, как вести переговоры на этой неизведанной территории17. Она призывала читательниц не поддаваться давлению со стороны мужчины: если она поддастся, то он, скорее всего, потеряет интерес и уйдет, а если она еще и забеременеет, то он может бросить ее, вместо того чтобы жениться. «Ни один полноценный мужчина не заслуживает доверия, – предупреждала она. – Если он мужчина, то его мотивы и методы низки».
Фэруэлл перечислила шестнадцать удовольствий, которые мужчины получают благодаря женщинам. Среди них были «радость обладания», «радость завоевания» и «радость разрушения»: «Гордая или недоступная девушка вызывает у мужчины необъяснимое желание “сбить ее с лошади”, увидеть ее с растрепанными волосами, размазавшимся макияжем и разрушенным самообладанием». В ее книге отношения между мужчинами и женщинами выглядели битвой, в которой женщины должны были защищаться – от мужских прихотей и собственных желаний – с помощью притворства, избегания и лжи. Это было руководство по самообороне.
Нина Фэруэлл предполагала, что ее читательницы собираются выйти замуж, но замужние женщины сами были все более недовольны своим положением. Восемьдесят процентов замужних женщин начали работать во время войны, и некоторые из них без восторга продолжили заниматься только домашним хозяйством, когда мужчины вернулись домой. В апреле 1953 года психиатр Дорис Одлум сообщила в газете «Миррор», что «измученные британские женщины» ежедневно попадают в больницы, изможденные и подавленные18. По словам доктора Одлум, многие из них чувствовали, что мужья воспринимают их как должное – они были унижены, расстроены и обижены отсутствием личной свободы. «Они получают деньги только на расходы по дому, и из них им приходится выкраивать все что только можно на собственные нужды». Однако теперь, по ее словам, женщины «начинают жить своим умом, что приводит к домашнему бунту».
Замужние девушки по вызову, о которых рассказывал Гарри, были характерными примерами этих новых недовольных женщин. С одной стороны, женщина, продающая свое тело, отвечала мужским фантазиям о контроле: она подчинялась прихотям и желаниям мужчины, была подвластна тому, кто платит. Однако, с другой стороны, она представляла собой угрозу: независимая женщина, у которой есть опыт общения с другими мужчинами, не склонная к сентиментальности и прагматичная в сексуальном плане.
Одновременно со статьей доктора Одлум в «Миррор» появилась короткая заметка о предстоящем стереофильме «Дом из воска», в котором Винсент Прайс сыграл обезображенного скульптора, который убивал женщин, покрывал их тело воском и в таком виде выставлял у себя в музее. Рядом с этой заметкой была опубликована фотография Реджа Кристи, прибывающего в магистратский суд: этот человек действовал именно так, мечтая о подчинении женщин.
В 1950 году журнал Woman’s Own опубликовал статью кинозвезды Дирка Богарда, в которой тот описал, чего требует от идеальной для себя женщины: «Не кури на людях. Не носи туфли на высоком каблуке с брюками. Наноси немного искусного макияжа. Никогда не привлекай к себе внимания в общественных местах громким смехом, разговорами или одеждой. Никогда не пытайся заказать еду из меню, когда я рядом с тобой. Никогда не смейся надо мной в присутствии моих друзей. Никогда не встречай меня вечером с перепачканным лицом, запахом стряпни в волосах, обломанными ногтями и нытьем о трудностях и проблемах прошедшего дня»19.
Женщина из Эссекса прислала в редакцию письмо, которое было опубликовано на соответствующей странице журнала: «Прочитав статью Дирка Богарда, я обнаружила, что олицетворяю его идеал женщины. Единственная проблема заключается в том, что я дышу. Как вы думаете, не страшно ли это?»
Глава 4
Душевая
Дожидаясь новой встречи с Кристи, Гарри продолжал публиковать статьи в своей газете. Он писал их в офисе «Пикториал» и «Миррор», который с 1920 года располагался в здании Джералдин-хаус рядом с Флит-стрит1. Широкий стол, за которым он работал, был уставлен пишущими машинками, настольными лампами, лотками для бумаг, пепельницами и рядами черных бакелитовых телефонов. Свет проникал в помещение через наклонные окна и мерцал, отражаясь от шаров на потолке.
В субботу, 4 апреля, Гарри написал статью о горничной Руби Крокет, на чьей свадьбе он побывал в тот день2. Руби скрыла от жениха, что ее только что осудили за кражу в Кройдонском магистратском суде. В воскресенье, проснувшись в номере для новобрачных, уже не только Руби, но и читатели «Пикториал» будут знать секрет, о котором ее новоиспеченный муж даже не подозревал. Еще Гарри опубликовал в том же издании короткую заметку о том, что для защиты Кристи назначены солиситоры из конторы «Клифтонс», не упомянув, что его газета как раз и оплачивает их услуги.
Гарри заново изучил подробности дела об убийствах в семье Эвансов. В библиотеке газетных вырезок было несколько статей о них, а Рой Артур, солиситор из конторы «Клифтонс», получил стенограмму суда над Эвансом от барристера, который представлял интересы подсудимого в 1950 году3. Возможно, Кристи выбрал Гарри вместо конкурента из «Санди диспэтч», потому что был впечатлен его славой репортера.
– Я хочу, чтобы статьи обо мне писал Гарри Проктер, – сказал он Рою Артуру в магистратском суде.
Возможно, Кристи считал Гарри своим союзником, возможно, даже пешкой после их встречи в 1949 году. Однако на этот раз Гарри не так легко было обвести вокруг пальца.
* * *
Берил Сюзанна Эванс, двадцатилетняя еврейка, которую в декабре 1949 года нашли убитой вместе с дочерью в доме десять на Риллингтон-плейс, выросла в нескольких улицах от этого дома, на Кембридж-Гарденс4. Во время войны ее вместе с младшими братьями и сестрой эвакуировали в графство Суррей, а после возвращения в лондонский район Ноттинг-Хилл в 1943 году она помогала ухаживать за матерью, которая страдала от плеврита и бронхиальной пневмонии.
По словам своего младшего брата, Берил была веселой и ласковой девочкой. Она часто насвистывала и пела дома песню «Белое Рождество» Бинга Кросби, причем громко и не в такт. Их мать умерла в марте 1947 года, и вскоре после этого Берил встретила Тимоти Эванса на свидании вслепую. Тим, как и Берил, был невысоким и темноволосым. Они поженились в сентябре того же года, когда ему было двадцать три, а ей только исполнилось восемнадцать.
Первое время пара жила с семьей Тима в доме одиннадцать на Сент-Маркс-роуд. Берил работала телефонисткой в отеле «Гровенор» у вокзала Виктория, а Тим – водителем фургона в компании «Ланкастер фудс» в Ноттинг-Хилле. После рождения Джеральдины в 1948 году они переехали недалеко, сняв две комнаты на верхнем этаже
