меня войти. Он просто поприветствовал меня, и Кара вышла ко мне. Она поприветствовала меня, поцеловала в щеку, а затем мы пошли к машине.
«Я полагаю, этот поцелуй был ради твоего отца?» спросил я.
«Да, наверное. Но также и ради меня. И ради тебя».
Я отъехал от подъезда и направился к Graeter’s.
Пару минут мы ехали в тишине.
«Кара, почему ты хочешь пойти со мной на свидание?» спросил я.
«Я же тебе говорила. Ты хороший, милый, добрый и умный. Ты очень нравишься всем, кто тебя узнает. В твоей глупой анкете для знакомств написано, что мы совместимы».
«Да, так и есть. Что касается других вещей, ну, ты уже говорила их раньше».
«Разве я тебе не нравлюсь?» — мягко спросила она.
«Нравишься. Я начал дразнить тебя из-за того, как ты отреагировала на то, что я стал твоим партнером по лаборатории. Но потом я узнал, что ты сама милая и хорошая, не говоря уже о том, что ты просто ослепительна. Но я не уверен, что это имеет значение. Вся эта ситуация очень запутана».
Я заехал на парковку. Мы вышли и пошли в «Graeter's». Мы оба заказали мороженое и сели.
«Помнишь, я сказал тебе, чем все закончится, если ты снова меня поцелуешь?» спросил я.
«Да», — застенчиво ответила она.
«И ты все равно меня поцеловала. Потом, когда я подвез тебя до дома, ты сказала, что я был прав. Что ты имела в виду?»
Она помолчала минуту, потом взяла ложку, зачерпнула вишню и положила ее в мою чашку.
«Кара?» прошептал я.
«Ты сказал мне, что все закончится именно так. Возможно, ты был прав. Я думаю, что, скорее всего, да».
«Я не могу взять твою вишенку, это было бы неправильно».
«Ты не берешь ее. Я просто отдаю ее тебе. Ну, во всяком случае, ту, что у меня в мороженом», — сказала она, нервно хихикнув.
«Нет! Ты позволяешь своим гормонам заставить тебя сделать то, о чем ты потом будешь жалеть. Я не могу быть твоим парнем. Нет никаких шансов, что мы будем встречаться, поженимся или что-то еще из того, что тебе нужно».
«И почему ты так говоришь? Ты можешь предсказать будущее?»
«Нет, не могу, но здесь замешаны другие девушки. Несколько, на самом деле. Но одна из них, скорее всего, та, с кем я закончу. Сейчас она в Сиэтле, но мы планируем вместе поступить в колледж. Разве ты не хочешь подождать парня, за которого собираешься замуж? В этом твоя репутация, да и я слышал, что ты говоришь так».
Я ел свое мороженое, но оставил обе вишенки на краю чашки.
«Я в таком же замешательстве, как и ты. И это не только из-за тебя. Все гораздо сложнее. Думаю, самое правильное сказать, что ты появился в нужное время. Почему бы тебе не прийти в нашу молодежную группу в воскресенье вечером? Я думаю, ты сможешь понять меня немного лучше».
«И что это докажет?»
«Что большинство ребят в нашей молодежной группе такие же, как и все остальные ребята в школе. Мы говорим о сексе и наркотиках, некоторые из нас слушают рок-музыку, а некоторые ребята ходят в кино и танцуют. Примерно четверть ребят уже не девственники. Обсуждение Библии с тобой просто подтолкнуло меня к тому, чтобы подвергнуть сомнению то, что я не подвергала сомнению раньше. Черт возьми, ты ведешь себя более по-христиански, чем большинство взрослых в моей церкви. Ну, за исключением секса. Нашему молодежному пастору 24 года, а его жене 23. Они понимают нас. Конечно, они пытаются удержать нас на прямом пути, но, как я уже сказала, большинство ребят — обычные дети».
«Но ты не такая».
«Нет. Но, возможно, я хочу такой быть».
«Тебе не нужно заниматься сексом со мной, чтобы быть нормальной! Не позволяй своему телу обмануть тебя и заставить делать то, чего ты не хочешь. Я видел это на собственном опыте, и это было некрасиво. И даже если ты решишь, что это то, что ты действительно хочешь сделать, ты, вероятно, захочешь другого парня».
«Стив Адамс, почему ты так стараешься НЕ заниматься со мной сексом?»
«Потому что я думаю, что это было бы грехом», — сказал я, вздохнув.
«Что? У тебя был секс с более чем тридцатью девушками, и это все хорошо и прекрасно. Но секс со мной — это грех? Это бессмыслица!»
«Да, это так. Ты считаешь, что это грех, и это значит, что секс с тобой это грех».
Она просто уставилась на меня. Я почувствовал, что наконец-то донес до нее свою мысль. Я доел свое мороженое, оставив две вишенки в чашке. Кара тоже доела свое мороженое. Пару минут мы сидели молча, затем Кара протянула ложку в мою чашку и взяла обе вишни. Она поднесла ложку к моим губам. Я сделал длинный вдох и съел обе.
Кара улыбнулась.
Мы просидели так еще несколько минут, прежде чем мы ушли, и я отвез ее домой. Я проводил ее до двери, она поцеловала меня в щеку и вошла внутрь. Я вернулся в машину и сел на минуту. Я все еще был в замешательстве, и тут я решил, что мне нужно поговорить с Бетани, поэтому я переключил передачу и поехал к дому Бетани. Я позвонил в звонок, и ее мама открыла дверь.
«Привет, Стив! Позволь мне позвать Бетани. Она ждет тебя?»
«Нет, я просто решил заехать и погулять с ней».
«Это так мило! Заходи, она в своей комнате, делает домашнее задание».
Я поднялся наверх, постучал в дверь Бетани и вошел, когда она ответила на стук. Она не поднимала глаз от своей книги.
«Привет, Милая», — сказал я.
Она вскочила с визгом и бросилась ко мне в объятия: «Привет, Стив! Что происходит?»
«Давай прогуляемся», — спросил я.
«Что-то не так?» — спросила она.
«Нет, не так, как ты думаешь. Мне просто нужно с тобой поговорить».
Она взяла свою ветровку, и мы отправились на прогулку.
«Помнишь нашу первую прогулку? Как трудно мне было держать тебя за руку и как я боялась, что ты меня обнимешь?».
«Помню. Сейчас это кажется древней историей. С тех пор столько всего произошло».
«Да, мне стало лучше. На самом деле, ты выебал меня к нормальной жизни, Стив Адамс. И ты отлично справляешься с тем, чтобы поддерживать меня в норме регулярным сексом!» — хихикнула она.
«Я был рад помочь!»
«И ты наслаждался каждой секундой этого, несмотря на то, что мне пришлось несколько раз затаскивать тебя
