в постель, чтобы довести нас до этого момента!»
«Именно об этом я и хотел с тобой поговорить».
«Я думала, ты сказал, что все в порядке», — сказала она обеспокоенно.
«С нами все в порядке. Это Кара Бланшард. Она сегодня практически попросила меня трахнуть ее».
«Не может быть! Я имею в виду, что на этой земле не может быть такого. Да, я уверена, что ее трусики были мокрыми, когда ты ее целовал, но я не могу представить, чтобы эта девушка попросила тебя трахнуть ее. Я просто не могу».
«Бетани, мы пошли за мороженым, и она положила свою вишенку в мою чашку. И она четко сказала, что она имеет в виду. Когда я не съел ни одной вишенки, она положила их обе на свою ложку и поднесла ее к моему рту, чтобы я съел их. Говорю тебе, она хочет заняться со мной сексом».
«И что ты собираешься делать? Ты знаешь, что это может с ней сделать».
«Я сам ей это сказал. Я спорил с ней. Она хотела знать, почему я так стараюсь. Ничто из того, что я сказал, не смогло изменить ее мнение. То есть, очевидно, что я могу отказаться. Но мне кажется, она твердо решила это сделать. Я помню, что произошло с Анни, и в меньшей степени с Доной. Но в этом случае нет вопроса о согласии и нет вопроса о незнании ситуации.»
«Что ты собираешься делать?»
«Я не знаю. Она не может даже попросить о поцелуе до 1 декабря. Но я точно знаю, что если я ее поцелую, это закончится тем, что мы будем трахаться. Она тоже это знает. Возможно, это произойдет не сразу, но это случится. Это действительно момент принятия решения. Если я собираюсь отказать ей, то именно тогда я должен это сделать».
«Я думаю, что в этом ты прав. Я не могу сказать тебе, что делать, но будь осторожен в этом вопросе. Ситуация может взорваться тебе в лицо».
«А то я не знаю», — вздохнул я.
Несколько минут мы шли молча, рука об руку.
«Трейси попросила меня отвезти ее в клинику в Батавии, чтобы ей подобрали диафрагму. И она хочет, чтобы я помог ей опробовать ее!»
«Она спросила меня, можно ли это. Я не против. Ты же знаешь, что тебе не нужно мое одобрение».
«Это еще раз. Но ты видела, как изменилось ее отношение?»
«Да. Это была удивительная трансформация! Почти как со мной».
«Нет, ты уже преобразилась. Секс только подтвердил это. В случае Трейси, это дало ей чувство собственного достоинства, в котором она отчаянно нуждалась».
«Могу я тебя кое о чем спросить?»
«Ну конечно! О чем угодно.»
«Скажи мне совершенно честно, ты сделал это из жалости? Или ты действительно хотел сделать это с ней?».
«Это точно было НЕ из жалости», — ответил я, покачав головой. «Она милая девушка, у которой была плохая самооценка. Она неплохо выглядит, хотя по сравнению с тобой и большинством девушек за нашим обеденным столом, она, так сказать, довольно простенькая. Хотя она немного полновата, она не толстая. Проблема в том, что она была в тени таких девушек, как Мишель, и она позволила этой тени перекрыть всю ее социальную жизнь. Как только она ПОДУМАЛА, что никому не нужна, она СТАЛА никому не нужна. Это самоисполняющееся пророчество. Если ты считаешь себя нежеланной, ты будешь вести себя именно так. И парни это заметят.
«Готов поспорить на что угодно, что у нее не будет проблем с поиском парня. И она была полна энтузиазма и веселья. Любой парень будет счастлив иметь такую девушку, чтобы заниматься с ней любовью. Она хочет угодить, она хочет, чтобы ей угождали, у нее красивая грудь, она была красивой и упругой, и она сделала мне потрясающий минет. Так что нет, это была не жалость».
«Ты не знал всего этого заранее!»
«А ты не думаешь, что после 35 девушек я мог бы кое-что понять, просто общаясь с ними? Я также выяснил, что настоящая сексуальная привлекательность — ментальная, а не физическая. Я называю это связью, но даже с людьми, с которыми у меня нет таких глубоких эмоциональных уз, я должен быть связан с ними на каком-то уровне. Просто быть красивой или иметь прекрасное тело — просто недостаточно. Спроси об этом Келли Линден».
Бетани хихикнула: «Да, она все еще надеется, что однажды ты оттаешь и позволишь ей вернуться в твой внутренний круг».
Я рассмеялся: «Нет, она хочет впустить меня обратно в СВОЕ внутреннее колечко, а мне это не интересно!».
Бетани сильно рассмеялась над этим замечанием.
«В любом случае, в разговоре с Трейси я понял, что если я заставлю ее расслабиться и помогу повысить ее самооценку, то она станет потрясающим сексуальным партнером. И она стала. Говорю тебе, какого-нибудь парня с ног собьет».
«Прямо как у одного моего знакомого парня, которому потребовалась целая вечность, чтобы трахнуть меня, а потом обнаружить, насколько я хороша».
«Кстати говоря, не хочешь сходить куда-нибудь в пятницу вечером? Я могу трахнуть тебя до поглупения, если захочешь».
«Если ты не против следов от когтей, то это свидание!»
Мы вернулись к ее дому, и я проводил ее до двери.
«Хочешь зайти и потрахаться, Стив?» — ухмыльнулась она.
«Конечно. Давай зайдем внутрь, найдем твоих родителей и скажем им, что мы идем наверх, чтобы трахнуться до поглупения».
«Ну, я бы не стала говорить так прямо, но на данный момент они знают, что мы занимаемся сексом».
«И ты думаешь, что из-за этого они будут не против, если мы займемся сексом в твоей постели?»
«Нет, будут», — вздохнула она. «Мы должны найти способ провести ночь вместе».
«Выпускной. Я думаю, это самое ближайшее время, когда это произойдет. Я бы сказал «Весенние каникулы», но одна моя родственница убьет нас обоих».
Бетани хихикнула: «Да. И они бы никогда не нашли тела. Хотелось бы поскорее, но да, мы снимем номер в отеле на Выпускной. Это идеальное время. Нам обоим будет восемнадцать».
«Могу я тебя кое о чем спросить? Просто кое-что, чтобы ты подумала, тебе не обязательно отвечать сегодня».
«Конечно. Что?»
«На рождественских каникулах, когда Мелани и Пит будут дома, ты бы не хотела пойти с ними в сауну?»
«Почему это может быть проблемой?»
«Потому что мы делаем это голыми. Ты будешь голой перед Питом Карстоном. И Мелани и мной, конечно».
«О! Хм, хм. Я не уверена в этом. Я подумаю об этом, ОК?»
«И,
