Нина насупилась. Она была второй женой полковника Келлера. Первой же женой была сестра Скарятина — Ирина. Но Александр оставил ту с детьми задолго до свадьбы Ниной. В первом бывшего мужа разводе нельзя её винить.
«Бывшего», — Нина даже удивилась этой мысли.
— Ты о службе Александра откуда знаешь? — уловив какое-то смутное опасение спросила она.
— От сестры. Она в мае мне писала.
Сомнения развеялись.
— А она как там?
— В Питере в медико-хирургической академии учится. Она же всю войну медсестрой фронты прошла. А теперь для дворян обоего пола у нас обязательно Служение.
Нина замерла, собираясь с мыслями. Потом резко ударив Михаила кулачком по груди заверещала.
— Служение! Я его не боюсь. Я всю жизнь фрейлиной прослужила! Но кто меня трусливую дуру теперь обратно возьмет! Я же на подозрении!
Михаил сначала опешил, а потом сев в постели притянул к себе старящую и стучащую его кулачками в грудь и плечо Нину. Он дал ей выговорится.
Отверещав, Крузенштерн уткнулась в плечо Энелю.
— Готова и служить, и отречься, я просто гибнуть бессмысленно как Виктория Фёдоровна[337] на каторге в Сибири не хочу.
— Так она жива. В Томске в ссылке с малолетним Владимиром Кирилловичем.
— Правда? А Канаде писали, что их там убили.
— Ффф. Нина, не читай по утрам Английских газет и Канадских не читай! Живы они. Виктория в кинотеатре тапером и игре на фортепиано репетиторствует. Мать её Мария Александровна[338] с ними живет, за внуком присматривает.
— Простил значит Государь?
— Виктории? Такое разве простишь? Но из-за младенца ещё в первый год смилостивился. Титулы ей не возвращены, как и право на Служение.
Глаза Нины погрустили. Искорка надежды вернуться кажется начинала гаснуть.
— Но за тобой такого греха нет. Государь простит.
Она снова прижалась к нему.
— Только кем я дома буду? Если вот так же не допустят к Служению?
Михаил приобнял её поцеловал в макушку. Она приподняла с надеждой глаза. Но продолжать лобызания он не стал.
— Думаю я смогу тебе помочь. Выпрошу для начала тебя здесь Служение.
Она опустила голову и слёзы стали капать на его грудь.
— Ну, сердце моё, чего же ты плачешь? Думаю, Государь всё поймет и примет твоё деятельное искупление. А я пока тебе здесь работу подберу. Квартиру сниму. Сегодня как раз пойду выяснять о работе наставницы по придворному этикету в одно богатое семейство.
— Спасибо, — прошептала она.
«Жаль, что не мой этот милый дурачок. Уж ему бы она точно не позволила стать «бывшим», — подумала Нина, — «ах, какое это печальное слово, ведь она сейчас «бывшая». Эти печальные мысли что-то в ней применили: «Нет! Я СВОБОДНА! Я сама решаю отвечает за себя. А Михаил просто мой друг и, как другу, я ему благодарна. За то, что он для меня сделал и за то, что обещал сделать. И сделает. Сейчас.»
— Мишаа, я есть хочу.
«Уже «Миша». Странный переход. Похоже на один из тех приемов, о которых ему говорила наставница в секс-шпионаже на курсах ЭСЕД Марина Адамовна Маслова,» — насторожился Скарятин, — «все в школе знали, что она в русской разведке уже 15 лет, а я сам догадался что учившая меня ещё и голландскому офицересса — Маргаретта Зелле, известная всем как Мата Хари, а не просто французская жена русского героя, погибшего в битве за Париж».
— Ну тогда будем вставать. Мы с тобой, душенька, в голландской гостинице и здесь подают тинууртье, а он на два часа раньше полуденного ланча. Как помоемся, соберемся как раз десять часов будет. Иди первой. А я пока в ресторан позвоню с заказом.
Нина соблазнительно упорхнула в уборную. Хорошо она сегодня открылась. Но что-то Энеля в этом откровении гложет. Может просто профессиональная подозрительность? Но во всех случаях подробности говорить ей пока рано. Да и не ему решать. Надо будет быстро проглотить «десятичасовик» - тинууртье и спешить на очередной сеанс с Центром. Они тоже тянут кота … за часовые гирьки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})* * *
МОСКВА. ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИЯ И РОМЕЯ.
ТАРР. 21 июня.1920 г.
СРОЧНЫЕ НОВОСТИ
СЕГОДНЯ В КАЛИФОРНИИ САСШ ПРОИЗОШЛО СУРОВОЕ ЗЕМЛЯТРЕСЕНИЕ. СЕРЬЁЗНО ПОСТРАДАЛ РАЙОН ЛОС-АНЖЕЛИСА ИНГВУД. ЗЕМЛЯТРЕСЕНИЕ ОЧЕНИВАЕТСЯ В VIII БАЛЛОВ ПО ШКАЛЕ МЕРКАЛЛИ. ВЛАСТИ ШТАТА ПРЕДПРИНИМАЮТ УСИЛИЯ ДЛЯ ЛИКВИДАЦИИ ПОСЛЕДСТВИЙ СТИХИИ
ГОСУДАРЬ ВЫРАЗИЛ СОБОЛЕЗНОВАНИЕ ДРУЖЕСТВЕННОМУ АМЕРИКАНСКОМУ НАРОДУ В СВЯЗИ С ТРАГЕДИЕЙ. ИМПЕРАТОР ИМПЕРСКОГО ЕДИНСТВА РОССИИ И РОМЕИ ВЫРАЗИЛ ГОТОВНОСТЬ ОКАЗАТЬ ПОМОЩЬ В СВЯЗИ С ПОСТИГШИМ КАЛИФОРНИЮ БЕДСТВИЕМ. МИНИСТЕРСТВУ СПАСЕНИЯ УКАЗНО СРОЧНО ПРИГОТОВИТЬ КОМАНДЫ ДЛЯ ОТПРАВКИ В ЗОНУ ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЯ.
* * *
САСШ. Нью-Йорк.Гремерси-парк, «Хилли» 21 июня 1920 г.
Сегодня Скарятин по раньше пришел в «Хилли». У него выдался свободный час, да и он не знал во сколько прошлый раз сюда пришла Рамбова. А она назначила «в тоже время» … Наташи ещё не было, а вот компания русских поэтов снова была здесь. Шумели, но не бузили.
Он заказал официанту плотный ужин. В свой отель он рассчитывал вернуться поздно, а с десяти часов утра им ничего существенного съедено не было. И это после бурной ночи! Потому ему зверски хотелось есть. Ведь судя по всему Натали не менее властна чем Нина была вчера, и не известно, чем ещё закончится этот вечер.
Официант принес заказ. В этот раз Михаил выбрал полновесный стейк из «бизоньего мяса».
— Вы определились, что будете пить?
— А что пьёт вон та шумная компания?
— О! Это русские поэты они пьют всё! Но «под водочку».
Энель улыбнулся.
— Ну вот её мне и принесите. Пол пинты в графинчике думаю хватит.
— Вы будете пить один?
— Я ожидаю даму. Но она сама себе закажет.
— Слушаюсь.
Местный половой исчез. Михаил приступил к мясу.
Холодный чай, осьмушка хлеба. Час одиночества и тьмы. Но синее сиянье неба Одело свод моей тюрьмы.[339] «Ирина и по своему ведомству могла сразу всё провести. Вот зачем меня вообще было впутывать?»— начинал заводится Энель, — «впрочем, я сам впутался. А с Борисом просто совпало. Как бы всё знать…»
Принесли водки. Официант поставил графин и рюмку.
— Извините, сэр. А вы не Наташу Рамбову ждёте?
Михаил поднял глаза, соображая к чему вопрос.
— Да её. — с удивлением ответил он.
— Она звонила полчаса назад. Просила извинится что её не будет.
— С ней что-то случилось?
— Нет. С ней нет. Землетрясение в Лос-Анжелесе. Она срочно уехала домой в Голливуд. Газеты пишут, что там сильно тряхнуло и город горит.
— Принесите мне эти газеты.
Официант кивнул и метнулся за прессой.
Получив их Михаил пробежал глазами заголовки. Если судить по ним в Калифорнии разверзлись ворота ада.
— Знаешь, что, любезный. Принеси мне еще водочки. Один джилл[340]. И оливок.
Скарятин налил первую стопку и выпил залпом. Голландские моряки пили не хуже русских кутил, собственно от первых вторые и переняли водочные традиции. Официант принес еще одну полную стопку и небольшой салатник с зелеными маслинами. Михаил закусил первую стопку мясом, уже не торопясь отправил содержимое второй в пищевод. Пара оливы упали вслед за ней.
«Не всё коту масленица. Надо как-то Наташу найти» — думал Энель пока горячий поток с двумя зелеными оливами падал в живот.При прошлой встрече эта женщина заинтересовала его. И после произошедшего вчера и утром с Ниной он понимал, что желание встречи было не только сексуальным. «А может оно и к лучшему? Теперь у него есть мечта. А это лучше семьи при его работе» — решил Михаил вздохнув. Но налил из графина третью.
