На самом деле я знаю, кто там. Именно ради него я здесь.
Разум подсказывает, что все, что я делаю сейчас слишком банально и глупо. Чего я этим добьюсь?
Забыла вещи в раздевалке? Серьезно?
Но мне удается видеть его не так часто, как хотелось бы. Поэтому, да. Я буду совершать такие вот глупые маневры.
Дверь в зал приоткрыта, и музыка играет достаточно громко, чтобы я могла спокойно, – без применений способностей ниндзя, – приоткрыть ее еще шире и заглянуть.
Он стоит ко мне спиной. Передо мной его обнаженная спина, по которой струится пот. Пальцы его рук с силой сжимаю рукоятки тренажера кроссовер, а руки смыкаются на груди. Вот только этого я не вижу, вижу лишь спину и сильные руки, сплошь покрытые черными узорами. Они словно черные рукава, надетые на светлую, слегка загорелую кожу.
Я не могу на это не реагировать. Не могу не смотреть. Не могу заставить себя не следить за ним, втайне сходить с ума и фантазировать такие вещи, от которых кружится голова.
Мне известно о нем не так уж много. Все, что я знаю, знают все. Родом из Онтарио, учился в Торонто, затем переехал в наш городок. Ребятам он нравится. Кайден говорит, что им повезло, что их тренирует парень с таким большим опытом. И пусть главный тренер не уступает, все же команде нужен свежий ум.
Для меня это не имеет огромного значения. То есть, да, я рада, что его хвалят, что он отлично работает с ребятами, но для меня главное, что он здесь. Уже четыре месяца. Столько же времени я не могу совладать со своей тягой. Я словно загипнотизирована им. Четыре месяца я задаю себе вопрос, как сделать так, чтобы мои мечты воплотились в реальность? Дело не в возрасте. Дело в глупых правилах.
Пока я в очередной раз витала в облаках, тренер развернулся. Теперь его ореховые глаза смотрят прямо на меня. Мое дыхание становится учащенным, пульс буквально зашкаливает. Я размыкаю внезапно пересохшие губы и не могу вымолвить ни слова.
Какая же я все-таки идиотка.
Наверняка он думает то же самое. Школьница таращится на тренера. Представить не могу сколько раз ему приходилось сталкиваться с подобным.
Но…все же.
Его взгляд не снисходительный и даже не раздраженный. Он внимательно изучает меня, скользя медленным взглядом сначала по моему лицу, затем телу. Но словно спохватившись, хватает висящую на тренажере черную футболку и скрывает свое шикарное тело от моих глаз.
Быть может, мне все это показалось. Наверняка, он злится.
– Что-то случилось? – От звука его грубого глубокого голоса я вздрагиваю.
Сейчас меньше всего мне хочется отвечать.
– Нет, – быстро говорю я. – Услышала музыку, подумала кто-то из ребят. А здесь оказывается вы, – сделав паузу, я продолжаю: – тренер Фаррелл.
Это фантастика, но мой голос ровный, он совершенно не отражает того, что творится у меня внутри.
Уголки его губ дергаются вверх, и я не могу не радоваться этому крошечному проявлению. За четыре месяца второй тренер лишь скользил по мне взглядом, но ведь нам удавалось видеться не так уж часто.
– Ты девушка Лестера, да? – неожиданно интересуется тренер Фаррелл.
Что? Вот черт! Да с чего он взял? Видимо парни до сих пор болтают.
– Нет, – твердо отвечаю я, схватившись за раму двери так, что хрустнули костяшки пальцев.
Явно удивившись, тренер Фаррелл поднимает с пола шейкер с водой и делает пару глотков.
– Что ж, мисс…
Ты знаешь мою фамилию, – мысленно произношу я. – Ты видел меня. И слышал. Ты знаешь меня, Лиам Фаррелл.
– … Роббинс, – к моему великому удовольствию заканчивает он.
Я вся становлюсь словно вата. Вечность бы слушала его голос.
Но он говорит не то, что я хочу и уж тем более не то, о чем мечтаю.
– … ребята все смотрят игру, наверняка. – Он разводит руки. – Здесь кроме меня никого.
Как будто я не знаю. За эти четыре месяца я уже проследила, в какое время второй тренер остается в тренажерном зале. Я даже в курсе, где он живет.
– Тогда ладно, – с нескрываемым вздохом произношу я. – Извините, тренер Фаррелл.
Он снова подавляет улыбку. Я уверена, он мог бы улыбнуться так, что у меня совсем бы снесло крышу. Но он просто не может этого сделать. Его улыбка – это лишь реакция на школьницу, пытающуюся не глазеть на его тело.
Ключевое слово – «пытающуюся».
Мои попытки тщетны.
– Ничего, – говорит тренер Фаррелл и быстрым взмахом головы отбрасывает со лба мокрую прядь каштановых волос.
Мне не хочется уходить. Но оставаться я тоже не могу. Я словно натянутая тетива, стоит ослабить хватку, и я пущу, словно стрелу, свои незрелые попытки соблазнить взрослого мужчину.
Первый шаг мне дается с огромным трудом. До боли прикусив внутреннюю часть щеки, я снова цепляюсь за дверь и возвращаюсь на прежнее место.
– Могу я задать нескромный вопрос?
Тренер Фаррелл, уже успевший отвернуться к тренажеру, снова поворачивается и удивленно вскидывает темные брови. Его каштановая и небольшая растительность на лице образует ухоженную и стильную бороду. От виска к виску, но со сбритыми и верхними частями щек.
Это слишком по-мужски, и я могу только представить, как эта часть его тела будет ощущаться под моими пальцами, а еще лучше губами…
– Мисс Роббинс? – От звука его голоса я снова вздрагиваю и возвращаюсь в реальность.
– Да, да, эм…я хотела спросить. Вы слишком молоды, чтобы быть тренером, ведь так?
В очередной раз я заставляю этого мужчину удивленно вскинуть брови. На самом деле я разузнала ответ на свой вопрос уже давно. Я не хочу, чтобы он принял мой вопрос за явную бестактность. Но, к
