не думаю, что она удивится, если застанет меня дома рано утром. Моя ложь неплохо срабатывает. Всегда. Хоть Хизер Макгоуэн и не заработала репутацию образцовой ученицы (из-за трех угонов), меня охотнее отпустят к ней, чем к Трейси. Это самое обидное, что происходит в моей жизни.
Мама и папа никогда открыто об этом не говорят, они даже не запрещают мне общаться с моей лучшей подругой, но я вижу по глазам и выражению их лиц, что их это не особо устраивает. Может им просто стыдно в этом признаться. В отличие от родителей Трейси, уж они-то не скрывают свое отношение к нашей семье.
– Может, снова подумаешь о нем? – шепот Хизер прерывает мои мысли и о нашей семейной версии аля «МонтеккиVSКапулетти».
– О ком? – недоумеваю я.
Она кивает в сторону, и я слежу за ее взглядом. О, ясно.
– Не думаю. – Я отрицательно качаю головой, чем вызываю очередное фырканье Хизер.
– Заберут, потом не жалей.
Теперь фыркаю я.
– Я уже плавала в этом болоте, не беспокойся, не пожалею.
– Как скажешь, я пойду за добавкой. – Хизер растворяется в толпе, а я начинаю пробиваться к дверям.
В помещении невыносимо душно. Смех, толкотня, музыка и разговоры – сегодня это не моя стихия. Мне просто хочется на воздух. Но как только я оказываюсь возле выхода, дорогу мне преграждает мой бывший парень.
– Ты ведь не уходишь?
Несколько секунд я разглядываю его высокую фигуру, подкаченные мышцы, скрывающиеся под черной толстовкой и взъерошенные светлые волосы. Он милый, правда. Но это все, у нас нет истории. Я даже задаюсь вопросом, почему спортсмены в школе пользуются такой популярностью? Одно сплошное клише.
– Может, и ухожу, – пожав плечами, отвечаю я.
– Я бы хотел, чтобы ты осталась.
– Что тебе от меня нужно, Эндрю?
Не знаю, почему я так злюсь. Дело не в нем, меня просто бесит, что я нравлюсь не тому, кому хотелось бы. И то что, что быть с Эндрю Лестером гораздо легче, чем… Боже, я схожу с ума.
В ответ на мой выпад Лестер лишь улыбается.
– Мне нравится, когда ты называешь меня по имени.
– Неужели? – Я выгибаю одну бровь.
Руки Лестера тянутся к моей талии. Кто-то рядом с нами тут же начинают шептаться. Я отталкиваю его руки и прохожу мимо него. Оказавшись на улице, я всем телом вдыхаю свежий и прохладный майский воздух. Пахнет дождем, музыка теперь звучит на втором плане, так как на первом ночные звуки. Вглядываясь в темноту ночи, я обхватываю плечи руками и чувствую прохладу через тонкий джемпер.
– Куда ты собралась? – Лестер появляется рядом со мной.
Я бы предпочла, чтобы он предложил мне свою толстовку, после чего я бы с радостью сбежала. Но очевидно, что замашки джентльмена ему не слишком по вкусу.
– Эндрю, пожалуйста, – мой голос звучит почти умоляюще, – оставь меня в покое.
В свете, просачивающегося через щели старой конюшни, я могу разглядеть его хмурое лицо.
– Ладно, ладно…
– Ты видел Трейси или Кайдена? – задаю я вопрос.
Симпатичное лицо Лестера искажается в ехидной гримасе.
– Что, сегодня они решили исключить тебя из вашего тройничка?
Если это была попытка пошутить, то она с треском провалилась. Но сомневаюсь, что он пытался сделать именно это. Ясно как день, что его задел мой отказ, поэтому он язвит.
Вся кровь ударяет мне в лицо, я даже чувствую ее кипение.
– Пошел ты, Лестер! – Я со всей силы толкаю его в грудь и прохожу мимо ряда машин.
Нет ничего страшного, если я прогуляюсь до дома и освежу свою голову. Сегодня не самый удачный день для подобного рода шуток, так что я не стану терпеть это дерьмо. По дороге напишу Трейси, что я ушла.
– Стой, Вив, черт! – Лестер догоняет меня, когда я большими шагами направляюсь в сторону города.
– Отвали.
– Куда ты пойдешь одна? Ночью. Ну, прости, глупость сказал.
Да уж, конечно. Наверняка испугался, что я могу передать его слова Кайдену.
– Я сказала: «отвали», – четко проговариваю я, остановившись и глядя ему в глаза.
Лестер видит, что я не шучу. Меня вообще можно редко увидеть стервой, я имею в виду, что я редко проявляю агрессию. Да, меня задели его слова, и я не знаю почему. А может и знаю. Сегодня один из тех редких дней, когда я чувствую себя просто комком нервов. Не нужно было приходить сегодня на эту дурацкую вечеринку, просто можно было врубить музыку и забраться под одеяло. Так я бы провела вечер с бо́льшей пользой.
Пройдя несколько шагов, я не слышу звуки позади себя. Отлично, он отстал. Глаза уже привыкли к темноте, поэтому я замедляю шаг и стараюсь не думать вообще ни о чем. Луна едва проглядывает сквозь тучи. Все звуки вечеринки постепенно исчезают, остаются лишь шаги моих кроссовок по грунтовой дороге и уханье сов. Наш городок небольшой, но все равно мне придется пройти пару миль, не меньше, учитывая, что сейчас я нахожусь за городом. Наш район находится прямо у реки, где ухоженные дома и чистые дворики говорят о своих жителях-перфекционистах и блюстителях закона.
Ну а пока я выворачиваю на Кофорд авеню, менее тихое место, и шагаю по тротуару. Старая покосившаяся вывеска магазина «Джуфус» скрипит под натиском легкого ветра, а уличные фонари освещают лишь часть улицы. До меня доносятся голоса и музыка из баров через квартал отсюда. Возможно, я выбрала не самое удачное время, чтобы проветрить голову.
Внезапно тускло освещенную улицу прорезает яркий свет фар. Я продолжаю идти, когда машина проезжает мимо меня, но вдруг резко тормозит. Мое сердце пускается в галоп, когда знакомый внедорожник сдает назад.
Возможно, я все-таки выбрала самое удачно время.
Мощный
