Темные эльфийки и девочка тенями выскользнули за дверь, казалось, что двери приоткрылись настолько, что даже руку в эту щель просунуть нельзя, но девушки легко вышли. Вышли незамеченными, перед самым носом причалившего перед «Дворцом наслаждений» полицейского катера.
Из катера неспешно выбрались четверо и так же неспешно, с чувством важности выполняемой миссии направились к входу. Хотя над дверями висел колокольчик, один из полицейских с силой ударил кулаком в дверь. Он, наверное, ожидал, что дверь будет заперта, но она от сильного удара распахнулась. Вернее, резко подалась назад та створка, по которой ударил полицейский. Подалась назад, ударилась о стену и, отскочив, ударила по лбу полицейского, который уже шагнул вперед. Полицейский мешком осел на тротуар перед дверью. А подлая дверь, отскочив ото лба полицейского, распахнулась, открыв взорам служителей закона то ли лазарет, то ли детский дом.
– Входите, господа, не заперто! – помахала рукой девушка с пшеничными волосами в странном наряде, напоминавшем тогу. Вся грозная неожиданность появления не менее грозных служителей закона была смазана. Старший полицейский недовольно скривился и вошел, за ним вошел второй, а третий не только сам вошел, но и втащил своего ушибленного товарища.
– Положите его вот тут, – скомандовала девушка в странной одежде и, обращаясь к одной из эльфиек, попросила: – Миримиэль, окажи ему помощь, но так, чтоб он остался лежать.
– Ага! – ухмыльнулась эльфийка и уточнила: – Шишку убрать, а обморок оставить?
Первый из полицейских только таращил глаза, соображая, куда он попал, вроде шел с проверкой в бордель, а попал непонятно куда – дети, раненые, и вообще непонятно, что за компания, состоящая из людей и эльфов. А вот второй, побагровев, наставив палец на отдающую команды девушку, попытался сказать, но от гнева смог вымолвить только:
– Ты… Ты!.. Ты!..
– Я, я, я! – передразнила его девушка и, сощурив глаза, строго сказала: – Попрошу мне не «тыкать»! Мы, во-первых, не представлены, да и статус у нас слишком разный!
Первый полицейский с недоумением уставился на девушку, а потом перевел взгляд на своего товарища. Тот, немного пришедший в себя, пояснил свой гнев:
– Эта паршивка… Это она приложила дверью сержанта…
Полицейский маг, а это был маг, о чем свидетельствовала его нашивка, поднял руки, собираясь произнести заклинание, но дальше он ничего не смог сказать, его подняло над полом на полметра и встряхнуло, полицейский щелкнул зубами и прикусил язык. Он выпучил глаза и застыл в этой позе, с поднятыми руками и высунутым языком, не в силах пошевельнуться. Девушка щелкнула пальцами, и вокруг зависшего в нелепой позе человека заплясало пламя. Девушка спокойно обратилась к снова онемевшему первому полицейскому:
– Офицер, этот человек оскорбил меня! За это полагается мучительная смерть. Прошу вас, располагайтесь. – Девушка указала на одно из свободных кресел. И продолжила: – Пока я буду жарить этого недостойного, вы можете изложить то, зачем пришли. Прошу вас, не будем терять время, казнь займет довольно много времени, ведь жарить надо медленно…
– Зачем? Зачем медленно?! – испуганно спросил полицейский.
Девушка нахмурила брови и сказала очень строгим голосом:
– Попрошу не перебивать меня! Я этого не люблю! А медленно, чтоб он осознал!
– Ага! Пока будет жариться, будет осознавать! И будет он такой осознано-жареный или жарено-осознавший, – раздался хихик от дверей, там стояли рыжая девочка и девушка, державшая большой сверток. С улицы раздавались какие-то крики. Девочка пояснила происходящее: – Вот какие-то хулиганы хотели отобрать у Тото нашу одежду, пришлось их в канал закинуть! А те, кого надо было взять, уже на втором этаже, мы их через окно забросили. Ирэн их допрашивает, я хотела помочь, я же проходила эту тему и знаю все три стадии усиленного допроса, так Ирэн сказала, что я их до смерти напугаю, а я только зубы показала, чуть-чуть! – Девочка сделала обиженную гримаску.
– Э-э-э, – подал голос первый полицейский, – нападение на служителей закона, а тем более их убийство, приравнивается к…
– Да кто на него нападал? Мы его только поджарим, а когда хорошо прожарится, съедим! Чтоб никаких следов не осталось! А раз нет тела, то и нет преступления, да? А съедим, чтоб добро не пропадало! – возмущенно закричала рыжая девочка, увидев ужас на лице полицейских, она поинтересовалась: – Вы, наверное, тоже хотите попробовать? Да? Мы не жадные, выбирайте, какой кусочек вам оставить.
Первый полицейский онемел от сказанного, сержант, зажав рот руками, выскочил на улицу, эльфы сохраняли ледяное спокойствие. Местные просто хорошо знали Листика и Милисенту, а те, кто из другого мира, хоть и удивились, но не подали виду: может, здесь так принято – жарить и поедать полицейских. Тем более что полицейские – хуманы, а девушки – дракланы. Девочки из «Дворца наслаждений» хихикали, они тоже успели узнать Листика и ее сестру, пока те жили здесь. Ритал Акролинно молча потирал свою шею, а мадам Зизи в испуге замерла.
– Милисента! Вы же взрослая девушка! Это Листик еще маленькая… – начал эльф Фиоринэль, а рыжая девочка, не дав ему сказать, возмущенно закричала:
– Это я-то маленькая?!
– Ладно, – улыбнулась Милисента, – пусть живет в сыром виде.
Огонь, бушевавший вокруг полицейского, исчез, девушка не предприняла никаких видимых действий, чтоб снять заклинание, но оно пропало. Второй полицейский стоял на ногах, а не висел над полом. Он растерянно оглянулся, старший полицейский облегченно вздохнул:
– Так это была иллюзия? – После чего строгим голосом начал: – За такие неуместные шутки со служителями закона вы понесете наказание, по всей строгости…
– Шутки?! – возмутилась рыжая девочка. Повинуясь взмаху ее руки, открылись обе створки дверей. Девочка ткнула пальцем в сидящих в полицейском катере гребцов: – Вылазьте!
Те растерянно переглядывались, но покидать катер даже и не собирались. Девочка сделала рукой вращательное движение, и всех четверых выкинуло из катера. После чего катер с грохотом взорвался. Потом девочка запустила огненный шарик, который, увеличиваясь, взлетел над каналом и тоже взорвался. Ударной волной в окнах некоторых домов выбило стекла, с крыш посыпался мусор и куски черепицы.
– Шутки?! – снова воскликнула не на шутку рассерженная Листик. Было видно, что она останавливаться не собирается.
– Листик, перестань! – громко сказала Милисента, она шагнула к девочке и обняла ее. – Ну что на тебя нашло?
– Ага, а чего они все, сначала лезут, следят, потом вон на Тото какие-то бандиты напали… Нашу одежду забрать хотели! А эти, вместо того чтоб охранять, сами пристают! – обиженно проговорила девочка.
– Так полиция же, они по-другому не могут, – пояснила Милисента и, обращаясь к полицейским, сказала: – Надеюсь, господа, вам все ясно? Любая попытка произвести вредоносное воздействие на обитателей этого дома будет расценена мною как немотивированная агрессия, и я приму решительные и адекватные меры!
– Э-э-э… – выпучил глаза старший полицейский, видно, действия младшей и речь, произнесенная старшей девушкой, произвели на него сильное впечатление, он не понял смысла сказанного, но угрозу в интонациях уловил четко. А Милисента еще, подобно своей младшей сестре, создала огненный шар. Еще два шара создали две девушки, вставшие от нее с двух сторон. Потом они синхронно метнули свои шары в небо, грохот взрыва, наверное, слышало полгорода. Разрушений этот взрыв никаких не причинил, потому как произошел высоко в небе. Из оцепенения, вызванного такой демонстрацией, полицейских вывели две темные эльфийки, гнавшие по лестнице со второго этажа десяток мужиков со связанными руками.
– Да, этих тоже заберите, нам они уже не нужны, – кивнула Милисента.
Когда полицейские ушли и входные двери закрыли, Фиоринэль спросил:
– Ваше величество, зачем нужна была эта демонстрация? Не слишком ли громко вы заявили о своем присутствии здесь?
– Что вы, магистр, считайте, что это я тихонько, на цыпочках, сюда пробралась, – засмеялась Милисента, магистр изобразил недоумение, а королева пояснила: – Представьте себя на месте этих полицейских, они сюда врываются, а я заявляю им, что я королева Милисента, поверили бы вы?
– Я бы поверил, вашу силу сейчас видно по ауре, вы совсем ее не скрываете.
– Да, магистр, но тем не менее этот полицейский, который второй, ее не заметил, а он маг!
– Слабенький маг, – заметил Фиоринэль.
– Ага, – вставила Листик. – Он и не смотрел совсем, он, когда увидел магическое воздействие, приложенное с помощью двери ко лбу сержанта, сразу бросился пресекать.
– Именно, он увидел всплеск силы и побежал, как сказала Листик, пресекать, не разобравшись с тем, как это было сделано.
– Но он же на что-то рассчитывал, не мог же он так просто ввязаться в драку, не разведав сил противника? – спросил Тарунион.
