Особенностью капеллы Генриха VII, отличающей ее от более ранних королевских гробниц, является система подземных сводчатых склепов. Святой Эдуард, Плантагенеты, предшествующие им короли и королевы, — все похоронены в саркофагах, выступающих над уровнем пола. В новом приделе гробы впервые опускаются под землю. Какое собрание представляют они собой: Тюдоры, Стюарты и один представитель Ганноверской династии.
Кроме склепа Генриха и Елизаветы Йоркской наибольший интерес представляют собой гробницы королевы Елизаветы в северной части капеллы и Марии, королевы Шотландии, с южной стороны. В обеих есть скульптурные изображения королев, отлитые с посмертных масок. Вид Елизаветы не противоречит описаниям, сделанным современниками в последние годы ее жизни: с большим носом, надменным выражением лица, в хорошо подобранном парике и с крупными жемчугами на шее, жесткий гофрированный воротник чопорно поднят, тело плотно затянуто в корсет, роскошная мантия наброшена сверху, держава в левой руке, в правой — скипетр, который время от времени похищали, а власти аббатства терпеливо восстанавливали. Ниже, под темным сводом Елизавета, дочь Анны Болейн, лежит бок о бок с Марией, дочерью Екатерины Арагонской.
Мемориал Марии Стюарт у противоположной стены капеллы, возможно, более величествен, чем памятник Елизавете; вероятно, так и было задумано Яковом I. При свете факелов он перенес тело своей матери из Питерборо, где ее похоронили после казни в Фодерингхей, и с королевскими почестями предал ее прах земле в аббатстве. Пока гробница строилась, тело Шотландки временно поместили рядом со склепом Елизаветы, только кирпичная стена разделяла двух королев, никогда не встречавшихся при жизни. Если судить по скульптурному изображению, Мария Стюарт была высокой женщиной — около шести футов ростом; ее руки молитвенно сложены, на голове французская кружевная шляпка, гофрированный круглый воротник, вышитый корсаж, тело задрапировано меховой мантией, фигура развернута ногами в сторону вставшего на дыбы коронованного льва.
В склепах часовни покоятся также Яков I и Анна Датская, Карл II, королева Анна и принц Георг Датский, Вильгельм и Мария, а также Георг II и королева Каролина. Так история этого выдающегося некрополя, берущая начало от саксонских святых, захороненных столь давно, приближается к современности.
Королевские склепы открывались несколько раз — либо для того, чтобы устранить какие-либо проблемы, либо случайно, в процессе ремонта и реконструкции церкви. Наиболее интересный, но в высшей степени жуткий отчет об этих вскрытиях содержится в труде настоятеля Стэнли «Памятники Вестминстерского аббатства». В 1867 году во время установки отопительной системы под плитами капеллы обнаружили пять ступеней, ведущих в низкий сводчатый склеп, все пространство которого было занято пятью гробами, соприкасавшимися друг с другом. Они принадлежали Карлу II, Марии И, Вильгельму III, принцу Георгу Датскому и королеве Анне.
На следующий год хотели найти гроб Якова I, место захоронения которого неизвестно. Было совершено несколько неудачных попыток. Один склеп, где, как предполагалось, он мог находиться, оказался занят телом Элизабет Клейпол, любимой дочери Оливера Кромвеля! Другой содержал огромный свинцовый ящик, шесть футов семь дюймов в длину, который оказался гробом Анны Датской и наглядным свидетельством правдивости рассказов о ее необычайном росте. Исследователи, поставленные в тупик мертвым Яковом — этот король любил сбивать с толку и при жизни, — наконец пришли к выводу, что король мог пожелать быть похороненным с матерью, и решили внимательно изучить склеп Марии, королевы Шотландской.
Непосредственно под монументом находится мощный кирпичный свод двенадцати с половиной футов в длину, семи футов в ширину и шести футов в высоту. «Склеп представляет собой ужасающее зрелище, — пишет Стэнли. — Свинцовые гробы беспорядочно свалены на полу: некоторые из них стоят вертикально, большая же часть, различаясь по размеру от гроба для почти совершеннолетнего отрока до младенческого, лежит друг на друге, в то время как несколько погребальных урн разнообразных форм раскатились по всему склепу…
Первым объектом, привлекшим внимание, стал гроб в северо-западном углу, повторяющий форму человеческого тела. Несомненно, это не кто иной, как Генрих-Фредерик, принц Уэльский, старший сын Якова I, который умер от брюшного тифа в возрасте восемнадцати лет. С той стороны, где голова покойного, на свинце очертания его лица, руки и ноги обозначены вплоть до кончиков пальцев. На уровне груди припаян сундучок, очевидно, содержащий сердце, а ниже инициалы принца Уэльского и дата его рождения — 1612 год. В результате разрушения гроба очертания фигуры на крышке несколько деформированы, и вид у него мрачный, но, очевидно, изначально юноша выглядел как живой — тщетная попытка воскресить облик оплаканного наследника, подававшего такие большие надежды».
Далее вдоль северной стены нашлось два гроба, сильно сплющенных и деформированных из-за веса четырех или пяти гробов меньшего размера, наваленных сверху. Согласно свидетельствам Крулла верхний принадлежал Марии, королеве Шотландской, нижний — Арабелле Стюарт. Но последующее, более позднее исследование привело к опровержению этого заключения и даже к обратному мнению. Ни на том, ни на другом гробе не смогли найти именных табличек. Но верхний был сильнее разбит, так что кости и череп, откатившийся в сторону, были отчетливо видны, что подтвердило мнение Крулла по поводу местонахождения Арабеллы Стюарт. Нижний гроб выпачкан смолой и сильно прижат сверху, но свинец не прогнулся. Он выглядел более прочным и следовал очертаниям тела, что полностью соответствовало традициям эпохи Марии Стюарт.
Вокруг останков Марии, королевы Шотландской, скопились свидетельства семейных трагедий династии Стюартов. Обнаружили десять младенцев Якова II и Марии Моденской («инфант умирал за инфантом, если бы они все выжили, вопрос сохранения рода не стоял бы») и восемнадцать крошечных гробиков с детьми королевы Анны, «которой единственной потребовался такой гроб, в коий поместился бы ребенок». Прежде чем покинуть склеп, исследователи навели порядок и поместили «маленьких беспризорников и бездомных членов королевской семьи» в расчищенное пространство у ступеней.
Затем тщетно искали Якова I в гробнице Елизаветы, где великая королева и ее единокровная сестра Мария одиноко лежат в темноте. Вскрыли могилу молодого Эдуарда VI и, в качестве последней попытки, центральный склеп основателя капеллы, Генриха VII, где вместо двух гробов, которые предполагали найти, увидели три, стоящие рядом. В третьем гробу и обнаружился Яков I. Каким образом первый из Стюартов оказался рядом с первым Тюдором, хотя их разделили сто шестнадцать лет, — навсегда останется неизвестным.
