Пэтэнс взглянула на Роу, словно хотела спросить его: не заметил ли он? Впрочем, спрашивать было не нужно, Роу удивленно воззрился на Седлара. Но это продолжалось одно мгновение. Маска вежливости вновь скрыла лицо англичанина.
– Да, это Джаггард Сэксона, – сказал наконец Краббе и захлопнул книгу.
– Какой же я идиот! – вдруг воскликнул инспектор Тэмм и выбежал из комнаты.
Все, кроме Пэтэнс, удивленно посмотрели ему вслед.
– Ваш отец, мисс Тэмм, кажется, очень решительный человек, – заметил с легкой улыбкой доктор Седлар.
– Мой отец, доктор Седлар, – отпарировала Пэтэнс, – часто бывает очень проницательным человеком. Он всегда думает о практической стороне дела. Я думаю, что он побежал задержать посыльного, который принес сюда этот пакет. По-моему, – усмехнулась она, – это никому не пришло в голову.
Миссис Сэксон взглянула на Пэтэнс, словно увидев ее впервые.
– Вы правы, Пэт, – сказал Дрюри Лейн, – мы ничуть не сомневаемся в проницательности инспектора, хотя на этот раз она, увы, бесполезна. Дело в том, джентльмены, что ваш Джаггард издания 1599 года не возвращен в состояние статус квоанте. Взгляните-ка на заднюю крышку переплета.
Доктор Чоут тотчас же перевернул книгу. Лейн был нрав. Переплет был вспорот ножом и кожа приподнята. А из разреза торчал кончик глянцевитой бумаги.
То был стодолларовый банковый билет. К нему обыкновенной булавкой был приколот кусочек оберточной бумаги, на котором большими печатными буквами было написано:
«НА ПОКРЫТИЕ РАСХОДОВ ПО РЕСТАВРАЦИИ» Подписи не было.
– Какая наглость! – негодующе произнесла миссис Сэксон. – Так варварски обращаться с моими книгами!
Громко стуча каблуками, вошел в зал инспектор Тэмм. Он тяжело дышал и поминутно вытирал вспотевший лоб.
– Слишком поздно, – пробормотал он. – Посыльный уже ушел. А это что такое?
Он заметил надрезанный переплет, покачал головой, пощупал новенькую стодолларовую кредитку, потом обратил внимание на оберточную бумагу и бечевку, которой был перевязан пакет.
– Дешевая манильская бумага и обыкновенный шпагат, – вздохнул он. – Никаких следов. Никаких следов. Тошнит меня от этого дела!
Похрустел кредиткой и Краббе.
– Удобный вор, – усмехнулся он. – Сущий благодетель. Возвращает украденное и возмещает убытки. А в виде премии преподносит бесценный подарок.
– Сообщите в газеты, – предложил инспектор. – Для вора будет повод вернуться и потребовать подарок обратно.
– Не будь наивным, отец, – поморщилась Пэт. Но инспектор не сдавался.
– Вор есть вор, – настаивал он. – Пусть сумасшедший, но вор. С какой стати он будет дарить этот ваш тысячу шестьсот шестой или как там его… Вернется и заберет.
– Боюсь, что нет, инспектор, – улыбнулся Лейн. – Вряд ли он так прост.
Миссис Сэксон, уже совершенно успокоенная возвращением украденной книги, вдруг что-то вспомнила.
– Боже мой, Краббе, – вскричала она, – все точь-в-точь, как у нас, вы помните? В самом деле, мистер Лейн, нам уже пришлось испытать нечто подобное.
– Что именно, миссис Сэксон? – заинтересовался Лейн.
– Кто-то украл книгу из нашей библиотеки, мистер Лейн, а затем точно так же прислал ее обратно.
Краббе искоса поглядел на Седлара.
– Припоминаю, – сказал он и снова взглянул на будущего хранителя музея. – Действительно очень странно.
– А вы расскажите, – попросил Дрюри Лейн. Краббе поморщился.
– Не умею рассказывать. Впрочем, ладно. Было это недель шесть назад. Я работал до поздней ночи в библиотеке, составлял новый каталог после того, как часть коллекции была передана Британик-музею. Вдруг мне послышались какие-то странные звуки во флигеле, будто кто-то передвигал книги. Я немедленно отправился туда и застал вора в тот момент, когда он рылся на полках.
– Наконец-то, – проворчал инспектор, – подходим к герою происшествия. – Как он выглядел?
Краббе развел руками.
– Кто знает, инспектор. Было темно, а он к тому же носил маску и пальто с поднятым воротником. Увидев меня, вор тотчас же вскочил на подоконник и прыгнул в темноту. Второй этаж – невысоко.
– Потрясающая картина, инспектор, – вмешалась миссис Сэксон. – Окно открыто, а возле него суетится Краббе, как старый петух, у которого отрубили голову.
– А вы миссис Сэксон, – не остался в долгу Краббе, – выглядели весьма эффектно в своем ночном пеньюаре…
Миллионерша смутилась. Пэтэнс с трудом сдержала улыбку.
– Во всяком случае, я поднял тревогу, – продолжал Краббе, – а мистер Роу, как и подобает доблестному рыцарю, погнался за вором.
– Увы, безрезультатно, – вздохнул Роу.
– Какая книга была похищена? – спросил Лейн.
– Вы не поверите, – усмехнулся Краббе. – Джаггард 1599 года.
Наступило молчание. У доктора Чоута отвисла челюсть.
– Бред! – завопил инспектор. – Сколько же существует экземпляров этой проклятой книги?
Чоут обрел наконец дар слова.
– Вы хотите сказать, что первое издание «Влюбленного пилигрима» было украдено еще до того, как мы его получили?
– Нет, – засмеялся Краббе. – Вор украл подделку.
– Подделку?
– Пустяк, который мистер Сэксон приобрел лет двадцать назад. Грубая подделка. Мы ее хранили как курьез.
– Не понимаю, – прошептал Лейн. – Самое странное во всей этой сумасшедшей истории. Ведь у вас же в библиотеке был и подлинный экземпляр?
– Был. Он находился в особом хранилище вместе с книгами, еще не переданными Британик-музею. А подделка стояла на полке.
– Значит, вор был одурачен?
– Не совсем. Через два дня он вернул нам книгу по почте. Без всяких объяснений.
Лейн не выдержал. Спокойствие покинуло его, он весь дрожал от нетерпения.
– А переплет, – чуть не закричал он, – был ли разрезан переплет?
– Нет, – ответил Краббе, – книгу вернули совершенно нетронутой.
– А пакет, обертка? Такие же?
– Почти. Очень похожие.
Лейн задумался, поднял возвращенную книгу, снова внимательно осмотрел надрезанный переплет, пощупал пальцами чуть-чуть отстающую кожу и покачал головой. Все молча следили за ним.
– Взгляните-ка сюда, как вам это нравится? – Он показал на отстающую под его пальцами кожу переплета. – Не кажется ли вам…
– Еще что-то вырезано? – взволнованно спросил Чоут.
– Не вырезано, а вынуто, – сказала Пэтэнс.
– Вы наблюдательны, Пэт, – засмеялся Лейн. – Именно вынуто. Как видите, господа, пустота под кожей вековой давности. И была использована в качестве…
– Потайного хранилища, – подсказала Пэт.
– Абсурд, – недоверчиво проговорил хранитель музея, – Что здесь можно хранить? И зачем?
– Ах, доктор, доктор, – чуть слышно произнес старый джентльмен, – почему вы, старые книжные черви, пренебрегаете самой точной наукой – логикой? Мисс Тэмм совершенно права. Посмотрите: что-то очень тонкое и легкое было спрятано здесь очень давно. Тонкое потому, что вдавленность едва заметна, и легкое, потому что на значительный вес его давно бы обратили внимание эксперты, в руках которых на протяжении веков побывал этот том. Итак, повторяю: нечто очень тонкое и легкое до самого последнего времени хранилось под кожей переплета книги, изданной почтенным Уильямом Джаггардом в 1599 году…
Лейн задумчиво оглядел присутствующих и убежденно закончил:
– Что это может быть, как не листок писчей бумаги?
Глава X
ПОЯВЛЯЕТСЯ УИЛЬЯМ ШЕКСПИР
Старый джентльмен и Тэмм, почтительно сопровождаемые Гордоном Роу, спустились к выходу. Бронзовый барельеф Шекспира молча посмотрел на них с парадной двери.
– Старина улыбается, – обернулся Роу, – и понятно почему. Нечто человеческое впервые случилось в музее.
– Нечто бессмысленное, – поморщилась Пэт. – Уберите руку, Гордон. У меня очень ревнивый отец и у него глаза на затылке. До свидания.
– Когда мы увидимся?
– Не знаю. Подумаю.
– А если сейчас?
– Сейчас? – удивилась Пэтэнс.
– Именно. Я провожу вас.
Пэтэнс мысленно прокляла себя за то, что покраснела.
– Хорошо, если разрешит отец.
– Он разрешит, – обрадовался Роу и побежал догонять идущих впереди инспектора и Лейна. Дромио, рыжеволосый шофер Дрюри Лейна, дожидался поодаль у стоящего возле тротуара черного «линкольна».
