позовите с собой друга, — прозвучало напоследок.
В итоге я обещал подумать, чтобы сразу не отказывать дочерям ближайшего друга ректора. Кажется, от них тоже пахло «Обнажённой Герцогиней» (судя по всему, бизнес у Виринеи шёл неплохо).
Кстати, насчёт Виринеи.
Я не видел её всю неделю. Отделение Некромантии было закрыто, и девушка там не появлялась, а сам я пока к ней не совался, хотя уже зудело узнать о предварительных результатах насчёт Лича.
И вот однажды вечером, когда я опять изучал бумаги из чёрной папки и сам делал некоторые пометки на полях, Эсфирь вдруг вскочила с кресла, где рисовала карандашами в альбоме.
— Алекс! Хочешь рисунок покажу?
Я аж вздрогнул от её звонкого голоса — настолько погрузился в исследование Басова.
— А?.. Ну… давай, — пробормотал я, не отрываясь от бумаг.
Она сунула мне под нос альбом.
На рисунке был изображен скелет, немного обросший мясом и даже одетый в мешковатое платье.
— Ну почему ты не рисуешь солнце и деревья, как все нормальные дети? — усмехнулся я, покосившись на Эсфирь.
— Почему же? Рисую, — серьёзно ответила она. — Но сейчас важнее эта нежить, которая идёт к тебе в гости.
И тут кто-то постучал в дверь.
Ах ты чёрт…
У меня даже холодок по спине пробежал.
* * *
Открывая дверь, я приготовился к нападению, но ничего не случилось.
По крайней мере, пока.
В коридоре стояла Виринея. На этот раз без топора, зато с саквояжем, а вместе с ней пришла и нежить в том самом мешковатом платье.
— Э-э… — Я даже не нашёлся, что сказать.
— Можно мы войдём? — спросила Виринея таким тоном, будто ежедневно приходит ко мне в гости в сопровождении нежити.
— Мы — это ты, твой саквояж и твоя нежить? — задал я дурацкий вопрос.
— Это не просто нежить, — ответила Виринея. — Это моя нянечка Аглая. Она завещала мне своё тело после смерти. Аглая так меня любила, что захотела помогать мне даже мёртвой. Ну так можно мы войдём?
Я посторонился, пропуская в комнату всю эту странную некромантскую компанию.
Увидев Виринею, Эсфирь внимательно оглядела её с ног до головы и уселась обратно в кресло с альбомом в руках.
На нежить она вообще не обратила внимания, будто так и должно быть. Ну нежить и нежить. Делов-то.
— Извини, что без предупреждения, — сказала Виринея, ставя саквояж на пол посреди комнаты. Затем посмотрела на Эсфирь. — Привет. Ты не боишься мертвецов?
Эсфирь пожала плечом.
— Нет, если они добрые.
Её больше интересовала сама Виринея, поэтому она задала ей вопрос, от которого мне захотелось провалиться от стыда:
— Ну и как тебе мой брат? Понравилось проводить с ним «послезавтра»? Наверняка, он очень старался.
Виринея выдержала её острый взгляд, хотя вряд ли поняла, о чем речь.
— Мне всё равно на твоего брата. Хоть сегодня, хоть послезавтра.
— Врёшь, — тут же сощурилась Эсфирь.
Пришлось вмешаться.
— Так, а теперь поясни, что это вообще? — обратился я к Виринее, указывая подбородком на нежить.
Девушка открыла саквояж и достала оттуда пробирку с кровью, что я ей дал.
— Предварительные данные говорят, что неизвестному Личу не меньше ста лет, — прямо сообщила она. — А ещё, что это, возможно, некромант двенадцатого ранга. У него мертвое тело, а ещё есть примесь другой магии, но я не пойму какой.
— Магии крови? — тут же спросил я, делая свои выводы.
Виринея посмотрела на нежить, которая встала у моего рабочего стола, ожидая приказа хозяйки.
— Вот я и хочу узнать, — ответила девушка, после чего обратилась уже к нежити: — Ляг на пол, Аглая, и приготовься.
— Да, Тёмная Госпожа, — ответила нежить замогильным шёпотом и расположилась прямо на полу.
Мне осталось только наблюдать за некромантскими выкрутасами Виринеи.
— И что дальше?
Она взяла меня за руку и потянула к креслу.
— Сядь туда. И пока не вставай. Я вызову кое-кого… — Она замялась. — Да, я говорила, что при тебе не буду этого делать, но мне кажется, она захочет говорить именно с тобой.
— Кто? — на всякий случай уточнил я, хотя уже понял, о ком она говорила.
— Ведьма, — подтвердила Виринея мою догадку. — Не зря же она тогда к тебе приходила. Но сейчас я не дам ей использовать моё тело, поэтому привела сюда нежить. Я насильно вызову дух Ведьмы и вселю в это мёртвое тело. Совсем ненадолго. И если она захочет, то всё расскажет насчет Волота.
Я покосился на нежить, что устроилась на полу.
Мертвец в платье уставился в потолок пустыми глазницами, мерцающими зелёным светом Эреба, и просто ждал своей участи.
— Это опасно? — спросил я. — В прошлый раз она подавила тебя. Что мешает ей сделать это ещё раз?
— Я буду контролировать нежить, а значит и Ведьму, — уверенно ответила Виринея. — К тому же, Ведьма знает, что если я захочу, то упокою её прямо тут. Только когда будешь с ней разговаривать, задавай точные и конкретные вопросы. Она ответит не на всё. Не забывай, что это сильная и хитрая Ведьма. Она может даже попросить что-то у тебя взамен на ответы.
Я даже не хотел представлять, что она бы могла у меня попросить.
— И что например?
— Не знаю, — нервно произнесла Виринея: она сама этого боялась. — Призванные духи могут просить что угодно. И здесь нужно быть осторожным, нельзя обещать того, чего ты не сможешь исполнить. Если она совсем обнаглеет, то лучше отказаться вообще. — Она куснула губу и добавила почти неслышно: — Мне бы не хотелось, чтобы Ведьма причинила
