class="p1">— Почему? Почему, вы все молчите?! И я узнаю о ваших тревогах по случайности? — Роза прижалась к Молодому Бенедетти и запричитала то ли с досадой, то ли с печалью.
— Ты проявил эмпатию, то есть поставил себя на чужое место — Олег прикрыл веки, и его мина просияла одухотворенностью — Такое может сделать только сильный и в психологическом смысле полноценный человек. Тебе нечего стыдиться, малыш Лино.
Лино улыбнулся во все зубы и потрепал себя по волосам в смущении.
— Я не злопамятный, и кого-то ненавидеть я не хочу. Но терпеть такое я тоже не в силах. Надеюсь я поступил правильно — сказал он, когда Роза строго и заботливо прикалывая его к балюстраде усадила его и возложила голову ему на плечо — Последнее время у меня много таких надежд.
— Сказать правильно ли ты поступил — я не могу — Олег вдумчиво приподнял глаза — Девочка нуждается в человеческом мясе, да и как ты сам видел, склонности у неё могут быть самые разные. Возможно, именно сегодня решилась судьба большого числа людей — он сделал паузу, почесал щупальцем затылок — но знаешь, что, малыш? Быть может, ты поступил неправильно, но меж тем ровно так, как ты сам считал правильным. Не многим дано такое. Большинство применяет ярлыки к вещам, следует чужому, или даже точнее чуждому порядку. Кто-то просто плывет по течению, кто-то зомбирует себя и слепо топает туда куда ему велит тот, кто по порядку выше него или сам порядок если выше нет никого. Да…Таких людей немного. Хорошо это или плохо? Сложный вопрос. Однозначно на него никто не ответит. Или, вернее сказать, каждый даст тебе свой ответ. Уникальный.
— Благодарю за похвалу, но мне уже неловко — лицо Лино разукрасил румянец, и оно встало в ряд с восходящим на востоке солнцем — рыжим и алым — только вот вы сами себе противоречите. Говорите, что все дадут разные ответы, но тогда предыдущее утверждение абсолютно неверно.
— Как не парадоксально, малыш-Лино, нет. Их реакция на вопрос будет разной по форме, но крайне заурядной по наполнению. Иными словами, действительно скажут ответ лишь немногие, остальные воспроизведут вариант, который себе вдолбили в голову или который проистекает из того, что они туда вдолбили. Или же они и вовсе воспроизведут нечто расхожее и посредственное, прикрывая тем полное к сей теме безразличие.
— Простите, я хоть и учила философию, но мне не совсем ясно, о чём вы — Роза потеряла линию дискуссии ставшей весьма претенциозно абстрактной.
— А ты, душенька, как это будет на вашем языке…вообщем… не парься. Я пока был человеком совсем был далек от философствований, а сейчас видишь, как меня несёт. Ха-ха-ха — Олег приглушенно захихикал, а затем снова обратился к Лино — Я не могу гарантировать, что всё будет хорошо, что эта малютка не станет кем-то наподобие вертихвостки Кристобаль. При том, что у малютки ещё и обратная фора, так как эта ведьма когда-то все же была человеком. Такой ей выпал рок. Однако, я могу поклясться, что приложу все свои силы, чтобы твоё решение не оказалось неправильным. Уже не из чувства высокого долга или польщённого трепета, а потому что я сам того хочу. По своим собственным причинам так сказать.
— Спасибо — Лино мягко улыбнулся.
— Да пока что не за что, хе-хе — Олег исказил до селя серьёзную мину престранной ухмылкой — Честно сказать, я тот ещё родитель, так что ты особо не надейся. Прошлые мои выводки оказались теми ещё ушлепками, хотя поубивал я их не за то конечно.
— А вы мастер давать и забирать надежду — Лино прыснул в руку на фоне общей подавленности.
— Так с кем ты говоришь, я ж как никак, бывший круг капитула. Страх и бич человеческий. А если серьёзно, то тех головастиков, что уцелели я на дух не переносил. Один — прощелыга, другой — только о кукурузе и думал. Потому малыш-Лино я ни с какой точки зрения не могу быть хорошим родителем.
— Я в вас верю — издевательски вызвал бурный хохот у Олега Лино.
— «Нет превыше дара искупленья, и всё зависит лишь от твоего решения». Потому я в вас тоже верю, господин Олег — сердечно тревожась и совершенно не попадая в лад чудного разговора Лино и Олега залепетала Роза, вскакивая и вызывая ещё больший всплеск гогота — почему вы смеётесь?! У-у-у-у. Это же очень важно. Лино, ты только что вёл себя так благородно, а сейчас дурачишься. Как можно.
— Прости, прости — прохохотался Молодой Бенедетти и стал как рыба открывать рот и всасывать воздух — Это нервное.
— Подтверждаю. Плач и смех одного поля ягоды. Лишь разнообразные способы борьбы со стрессом. Лучше работают в коллективном поле — перехватил чемоданчик и положил руку на плечо сидевшему Лино Олег — Это я как врач, дипломированный тебе, душенька, говорю.
— Лино! — прошипела остервенело Кони в страхе за Молодого Бенедетти в объятиях видимого ею чудовища.
— Полагаю, нам пора, госпожа невестка — не отстал от неё принц и прервал молчание чуть более знаково — Были рады знакомству, господин. Позволите нам нужно ехать.
— Не смею больше задерживать…только вот книжечку попросил бы. Да, прекрасно — Олег отстранился и, выудив из чемоданчика шляпу с металлической пряжкой на тулье, надел её, собрался уходить, как что-то вспомнил и развернулся к Лино и Розе — Последний совет. Как бы я не отзывался о вашем вояке. Вы это…Больше слушайте его в вопросе безопасности. Хоть и тревожный он, но по делу ведь — Юрий цыкнул уже на порядочном удалении — Ваша реакция мне лестна и возможно была уместна сейчас, но не ждите что каждая встречная бестия будет с вами любезничать. Даже если она вполне разумна. Тем более, ходят тут всякие слухи. Начался какой-то движ. Просто будьте осторожнее. Ладно? Молодцы! И всегда помните, что у зла нет лица.
За этим Олег заторопился к воротам и уже через пару минут скрылся за изгородью, освободившейся от ребенка рукой, который вероятно сгинул в его бездонной поклаже.
* * *
— Фабрис, это твой опекун? — Роза вальяжно расселась на софе, пока экипаж прыгал по кочкам Вилквейса, ища выход на тракт.
— Да нет же. Просто врач. Он еще помнишь как-то давно зуб тебе дёргал. Последний молочный.
— А припоминаю. Такой дядька с седой чёлкой. Разве он не отвечал за тебя? И не жил с тобой?
— Да. Но он мне не опекун. Ну. Официально по крайней мере. А
