мне никогда не получить. И, собственно, поделом мне.
— Тошнит от тебя — скрежетнул зубами Юрий — твои терзания мало кому интересны, бестия. Твоим жертвам, уверен, они тоже не к селу не к городу были бы.
— Понимаю. Потому и не буду вас подгружать — Олег выпустил щупальце и резво метнул его в сторону.
Роза ойкнула и обвила руку Лино. Юрий опять вытащил клинок. Олег прядал ресницами и сдвинул губы трубочкой. Его конечность утонула в том странном чемоданчике, который давешне на чердаке вызывал у Юрия особый интерес. Через мгновение у него перед лицом очутился небольшой намокший мешочек.
— Голод не тетка. Вообщем, не серчайте я поем — раскрыл он котомку и достал кусочек мяса, вонь донеслась до Лино и Розы, заставляя морщиться — сейчас-сейчас.
Врач спешно отыскал в чемоданчике флакон с эссенцией и набрызгался ей до густого терпкого и приятного запаха.
— Это какая-то трава? — узнал запах Лино.
— Да, чебрец. Такая травка. Из неё выходит не плохой ингредиент для людской пищи и лекарств. А также она неплохой ароматизатор — уписал побыстрее лакомый кусок мяса Олег.
— И кто этот бедняга? — Юрий как сыч нахмурился.
— Это… — не успела сказать Роза, как Олег дал ответ.
— Без понятия как его звали. Свежая могила на местном кладбище. Благо труп не сожгли. Так-то я редко таким занимаюсь. Я про могилы и трупы. Изобрёл методу выращивать себе еду в колбах. Просто ломти неодушевлённого мяса. Нет я не про людей, если вы так подумали. Если без подробностей, то животные клетки и клетки людей растут на особом растворе пластами. Как отбивная. Из жертв только косули, олени и прочая живность. Но последнее время мне откровенно не везло. Пришлось даже поручить охоту первому встречному люпусфему. Повыродились гаденыши! Думал меня обхитрить. Не скажу, что не рад, что ты, вояку, эту скотинину отделал. Зрелище было что надо. В итоге я всё же получил нужные мне образцы. Да больно поздно. Могилу я разрыть уже успел. И теперь вот подъедаю остатки, из уважения к потревоженному бедолаге.
Юрий оскалился и промолчал.
— Что-то мы ушли от темы — убрал свёрток Олег и втянул щупальца — Проклятие. Оно верно есть. Как уж угораздило Лабежей в него вляпаться — вопрос на который ответа ни у кого точно нет. Времени прошло много, свидетелей нет. Из уст в уста, и вот уже сломанный телефон выходит. Истина погребена за стеной недомолвок, изворотов и кривотолков. Разве что Александр если помнит, что — Олег подошел к свертку, который он велел Розе обходить стороной — Это маленькое крикливое черноглазое чудо заставило меня здорово попотеть. Я ожидал увидеть злословную, осмотр я проводил, но чтобы она срослась с обычным человеком. Вот что поразительно, ничего не скажешь. Большая часть органов переплелась, как клубок шерстяных ниток. И роженица, и ребенок, да и сама злословная потеряли много крови. Тут вы очень кстати и подвернулись. Без вашей помощи я бы не смог успешно их сепарировать. А так все трое живы. По крайней мере пока что.
— А почему кровь не подошла? Что вы имеете ввиду под злословной? — наперебой заговорили Лино и Роза, когда Олег прервался.
— Кровь я влил роженице и ребенку, а им без лекарских нюансов не любая подошла бы. У меня были запасы крови, но маловато. Доноров я не мастак искать. Ты, девица, попалась как алмаз в граните. Подошла идеально — обратился он к фрейлине, отчего та съежилась — Остатки я сцедил в рот второй близняшке, чтобы она успокоилась. А что касается твоего вопроса, душенька, злословной я называю тех, кого в люди этого мира кличут демонами. Серая кожа, черные глаза и врождённый дар магии слов. Пожалуй, накладывать проклятия у таких индивидов прям таки в крови. К слову, о содержании крови, у тебя малыш всё в порядке? Состав крови явно указывает на воспалительный процесс. Были какие-то проблемы со здоровьем последнее время. Не против осмотра?
— Держи отростки при себе. Чего, Рыжий? Ты чего удумал? Помереть вздумал? — поражённый кивком Лино взвинтил тон Юрий.
— Не давайся ему! — Кони смогла выдавить из себя такой отчаянный крик и так картинно припала на пол, что Роза тотчас подбежала к ней.
— Я просто осмотрю. Никаких рисков — попытался их успокоить врачеватель, но понял, что это дело бесполезное.
Благо Лино не сопротивлялся, чему его спутники непомерно дивились. Молодой Бенедетти улёгся на скамью прямо в одежде.
— Немного болит сзади, но меня туда тролль приложил буквально вчера. Синяк, наверное, не прошёл. А так голова страдала. Да и в целом…Дорога…Нервы то и дело — перечислил все свои болячки Лино, пока Олег приготовился.
Щупальца обвили его, быстро и нежно, ползли под одеждой до самых пят и шеи, стали проникать под кожу. Больно Лино не было, лишь странно и немного противно, как наверно бывает на любом врачебном осмотре. Тем более, круглые глаза собравшихся не давали ему сосредоточиться на ощущениях. То и дело приходилось заверять их в том, что всё в порядке. Процедура закончилась довольно быстро. Олег сосредоточенно молчавший в течении всей манипуляции, втянул обратно свои отростки.
— Повезло тебе попасться мне на глаза — заявил он, раскатывая рукава сорочки — не могу сказать уверенно, но очень похоже на то, что тот тролль оставил пару камешков в твоем заду. Вокруг одного уже начала формироваться капсула с гноем. Намучался бы ещё если бы не наша встреча.
— Мне можно сесть? — Лино с тревогой попробовал подняться.
— И сесть и встать и что угодно — Олег поправил воротник — Я убрал инородное тело, обезболил и внёс часть своей плоти с нужной задачей.
— Что ты сделал?! — заорал Юрий как ужаленный — Ты его в бестию обратить вздумал? Я тебя… — дальше шёл поток брани, которой ещё никто из присутствующих от пирата не слышал.
— Успокойся, вояка. Я просто оставил немного ткани в качестве конструкта. Способность моего тела — продуцировать четко определённые клетки по желанию. Грубо говоря, я поставил им задачу уступать место определенным клеткам и не пускать другие. Со временем они все исчезнут и останется только твоя здоровая ткань, малыш.
— Не совсем понял ваш медицинский жаргон, но спасибо — Лино подивился лёгкости в недавно зудевших местах и бодро приподнялся.
Пират смурно заткнулся, и буравил ходившего рядом Олега особенно обозлённым взглядом.
— Знаете, я тут нашла вашу книгу — Роза чуть доверчивее заговорила с врачом, собиравшим баулы в один, тот самый прямоугольный чемоданчик — мне всегда говорили, что я больна.
