Между тем Старца Иосифа начали посещать помыслы сомнения: разумно ли было согласиться на разговор с отцом Ефремом?
Он думал: «Зачем мне это? Стоит ли мне возиться с отцом Ефремом? Не будет ли и он, как все другие?» В конце концов он послал отца Афанасия позвать его. Отец Ефрем начал печально говорить Старцу:
— Я вижу, что все монахи ударились в рукоделие и невозможно найти человека, которому можно было бы сказать свой помысл и услышать духовное слово. Ну в самом деле, разве та жизнь, которой мы живем — монашеская? Работа с утра до вечера плюс ругань. Доброго слова не услышишь! Где добродетель, где любовь, где молитва?
— Дитя мое, будь внимателен, таков твой Старец. Его тебе указал Бог. Поэтому ты ни уйти от него не можешь, ни осуждать его.
— Но разве такое обращение подобает Старцу? Почему бы мне не уйти, чтобы найти другого Старца, у которого больше духовного опыта?
— Послушай, дитя мое, ты ведь знаешь, что обещал отречься от мира, и при этом хочешь почестей и похвал? Ну так ты заблуждаешься. Если хочешь быть рабом Христовым, то должен принять и все то, что претерпел ради нас Он, то есть презрение, оскорбления, унижения и даже плевки и побои. Если ты все это вытерпишь, значит, и ты несешь малый свой крест и следуешь за Христом. С похвалами, лжепочестями и любезным обращением спасение и преуспеяние не достигается.
Все эти слова жаждущая душа отца Ефрема впитывала мгновенно, как губка. Тогда же он рассказал Старцу о бывших с ним трех случаях посещения благодати и о том, как только что пять часов проплакал. Когда он закончил, Старец обнял его и сказал: «Ну, дитя мое, ты — для меня, а я — для тебя».
* * *
С того момента Старец взял на себя духовное руководство отцом Ефремом. Он рассказывал ему о послушании, безмолвии, самоукорении, памяти смертной и о молитве. Он научил его говорить непрестанно молитву «Господи Иисусе Христе, помилуй мя!» и следить за своими помыслами. Он дал ему и распорядок ночной молитвы, свое правило. Для начала Старец сказал ему творить Иисусову молитву в течение одного часа и прибавил:
— Ты, однако, расскажи это своему Старцу, чтобы это не считалось своеволием.
Отец Ефрем сказал ему об этом, и отец Никифор нисколько не возражал.
С того дня воспряла душа отца Ефрема. С тех пор он называл Старца Иосифа своим Старцем. Формально его Старцем был отец Никифор, но по существу — Старец Иосиф, который и соделал отца Ефрема большим человеком и знаменитым подвижником.
Когда он вновь пришел к Старцу Иосифу служить литургию, тот его спросил, исполнял ли он свое правило. Отец Ефрем ответил:
— Старче, от Иисусовой молитвы у меня ручьем текут слезы и в сердце моем горит огонь из-за любви ко Христу!
Тогда Старец увеличил ему правило и начал толковать о делании и созерцании и о плодах умного делания.
* * *
Вначале отец Ефрем ходил в скит Святого Василия раз в неделю. Постепенно, чем более он духовно сближался со Старцем Иосифом, тем чаще ходил туда. И по будням, и по праздникам, иногда четыре раза в неделю: во вторник, в четверг, в субботу и в воскресенье. Причащались они в субботу и на большие праздники. Не замечая усталости, он шел ночью наверх, в скит Святого Василия, чтобы послужить литургию и причастить Старца.
Отец Никифор с охотой посылал своего послушника к «учителю», как он называл Старца Иосифа из уважения и почтения к нему, поскольку видел, что от такого наставничества ученик становился все более послушным и кротким.
Отец Ефрем всей душой предал себя послушанию и любви к Старцу Иосифу. Он говорил: «Я не любил и не боялся так сильно ни одного человека в мире». Он подробно исповедовал свои помыслы и свое духовное состояние и с радостью принимал советы Старца. Он удивлялся его прозорливости, говоря: «Старец видит меня насквозь».
* * *
Однажды, в начале их знакомства, поднявшись в скит Святого Василия, отец Ефрем застал Старца за молитвой. Старец обнял его голову и продолжил молиться, не говоря ни слова. Таков у него был обычай молиться о нас. Отец Ефрем прошептал, желая тоже стать причастником благодати:
— Старче, ты один все пряники съешь?
В ответ — легкое давление локтем. Отец Ефрем воспринял это как указание замолчать. Спустя немного времени Старец пришел в себя и сказал:
— Дитя мое, твоя душа не только чиста, она непорочна.
Он получил об этом извещение в молитве.
В другой раз Старец положил ему руку на голову и начал творить о нем молитву. Внезапно он остановился и не мог продолжать, ибо преисполнился благодати. А потом рассказал отцу Ефрему:
— Я сотворил молитву о тебе, но и сам получил молитву.
Он получил новую благодать и преисполнился ею. Это было извещение: то, о чем он просил в молитве для отца Ефрема, будет исполнено.
* * *
Однажды у отца Ефрема случилась сильная плотская брань. Он лег спать, но брань плоти была слишком велика. Тогда он начал горячо произносить Иисусову молитву. Вскоре он уснул. Между сном и явью он имел видение: напротив, за калиткой ограды, стоял бес, как его описывают отцы: с рогами, черными крыльями и прочим, — и хохотал. Однако бес не мог приблизиться к его келлии. Отец Ефрем проснулся и затем рассказал это Старцу.
— Видишь, дитя мое, — сказал тот, — ты Иисусовой молитвой держишь его за калиткой, и он не может к тебе приблизиться.
Отец Ефрем постоянно открывал Старцу свои помыслы. Благодаря умной молитве, своим трудам и подвигу он мало-помалу приобрел обилие слез. Он говорил Старцу:
— Старче, слез — изобилие.
Тот отвечал:
— Слезы — это хорошо, они очищают душу. Сейчас ты расчищаешь землю, строишь дорогу, чтобы проехала колесница, чтобы могла пройти благодать, чтобы пришла к тебе благодать Христова.
Много раз Старец беседовал с ним о его даре слез:
— Да, так, с помощью слез ты найдешь благодать. Другой способ — это умная молитва. Умная молитва выше, чем слезы, и если во время умной молитвы придут слезы, ты оставь слезы и держи молитву. Слезы ослабляют умную молитву. Умная молитва больше, чем слезы, она дает человеку видеть благодать.
* * *
Прошло шесть-восемь месяцев с тех пор, как отец Ефрем познакомился со Старцем Иосифом. Однажды вечером с ним произошло следующее, как он сам нам рассказывал: «Когда я проснулся, встал и умылся, я начал совершать положенную молитву по четкам, стоя напротив выходящего на море окна. Исполнив довольно много четок, я вдруг вижу, как ко мне приближаются три сияющие фигуры. Моя комната наполнилась светом. Благоухание неизреченное. Мое духовное чувство известило меня, что это был Христос, которого сопровождали архангелы Михаил и Гавриил. Я упал на колени и обнял ноги Христовы. Я чувствовал такую радость и веселие, такое переживал состояние, что не описать (говоря это, отец Ефрем начал плакать).
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
