распростертыми объятиями. То ли он не пользовался популярностью, то ли в мерзкую погоду, когда сверху поливает не то ледяной дождь, не то град, никто не рискнул выходить на улицу.
— Уже были у нас? — приторно‑приветливо улыбнулась крашеная девица за стойкой администратора.
— Первый раз, — коротко ответила Алиса.
Мирослава пряталась за ее спиной, чувствуя себя крайне неловко, и Алиса понимала ее чувства. Ей самой было неуютно, но раз уж решила побаловать себя, то уходить как‑то… неуважительно по отношению к себе же.
— Купальник, тапочки, халатики взяли? — продолжала растекаться топленым маслом администратор.
Алиса мотнула головой.
— Ничего страшного, у нас есть собственный магазин, я провожу вас, — заверила девушка. — Какие процедуры предпочитаете?
Задав вопрос, она тут же поняла его неуместность. Две девицы, которые явились в спа‑салон без записи и без купальников, едва ли хорошо понимают, какие процедуры здесь проводят. Поэтому, не став дожидаться ответа, продолжила:
— Если позволите, я рекомендую начать с массажа. Затем масочки на лицо, шоколадное обертывание для тела. Потом сауна и бассейн. Как вам?
— Все, кроме сауны, — ответила Алиса. Она и в сауне попарилась бы с удовольствием, но Мирослава не переносила духоты, могла сознание потерять. А идти туда одной и оставлять и без того перепуганную подругу на произвол судьбы ей не позволяла совесть.
— Отлично, — обрадовалась администратор. — У нас есть большой бассейн, но я могу подготовить для вас маленький, на двоих. Обычно мы предлагаем его парам, но сейчас он свободен.
— Давайте его, — согласилась Алиса.
— После процедур вы можете воспользоваться услугами нашего лаунж‑бара, побаловать себя бокалом вина или чашечкой кофе. Для наших гостей мы покупаем лучшие зерна. А также к вашим услугам свежие фрукты и ягоды.
Выбрав в магазине все необходимое, Алиса и Мирослава прошли в кабинет массажа, разделись и легли на столы, укрывшись хрустящими полотенцами. Мирослава испуганно молчала, за все время не произнесла ни слова, а Алиса думала о том, насколько же это другой мир. Такой чистый, светлый, вкусно пахнущий. Будто даже не в их городе. Надо же, снаружи грязь и серость, а внутри — пушистые полотенца и свежие фрукты. Разве так бывает?
Внутри шевельнулся робкий голос, говорящий, что она может иногда заходить в такие места, напоминать себе, что бывает и такая жизнь. Не все в ней ужасно. Правда, может быть смертельно обидно затем возвращаться в привычную мрачность.
За время массажа Мирослава пришла в себя, перестала бояться и, лежа уже на другом столе с витаминной маской на лице, обмазанная шоколадом и обернутая пищевой пленкой, как пирожное в кондитерской, начала улыбаться.
— Круто как, — пробормотала она, когда за девушкой, превратившей их в пирожные, закрылась дверь.
— Угу, — невнятно ответила Алиса.
— Легкость такая во всем теле, — продолжала Мирослава. — Будто я бабочка. Сейчас руками взмахну и полечу.
— Со стола не полети, — хмыкнула Алиса, но Мирослава не обиделась.
— Вот бы тебе почаще такие премии давали, а? Мы б с тобой все салоны в городе обошли!
Алиса промычала что‑то нечленораздельное. Ага, если ей будут такие премии часто давать, то недалек тот день, когда салон ей понадобится ритуальный. И выйдет она оттуда всего один раз. Но, конечно, рассказывать об этом подруге не стала.
Закончив с масками и обертываниями, девушки переместились в бассейн. Как и обещала администратор, бассейн им выделили маленький, на двоих. В помещении, кроме них, никого не было, и Мирослава расслабилась окончательно. Алиса тоже постаралась выбросить из головы посторонние мысли и о матери, и о том, как именно ей достались эти деньги. Сейчас ее задача — получить удовольствие. Она и так слишком мало позволяет себе в жизни.
— Что там у тебя с Владом? — поинтересовалась Алиса, когда обе колыхались в теплой воде, положив головы на бортик и раскинув руки в стороны.
— Ой, он такой забавный, — оживилась Мирослава. — Звонит каждый вечер, болтаем подолгу. Обсуждаем фильмы, книги всякие.
— На свидание не звал?
— Пока нет. Говорит, не вырваться никак, Леон вас работой загружает по полной. Но раз у тебя выходные, может, и он сможет?
— Может, — согласилась Алиса, вспоминая вылазку за бездушным.
Если нас всех не закроют, то сможет.
Мысли с Влада плавно перетекли на других обителей Волчьего логова, и Алиса вспомнила о фотографии, которую увидела на столе у Антона.
— Слушай, а ты случайно не знаешь, кто у Вики дедушка? — спросила она.
Мирослава удивленно посмотрела на нее.
— У нашей Вики?
Алиса кивнула.
— Не знаю… — Мирослава задумалась. — Как‑то она рассказывала, что из семьи врачей, ты была тогда?
Алиса не помнила такого разговора. Может, и была, но в то время не придала значения Викиным словам и не запомнила их.
— Это было, когда Артем ногу на работе подвернул, — вспомнила Мирослава. — Вика тогда сказала, что у нее мама ортопед, если что, может глянуть.
— Не, меня не было, — мотнула головой Алиса.
Травмированную ногу Артема она помнила, но тогда как раз работала в летнем лагере за городом, уехала на целую смену, с друзьями только по телефону созванивалась.
— Ну вот, она рассказывала, что у нее мать — ортопед, отец — педиатр, брат тоже какой‑то доктор, только она отщепенец. С ней вся семья полгода не разговаривала, когда она на менеджмент пошла, заявив, что не видит себя в медицине. И про дедушку тогда говорила. Он вроде какой‑то крутой хирург с частной практикой, к нему простым смертным вообще не попасть. Он, дескать, несмотря на свою крутость, был единственным, кто ее решение поддержал, потому что обожает внучку.
Что ж, хирург с частной практикой, к которому не попасть, — вполне укладывается в описание Антона. Интересное совпадение.
Девушки провели в бассейне не меньше часа. Если в этом салоне и были какие‑то ограничения по времени, то, похоже, в отсутствие клиентов не действовали. Или же им на выходе просто предоставят расширенный счет. Администратор косилась на них недоверчиво ровно до тех пор, пока Алиса спокойно не расплатилась картой за купальники и халаты. Должно быть, после этого девица поверила, что деньги у них есть.
— Ну что, теперь в лаунж‑бар, что бы это ни было? — предложила Алиса. — Там обещали вино и хороший кофе.
— И фрукты, — поддакнула Мирослава, вылезая из воды.
Лаунж‑баром оказалось небольшое помещение, в котором стояли два столика с удобными креслами и диван в противоположном углу, а также крохотная барная стойка с напитками. Диван уже был занят двумя женщинами в таких же белоснежных халатах, с замотанными в тюрбан волосами. Женщинам было около пятидесяти, но они старательно молодились: у обеих были надуты губы, наращены ресницы и явно
