Монтагор уставился на золотого эльфа. "Заор мертв?"
Вашти презрительно рассмеялась. "Даже твоя сестра не смогла подобраться к королю настолько близко, чтобы совершить такое чудо! Нет, я говорю о дочери Заора".
"У моей сестры королевы нет детей", - сказал лунный эльф, озадаченно нахмурив брови.
"Как хорошо известно всему Эвермиту!" - усмехнулась леди Вашти. "Кровь Амариллис иссякает - лучшее, что вы можете предложить в наши дни, это бесплодная королева. Нет, у Заора есть бастард, и от Леди Башен, не меньше!"
"У Амларуил Лунноцветущей есть ребенок?" потребовал Монтагор. "И ты уверена, что он от Заора?"
"О, да. Я подозревала, что она вынашивает потомство, когда увидела ее во время королевской свадьбы. Тогда я предположила, что это какое-то фестивальное отродье или результат того, что она взошла на свой высокий пост, добившись благосклонности Джанналора Ньерде на своей спине", - грубо сказала леди Вашти. "Но я решила проследить следы этой девицы. Они с Заором были вместе в нужное время. Есть магия, которая может определить отца ребенка..."
Она бросила лукавый взгляд на потрясенного Лунного эльфа. "Как ты думаешь, почему я так стремилась поместить своего сына в Башни? Уверяю тебя, это было не от желания, чтобы он учился магии у ног Серого эльфа!"
"Кимил убил дочь Амларуил", - ошеломленно повторил Монтагор.
"Что ж, похоже, эту эльфийку можно научить", - с тяжелым сарказмом сказала матрона Нимесин. "Илайрана Лунноцветущая мертва, или скоро умрет. Похоже, она считает себя жрицей, а не магом. Она покинула Башни и отправилась в Рощу Кореллона, как будто это было какое-то священное паломничество. Кимил прислал мне весть об этом. Что подводит нас к твоей роли в этом деле".
"Я не буду в этом участвовать!" сказал Монтагор.
"Восхитительное чувство, но немного запоздалое", - сухо сказала леди Вашти. "Когда вы сопровождали Кимила в Башни, он довольно ясно сказал вам о своих намерениях. Он сказал, что вы не сделали ни единого движения, чтобы отговорить его или не согласиться. Мы восприняли ваше молчание как согласие, как и все, кто услышит об этом деле сейчас. Заговори об этом, и ты только осудишь себя".
Лунный эльф опустился в кресло, потерпев поражение. "Что же мне делать?"
Вашти Нимесин холодно улыбнулась. "Пройдет много дней, прежде чем Илайрану хватятся. К тому времени яд, погрузивший ее в дремоту, пройдет свой срок. Будут считать, что она, никогда не выходившая за пределы Башен, просто заблудилась в лесу и погибла. Хотя вряд ли возникнут подозрения в темных намерениях, вы предоставите Кимилу гарантию безопасности. Он покинул Башни за день до отъезда Илайраны. Если возникнут вопросы, ты скажешь, что он охотился на твоей вилле в Орлиных холмах в качестве приглашенного гостя".
Мысли Монтагора завертелись в голове, пока он решал эту головоломку. Всю свою жизнь он жил с мелкими интригами, бесконечной борьбой за власть и влияние, но никогда не подозревал, что один эльф может добровольно убить другого ради выгоды. Он не хотел принимать в этом никакого участия, но боялся, что оказался втянут в это дело так же прочно, как утверждала леди Вашти.
И все же, что он потеряет, если эльфы Нимесина добьются успеха? Конечно, золотой эльф не удовлетворится убийством дочери Заора. Лиди'алира будет следующей - возможно, леди Нимесин даже потребует руки Монтагора в этом деле! Да и вообще, что мешало бы ей устранить претендентов из клана Амариллис, как только эльфы Лунноцветущих будут устранены? Нет, это был не тот путь, по которому Монтагор мог спокойно идти. Он должен направить леди Нимесин на другой путь.
"Боюсь, что дело не ограничивается простым средством, которое ты предлагаешь", - серьезно сказал Монтагор. "Как вы знаете, моя сестра королева еще не родила наследника престола. Не вы одна заметили взгляды, которые проходили между Заором и Амларуил Лунноцветущей во время его становления королем, или искали возможные причины смерти короля."
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
"Что ты говоришь?" - потребовала эльфийка.
"Лиди'алира знает, что дочь Амларуил - наследница Заора, и она уже предприняла шаги, чтобы ребенка привезли во дворец на воспитание. В этом и кроется проблема. Смерть начинающей жрицы может быть принята за несчастный случай; смерть тайного наследника престола, безусловно, привлечет больше внимания, чем ты или я можем вынести".
"Как это возможно? Ты удивился, услышав о ребенке Амларуил!"
Монтагор развел руками. "Простите меня за мое уклонение, миледи. Я должен был притвориться невежественным, чтобы лучше узнать весь объем ваших знаний. Это деликатное дело, и я уверен, что вы меня поймете".
"Лиди'алира уже обратилась к королю? Знает ли он об этом ребенке?"
"Да", - твердо ответил Монтагор, молясь о том, чтобы вовремя сообщить сестре о своих планах.
Золотая эльфийка в ужасе сжала руки. "Тогда все потеряно! Если бы мы знали об этом, Кимил выбрал бы другой путь".
"Есть еще способ повернуть все вспять", - серьезно сказал Монтагор. "Кимил должен найти принцессу до того, как яд начнет действовать, и привести ее во дворец. Я поклянусь, что все это время он действовал в интересах Лиди'алиры".
"Нимесин, бегун на побегушках у Серого эльфа?" усмехнулась Вашти.
"Это лучше, чем прослыть убийцей и предателем", - холодно заметил Монтагор. "И не думай, что можешь обвинить меня в этом. Я помогал своей сестре в поисках наследника Заора - она за это поручится! В этом задании я продемонстрировал свою преданность королевской семье, даже поставив ее выше забот и претензий Амариллиса! В свете этого никто не поверит, что я сговорился с вами против кронпринцессы. Нет, Нимесин падет один за это деяние, в этом вы можете мне верить!"
Он дал женщине-эльфийке время, чтобы осознать эту новую угрозу. "Однако есть способ, с помощью которого Нимесин сможет избежать любого скандала", - мягко сказал он. "Не один клан золотых эльфов покинул Эвермит и отправился в Кормантир - всего две недели назад все члены Ни'Тессин отплыли на материк. Присоединяйся к ним и ищи там власть, которую ты потеряла на этом острове. Если ты уплывешь, я клянусь своей жизнью и честью, что твой секрет никогда не будет раскрыт".
Леди Вашти посмотрела на него с нескрываемой ненавистью. "Очень хорошо", - сказала она наконец. "Кимил доставит принцессу-бастарда и будет скрипеть зубами, играя роль героического спасителя. Затем я и весь мой дом покинем этот остров. Но не думайте ни на секунду, что мы перестанем работать на благо народа!"
Знакомый холодок пробежал по телу Монтагора при этих словах, ибо в них он увидел тень еще не совершенных дел.
Однако он быстро утешил себя успехом этого дня. Когда Нимесины благополучно покинут остров, он сможет предотвратить любые будущие нападения. В конце концов, разве Эвермит не был неприкосновенен?
Лиди'алира не обрадовалась бы такому развитию событий, но она была прагматичным эльфом. Обеспечить прочную преемственность трона было жизненно важно - таков был первый урок лунных клинков. Кроме того, будучи бесплодной женой, она не могла оставаться королевой вечно. У Эвермита должен быть наследник, и с этим согласились даже золотые эльфы.
Монтагор поднялся на ноги. "С вашего позволения, леди Нимесин, я отправляюсь во дворец. Королева должна знать, что принцесса уже в пути, причем раньше, чем ожидалось".
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Спеша по улицам Лейтильспара к дворцу Лунного Камня, Монтагор язвительно заметил, что в его последних словах, сказанных Вашти Нимесин, было гораздо больше правды, чем могла знать эльфийская женщина.
19. Башни Солнца и Луны
