однако они поддались грубой силе довакина. Стены глубинных троп задрожали от безжалостной силы, местами даже пошли трещинами. Рунные символы моментально выгорели, не выдержав чудовищную мощь ту’ума. Центр огромной металлической пластины разошлась в сторону трещинами и рухнула во внутрь с жутким грохотом.
— Они не зря были запечатаны! — встревожился Алистер, придя в себя после оглушения от крика. — Порождения тьмы могут нахлынут сюда!
— Такой шум даже наверху бы услышали, дова! — поддержала Алистера Ал.
— Они и так уже знают путь наверх. А нам ведь нужно идти к гномам. Кстати, отсюда, мы можем добраться до Орзаммара?
Вопрос Ильмы имело место. Ведь многие жители Ферелдена думают, что так называемые «глубинные тропы», откуда появляются чудовища, потеряны или вообще страшные сказки, но большинство из них всё ещё существует. Достоверно известно о входе в Орзаммаре. Гномы закрыли вход на Глубинные тропы, когда подверглись атаке порождений тьмы во время ещё Первого Мора. И до ныне они находятся под строжайшим замком. Все они запечатаны рунными печатями — за восьмиугольными стальными дверьми, украшенными геометрическими узорами из лириума.
Вход в Глубинные Тропы находится под запретом во всех государствах Тедаса и нарушение карается законом. Но это не останавливает особо любопытных и жадных до спрятанных сокровищ потерянных гномьих тейгов. Кроме Серых Стражей, только Легион Мертвых имеет право на нарушение запрета.
Как много врат подземной сети всё ещё открыты — неизвестно, так же, как и сколько из троп захватили порождения тьмы. Прошли века с того момента, как порождения тьмы наводнили поверхность. Войти на Глубинные тропы означало подвергнуть себя огромному риску. Существует множество легенд о путешественниках, потерявшихся в холмах рядом со входами на Тропы. Из-за чего и власти были вынуждены ввести запреты.
— Я не знаю пути в Орзаммар по глубинным тропам, — сравнявшись с Ильмой, ответил беспокойный Алистер в надежде, что та передумает.
— Ладно, я узнаю, — уверенно выпалила бретонка и не сбавляя хода, прошагала вперед к открывшемуся проходу.
Молодому стражу оставалось лишь смириться с тяжелым вздохом. Его спутницы были солидарны с ним, но никто не решился переубедить Ильму. В ином случае им придется сворачивать назад, но уже без Сентинел. Она все равно сделает всё по-своему. В любом случае для неё путешествия по таким местам давно стали рутиной. В компании или без.
— Ребят, вы можете не идти, если не хотите. Я не требую, чтобы вы шли за мной силой, — бросив им через плечо, вошла в открывшиеся запечатанные врата Ильма.
Путешествовать по Глубинным тропам сложно и чрезвычайно опасно. В лабиринте из тоннелей с легкостью можно затеряться и остаться навсегда. Здесь много пещер, ведущих куда угодно, некоторые засыпаны камнями и землёй прямо по середине пути; или в целях сохранности от того, что может прийти с поверхности; или из-за времени и небрежности бывших авантюристов.
В данном случае Сентинел волновало лишь одно — наличие воздуха. Благо, воздух был даже в глубочайших частях троп, так как гномьи ремесленники давних времен строя их, создали сложную систему воздуховодов, а кое-где даже колодцы. Однако, на Глубинных тропах нет естественного света и нужно было носить с собой факелы. Факелов у компании Ильмы не имелось, но им и не нужно было. С мраком отлично справлялась сфера Ильмы. Также Морриган умела создавать магический огонёк, но поддерживать его постоянно — требовало слишком много магических затрат. Ведьма беспокоилась о другом — этот свет мог навлечь на них обитателей подземелья и это не обязательно только порождения тьмы: пауки, многоножки, глубинные охотники и прочую живность.
— Алистер, бывал ли ты здесь? — с некоторым волнением спросила Морриган, совершенно не зная, куда они идут.
— Ну… Конкретно здесь нет. С Дунканом и остальными я пару раз спускался в тропы в другом месте. Помнится, с нами тогда был картовед Стражей.
— Не нравится мне здесь.
— Никому не нравится, — согласился с Ал Алистер. — Разве только гномам. Но они такие странные, что и не удивительно.
— Что она делает? — заметила остановку Ильмы Морриган. Сентинел стояла на перекрестке и внимательно смотрела на табличку.
Ориентироваться в тропах помогали письмена и таблички. На перекрёстках в стены вырезаны руны, которые указывали направление и расстояние. Приняв про себя какое-то решение, Ильма свернула налево.
Их путешествие разбавляли привалы. По всей сети троп находились заброшенные перевалочные пункты и форты, пустые тейги, давние лагеря гномьих шахтеров, исследователей, экспедиций; также залы почтения к камню, где гномы строили залы воздаяния даров к их Совершенным — гномам, которые стали легендарными при жизни благодаря своим открытиям или подвигам.
Спустя несколько часов путешествия Ильма заметила изменения в окружении. Стены нижнего уровня Глубинных троп были измазаны странной смесью масла и грязи, которые распространяют порождения тьмы, поселившиеся там. Алистер узнал, что это, и заметно напрягся. Известно, что Порождения тьмы заражают скверной даже камни вокруг себя. С обнаружением смеси в дальнейшем повсюду и везде обнаруживались свежие следы порождений тьмы. Из-за чего Алистер и Ал вели себя крайне неуютно, то и дело бросая во тьму настороженные взгляды, будто слышали в темноте чей-то голос.
Согласно историческим записям, королевства гномов некогда простирались по всему Тедасу, и их подземные города-крепости, называемые тейгами, было практически невозможно сосчитать. Кэл Шарок в те времена являлся столицей, домом для всех благородных кланов, а Орзаммар, куда они направлялись, был всего лишь городом шахтёров и кузнецов. Многие из поверхности отмечали, что это захватывающее дух зрелище — величественный город из камня, высящийся внутри огромной пещеры над морем расплавленной лавы. Горнила кузниц там грохотали громче всех, и лучшие мастера ковали предметы, которые вызывали зависть у всех рас. Изделия гномьих мастеров высоко ценятся во всех королевствах.
Изрядно протоптавшись десятки миль по бесконечным темным тропам подземелья, Ильма решила сделать привал в уединенном месте. Когда её сфера исчезла, мрак стоял, что ни зги не видно. Собрав поблизости всё, что может гореть, четверка устроилась на отдых. Провизии и воды осталось на четыре дня. Все, кроме Ильмы были крайне озабочены таким поворотом событий. На все их вопросы бретонка лишь уверяла, что они на правильном пути и скоро дойдут куда надо. Полностью доверившись ей, все устроились на сон.
* * *
Тьма и шепот. В глухой тишине издалека раздавался чей-то голос — Зов. Такой манящий и… чарующий. К голосу присоединился другой, потом ещё один, потом ещё и ещё… Неразборчивые голоса слились в одну неразборчивую симфонию. Вдруг все голоса утихли перед рёвом чудовища, от которого кровь стынет в жилах. Перед тем как открыть глаза и проснуться от удушающего
