Много счастливой жизни?
— Нет, Полярис. В этом состоит главная ошибка в учении Хостера-Эхмеи. Потому что ты ошибаешься. В финале будет смерть.
— С чего бы это?
— От старости или случая, Полярис. У нас со сходками пробуждённых есть одно важное логическое противоречие, которое никогда не позволит нам примириться. Потому что они не понимают главного. Город не должен победить и захватить планету. Тогда жизнь снова продолжится такой, какой ты её сотворишь. Счастливой, да. Не спорю, что ты проживёшь её супер-круто. Но что потом, Полярис? Ты не думал об этом?
— Разве счастливой жизни тебе недостаточно?
— Хорошо, предположим, у тебя всё же получилось стать самым крутым в Городе. Ты воскресил весь свой род до пятого колена, ты бог-император планеты, а у тебя в гареме тысячи наложниц. В чём смысл, если по итогу ты всё равно умрёшь? Просто позволь ему оставаться прежним. Зачем менять то, что и так работает? Разве Город не прекрасен таким, каков он есть?
— Я запутался. Что ты несёшь?
— Баланс, Полярис. Третья сила за то, чтобы поддерживать баланс и сделать счастливую жизнь вечной. Разве не лучше проживать прекрасную жизнь снова и снова, подобно тому, как ты перечитываешь интересную книгу? Разве не лучше жить, зная, что упавший с крыши кирпич не закончит твой путь? Разве не лучше… Полярис… не умирать никогда?
— Ты предлагаешь не проходить кризисы? — удивился я.
— Строго говоря, мы можем позволить определённое разрастание Города. Но процесс слишком неизучен. Мы существуем в нашем раю до тех пор, пока всё остаётся так, как есть. Смещение чаши весов может привести к победе одной из сторон. Ад неспящих, рай спящих, который по итогу окажется смертью. Или вечность, которую несём мы, третья сходка и теория Хостера-Сивиллы.
— Звучит в целом разумно, кроме того, что это будет довольно скучно.
— Ты ещё не понял, как прекрасен Город, Полярис? Наш путь — это путь жизни. И это путь выбора. В петле ты можешь жить столько, сколько пожелаешь. А если надоест, никто не мешает тебе выйти из круга. Но я думаю, ты любишь жизнь так же, как её люблю я. Ты можешь прожить жизнь мечты. Стать кем угодно и чем угодно. Разве это не то, чего ты хотел на самом деле? — спросила она и сама ответила. Тихо, но так чтобы я расслышал. — Свободы…
— Звучит заманчиво. Тебе действительно стоило начать с того, что просто поговорить со мной по-людски…
— Ещё не поздно всё исправить, Полярис. Возможно, я перегнула палку. Возможно, я сама была слишком недоверчива. Мы сильны, да, но третьих слишком мало. Я не могу действовать на доверии. Я не могу позволить, чтобы одно предстательство погубило всё, что мы создавали так долго. Третья сходка и наше соперничество с первыми двумя — намного старше безумия беспредельщиков. Раньше между нами была вражда, но с появлением неспящих пришлось объединиться. Но это не значит, что мы забыли, что верим в разное будущее.
— А теперь я в твоих глазах вдруг стал достоин того, чтобы быть с тобой на равных, а не под рабской печатью, я всё правильно понял?
— Да не рабская это была печать! — возмутилась Аня. — Простой приворот!
— Ладно, проехали, — отмахнулся я. — Ещё один вопрос, что будет если я откажусь?
— Почему?
— Просто, допустим? Попытаешься меня убить или одурачить?
— А как бы ты поступил на моём месте, Полярис? Твоя способность имеет огромный потенциал. Как и твой стиратель. Если ты встанешь на сторону сходок или неспящих, мы в любом случае проиграем.
— Я бы принял появление новой силы, — я криво улыбнулся.
— Не существует другой силы, Полярис. Орёл или решка. Либо Город побеждает, либо он проигрывает, либо… монетка падает на ребро. Третья сила — это ребро. Рано или поздно ты будешь с ними, если не с нами.
— Зря ты так категорична.
— Хочешь идти один против всех? Тогда твою подругу отнимет у тебя твой любимый шеф. Один сильный стиратель, раздающий свой навык, способен изменить всё. Ещё и хаосу начнёте подыгрывать. Это твой путь?
— Я верю только себе, Анна.
Она тяжело вздохнула.
— Такой ответ меня не устроит. Вот поэтому я и пыталась её похитить. С тобой невозможно договориться. Время ограничено, а ставки слишком высоки. Мне очень жаль, Полярис, что ты настолько упрям. Но ты сам сделал свой выбор.
— Звучит грозно, — я улыбнулся.
По краям крохотной улочки вспыхнули искорки, освещая одну большую руну подчинения, заботливо выложенную по всему периметру дворика.
Хитро. Как ни старайся, а ты в любом случае наступишь в ловушку, скрытую под слоем песка и ритуальные предметы, скрытые за мусором.
— Попался, — улыбнулась Анна Луричева. — Жаль, что ты упорно не хочешь дружить по-хорошему.
34. Анна и ее Радость
Лучи ритуального круга устремились ко мне, чтобы сковать рабским контрактом духа по имени Полярис с Анной Луричевой. Пусть даже и узами рабской любви, кто знает.
Но попался здесь вовсе не я.
Фокусировка, разогнанная акцессией, позволила мне легко сдёрнуть с себя ящик, вскрыть его прямо в полёте и рвануть на себя плащ бестии.
В следующий миг лучи символа настигли меня, но вместо того, чтобы заставить склониться перед новой хозяйкой, впитались в артефакт.
Ещё две секунды потребовались мне, чтобы набросить его себе на плечи и броситься к Луричевой.
Судя по вытянувшемуся и резко побледневшему лицу, она знала, что у меня в руках. И ей сильно это не понравилось.
Можно сказать, три ноль в мою пользу. Наконец-то я начал понимать, как с ней играть в игры.
Она не пыталась сражаться, а сразу бросилась бежать. Я устремился за ней в один из узких переулков между домами, проскочил мимо пары домов и едва успел затормозить на обрыве.
Оказывается, мы были на самом краю очередного осколка Несбывшейся.
Луричева ждала меня за поворотом и выстрелила в спину.
Я успел услышать звук и резко нагнулся, пропуская над собой пулю. Сейчас она была такой медленной, что я мог рассмотреть её во всех деталях. А когда поднялся, одновременно с этим выхватил Гераний. Взмахнул клинком, рассекая воздух над головой у Луричевой. Она тоже успела пригнуться, так что мне удалось лишь немного подровнять ей волосы.
Но она была медленнее меня. И акцессия — комплексный навык,
