– Потекла плотина! Нас сметет к чертовой матери! А ваши люди попрятались по своим норам и спят, как сурки! Пользуются тем, что их не достать, мерзавцы! – бушевал мэр. – Ничего, сейчас мы пустим катер! Если он пройдет, поедете собирать людей!
– Эта плотина все время течет! – весело отвечали гвардейцы.
Это была правда. Плотина подтекала с тех пор, как ее построили в горах километрах в десяти от Ринкон Иносенте, перегородив самую большую реку в Эль-Параисо. Построили и гидроэлектростанцию, которая, по замыслу одного из последних диктаторов, должна была носить его имя и снабжать электроэнергией всю провинцию.
Стройка гидроэлектростанции затянулась на десять лет и была завершена, когда в короткой памяти жителей Эль-Параисо не осталось и следа от воспоминаний о честолюбивом и энергичном диктаторе, который верил, что перегородив реку высоко в горах, создаст великолепное живописное водохранилище, где заведет ценные сорта пресноводных рыб.
Однако электростанция не баловала дешевой электроэнергией. Все время что-то ломалось, что-то работало не так. Никогда это дорогое сооружение не давало больше двадцати процентов того количества энергии, которого терпеливо ждал народ Эль-Параисо.
Водохранилище зато и в самом деле получилось большое. Но вода в нем зацвела какими-то салатово-зелеными, невообразимо вонючими водорослями. И уже давно никто не помышлял разводить в этом искусственном болоте рыбу. Даже завезенные туда однажды крокодилы, не выдержав вони, бежали из протухших вод и расползлись по окрестным речонкам, откуда их долго и азартно вылавливали жители прибрежных деревень.
Плотина начала давать течи задолго до того, как ее построили. Когда работы триумфально завершились, один из инженеров забеспокоился, перебаламутил коллег и создал специальную комиссию, которая с неожиданной тревогой сообщила, что, если, не дай бог, плотину прорвет, на Ринкон Иносенте и окрестные поселения упадет стена воды в восемь – десять метров высотой. Упадет не просто как-нибудь, а изрядно разогнавшись по крутым склонам. Комиссия настойчиво рекомендовала ни в коем случае не допускать прорыва плотины и учредить на электростанции постоянный надзор, а также охрану от злоумышленников, которые вдруг могли бы пожелать разрушить это полезное, но, как выясняется, весьма опасное сооружение.
На плотине появились несколько охранников в нежно-голубой форме пограничной службы, которые задыхались от вони и изнывали от безделья. Следить за состоянием плотины входило в обязанности обслуживающего персонала электростанции. Эпизодически мэр Ринкон Иносенте получал от директора электростанции пространные сообщения о том, что в таких-то и таких-то местах замечены бреши. Мэр читал эти сводки и переправлял их в столицу, где их тоже читали первое время, а потом привыкли и перестали читать.
Когда шли дожди, напор воды усиливался и течи в плотине становились сильнее и заметнее. Но это уже никого не волновало, потому что дожди кончались, как кончается все в этом мире. И плотина почти переставала течь…
– Ты меня слышишь, чико! А я ни черта не слышу! – надрывал голос Роберто Кастельянос, переговариваясь с директором электростанции. Угроза катастрофы на плотине возникла неожиданно и застала персонал врасплох. Вернее, не застала никого, ибо работники отправились на карнавал в Ринкон Иносенте, и теперь их пытались разыскать. Дождь, ливший несколько суток без перерыва, угрожающе повысил уровень воды. Но самое страшное было в том, что подувший с севера ветер погнал на хлипкое сооружение двухметровые волны, удары которых разрушали не рассчитанные талантливыми инженерами на такие испытания стены плотины.
– Что ты там бормочешь, чико! – злился майор. – Как это – откалываются куски? Какие куски! У вас же там бетон! Куски бетона?! Я говорил со столицей по секретной связи – обычный телефон оборвался. Они говорят, как только ветер чуть-чуть утихнет, пришлют вертолеты с саперами. Национальная гвардия будет у вас, как только мы соберем хотя бы полсотни людей и найдем для них лопаты. Что? Лопаты не нужны? А что нужно! Бетон? Откуда я тебе возьму бетон? Я не бетономешалка, чико! У нас тут уже давно ничего не строят! Взрывчатка есть, динамит!.. Нас пока затапливает с моря! Похоже, ветер закупоривает бухту. Туристы вокруг домов плавают, а тут ты со своей плотиной! – вновь озлился майор и бросил трубку. Его дергал за рукав один из командиров национальной гвардии, которого тревога застала еще вполпьяна, и он по этой причине рвался в бой. – Ты чего меня за рубашку таскаешь? – раздраженно поинтересовался майор.
– У нас есть группа и катер, чтобы ехать в «Кабаньяс дель Соль»! Гидо сказал, что там затопило девчонок. Их нужно спасать, чико! – с энтузиазмом восклицал командир.
– Ну и спасай! – отмахнулся майор, погруженный в свои мысли, но, когда воодушевленный спасатель направился к выходу, майор остановил его криком:– Стой, сукин сын! Я тебе покажу девочек! Гидо, бери всех, кто есть сейчас, и поезжайте к детскому пансионату! Надо вывозить детей!
Майор повернулся к расположившемуся в его кресле мэру.
– Первые катера пойдут забирать детей. Если ветер продержится еще несколько часов, здесь будет как в тридцать четвертом году! Вы слышите меня, карахо! – закричал майор, перекрывая своим голосом шум и гам, поднятый командным составом национальной гвардии Ринкон Иносенте. – Из столицы сообщают, что по их данным волны закупорят бухту! Это будет конец! Если еще прорвет плотину, завтра на этом месте будет море! А вы зубы скалите! Первая группа отправляется за детьми! Остальные полетят на плотину, как только появятся вертолеты. Из аэропорта сообщают, что они в состоянии поднять на воздух два транспортных вертолета. Пилоты говорят, что потихоньку, прячась за холмы, они могут вывозить на плотину людей. Плотина трещит! Времена наступили крутые! Смеяться будем потом, если будем живы!
Физиономии жизнерадостных гвардейцев начали вытягиваться. Вперед выступили немолодые и знавшие, что значит наводнение, капитаны национальной гвардии, за ними потянулись присмиревшие младшие офицеры. Когда над головами собравшихся в штабе по борьбе со стихийным бедствием раздался пронзительный свист, с которым вертолет садился прямо на крышу гостиницы «Прелести моря», первая команда для отправки на плотину была укомплектована. В нее вошли два десятка младших офицеров и несколько сержантов. Рядовые бойцы национальной гвардии, которых, кстати, было в Эль-Па-раисо не очень много – примерно столько же, сколько командиров, – еще не успели добраться до места сбора.
Для команды номер один нашлись динамитные патроны и даже несколько мешков с цементом, которые неизвестно зачем хранились в закромах служебных помещений пограничной службы Ринкон Иносенте.
