грозные, расслабились, а тут вот, и получили… грязным сапогом по морде. Да с оттяжечкой, и кушай, не обляпайся. И сопли кровавые вытереть не забудь! Все же так хорошо было спланировано!
Идеально просто!
И вот…
Внук мертв, а отношения с Эрландом… безусловно, плохими они не станут, это политика, вон, Иоанн в извинениях рассыпается, объясняет, что не виноватый он, не мог же он принца за воротник хватать, и это принять придется. Действительно ведь не мог.
И эрр Шедан написал, разъяснил все.
Мол, так и так, королева сбежала, его высочество за ней погнался, а вот кто там, что там…
Бог весть! Марко-то там не было. И выживших нет!
Виноват ли в этом Иоанн?
Кое-какие догадки у короля были. А сейчас надо было посоветоваться с близкими и выработать стратегию. Да-да, именно так. С преемником поговорить, и с внуком, который тоже на трон сядет в свое время. Чтобы видели, понимали, чтобы сами участвовали… сегодняшнее их решение определит политику Фардании на двадцать – тридцать лет вперед. Это важно.
– Мой внук мертв, – скрипнул голосом Ханс. Горло сдавило. От гнева и бессильной ярости.
– Мой сын мертв, – Фридрих едва сдерживался. Сын же… младший и любимый!
– Мой брат, – Дитрих, которого тоже допустили на совет, горевал меньше всех. Он тоже был честолюбив и понимал, двум медведям будет тесно в одной берлоге. А малым его братец не удовлетворился бы, ему захотелось бы больше и больше. Это естественно.
Рано или поздно они могли сцепиться. Но сейчас…
Сейчас Вернер мог оказаться полезен, чтобы привязать Эрланд к Фардании. И что с ним могло случиться? Кто мог его убить?
Этот вопрос Дитрих и задал. Пусть он не любил брата, но и спускать такое? Прощать?
Ну, знаете ли!
Сейчас простишь, потом наплачешься, когда тебе всякая пакость на голову сядет и ноги свесит! Короли Фардании славились именно своим характером. Если что-то было ИХ, то это было их, без разговоров, без оговорок, без размышлений.
Отдать свое? Такое мог предложить им только какой-то самоубийца. И свое не отдадут, и чужое заберут, и любого, протянувшего руку к их собственности, порвут на мелкие клочья. Сожрут заживо.
А уж такое… когда убили одного из них!
Как такое вообще можно простить?
Нет, вопрос не тот. Правильный вопрос – кому мстить? Вот это и решала фарданская королевская семья.
– Иоанн? – Фридрих отлично знал о происходящем у соседа. Понятно, что королю не нужна свадьба между Анной и Вернером, и он постарался ее предотвратить. Так ведь?
– Нет, вряд ли, – качнул головой Ханс. – К чему? Проще было устранить не внука, а девчонку. Найти причину для отказа, разорвать помолвку, найти другого жениха…
С этим сложно было спорить. Действительно, к чему усложнять?
Виталиса Эрсона и вовсе никто не рассматривал. Убить Анну было и проще, и легче, и быстрее – для Эрсона. Будет ли Иоанн за нее мстить? Если молодая жена ему десяток детей нарожает, он может и спустить этот случай… до какого-то времени.
Потом поквитается.
Но для таких типов, как Эрсон, что потом, что никогда, примерно равно. Они слишком верят в себя, в свою удачу, свою хитрость, свой ум… они даже и мысли о проигрыше не допускают. На том и попадаются. Но все верно, зачем убивать его высочество Вернера, если можно просто устроить несчастный случай Анне?
– Тогда – кто?
В разбойников не верил никто.
В несчастный случай еще меньше. Не бывает таких несчастных случаев, нет, не бывает…
– Ознакомьтесь, – Ханс бросил на стол письмо. – Пришло недавно, и секретарь решил не рисковать.
Фридрих послушно взял конверт в руки.
Запечатано… какой-то незнакомый герб. Оттиск с чьего-то кольца, скорее всего. Обычная роза, таких у каждого пятого на гербе по три штуки. Бывает.
– Просто пришло?
Такое письмо могло бы просто отправиться в корзину для мусора. Легко.
– Нет. Оно оказалось в дипломатической переписке с Эрландом.
– Вот как?
– Лежало среди прочих писем.
Фридрих кивнул. Теперь он понял.
На самом деле, отношения между государствами регулируются постоянно, и переписка ни на день не останавливается. Короли пишут друг другу и могут отправить письмо специальным курьером, но это чуточку другое. А есть еще таможенные пошлины и сборы, которыми занимается казначейство, разные беглые и разбойники, которыми занимается стража, дела церковные, которые тоже без писем не обходятся… да всего не перечислишь! Вплоть до переписки двух лесничих, потому как олени, гады рогатые, шляются туда и сюда, не разбирая границ, а короли на них охотятся.
Так что раз в три дня собирается и отправляется дипломатическая переписка. Понятно, что купцы или какие-то крестьяне ей пользоваться не будут, это специально для королевских служб. Чтобы не приходилось ждать ответа неделями и месяцами, письма собираются в специальный короб, и тот отдается курьеру. Во дворце короб попадает в руки к секретарю, который просто занимается сортировкой писем и разносит их, куда положено. Вот это письмо было помечено лично для его величества Ханса. Секретарь же руководствовался инструкцией. Куда написано – туда и отнес, в приемную короля.
Личный секретарь Ханса по инструкции вскрыл письмо и наткнулся на второй конверт, на котором четко было написано.
«Причина смерти его величества Вернера. Читать ТОЛЬКО его величеству».
При таких условиях письмо секретарь, конечно, вскрыл, надо же проверить, вдруг там какая пакость или яд, но читать не стал. Убедился, что там просто лист бумаги, что не отравлено, и положил его на стол короля. И Ханс прочитал письмо.
А вот верить или нет…
Ваше величество!
Я знаю Вас, как мудрого и справидливого государя. К тому же мне не по душе то, что сейчас происходит при дворе, власть захватывают Эрсоны, и я скоро потеряю свое положение. Сделать я ничего не могу, но пока у меня еще есть вазможность покветаться.
Ваше величество, я начну издалека и умоляю простить меня за многасловие. Иначе Вы не поймете причину праисходящего.
Его величество Иоанн решил снова сойтись с ее величеством Марией. А наследником назначить своего бастарда от эрры Ирены. Илес фиц-Эрланд был официально признан, более того, он был достаточно умным и чистолюбивым юношей.
Эти планы не пришлись по душе ее величеству Марии. Справидливо рассудив, что придавший раз придаст и впредь, да и зовисить в старости от чужого ублюдка не дело, она решила уехать к брату, не сообщая об этом супругу.
Ваш внук, будучи горячим юношей, решил догнать свою невесту, которая уехала с матерью. Я не знаю, откуда об этом узнал его величество Иоанн, но он поручил Виталису Эрсону догнать Вашего
