сладость от обертки.
- Держи. Немного скрась эту серость чем-то сладким. - Положила она конфету ему в руку. - Я такие сладости впервые вижу. Орехи... Похоже чем-то на орехи в шоколаде.
- Там внутри сгущенка и вафли. Это мои любимые конфеты. - Улыбнулся он, вспоминая детство. - Мне их покупал еще отец, когда я был расстроен учебой или спортом. Я боялся, что Канада захочет покуситься на мою долю, поэтому постоянно прятал под кроватью. В итоге они покрывались пылью или портились, а после я узнал, что брат вообще не любил их... Глупый ребенок.
- Я тебя понимаю. - Развернула она следующую сладость. - Сама так делала в детстве, когда отец раздавал конфеты. Иногда просыпалась эта жадность.
- Ты попробуй. Они невероятно вкусные. После этих конфет, остальные покажутся отвратительными.
Поднеся конфету к губам, он резко замер, принюхиваясь к странному аромату. Нет, запах совершенно отличается от того, что он ощущал в детстве. Слишком сладкий, словно ваниль. Но откуда в этих конфетах ваниль? Где же заветный аромат какао, орехов и шоколада? Осознав свое волнение, американец тут же выбросил конфету на пол и выхватил другую до того, как ее съела бы Россия, тем самым озадачив ее.
- Ты чего? - достала из сумочки салфетку та. - Что не так?
- Ты же не ела шоколад? Не облизывала пальцы? - с тревогой спросил он.
- Нет.
- Слава богу... Господи. Тебе надо вымыть руки с мылом. А... Мне сменить перчатки.
- США, я не понимаю... Что с тобой?
Глядя на ее взгляд полный неуверенности и подозрений, он достал из тумбочки влажные салфетки и бережно обтер ее измазанные шоколадом пальцы. Больше всего он боялся, что не успеет остановить ее, что любимая девушка попробует по его настоянию сладость и забьется в судорогах, пока не остановится сердце. Мужчина боится потерять ее. Ему невыносимо даже мысль о том, что в его руках будет лежать бледное бездыханное тело возлюбленной, а на ее щеках останутся кровавые слезы. Цыкнув, он схватился за полотенце и мыло, желая провести ее до ванны. Кто посмел действовать так смело и глупо?!
- В конфетах яд. - Уверенно ответил рыжеволосый, осторожно опуская ноги с койки. - Я точно это знаю. Уже встречал подобное. Слишком сильный запах ванили.
- Твою мать... Ты уверен? - помогла ему встать русская, глядя на лежащие на полу конфеты. - Может они просто полежали среди других сладостей и впитали аромат?
- Коробка же была запечатана в подарочную бумагу. - Недовольно пробормотал он. - Если тебе трудно поверить, я запрошу экспертизу.
- Мне просто... Не хочется верить, что кто-то из них причастен... Все подозрения ведь упадут на Германию, Италию, Грецию, Японию... И моих хороших знакомых.
- Ты о Северном и Китае? Я понимаю, Рос. Но ты должна рассуждать логически. Если бы они были твоими друзьями, разве посмел кто-то из них отравить тебя?
- Скорее всего целью был ты. - Помрачнела девушка, включая воду. - А я... Просто оказалась бы первой подозреваемой.
- Ты и сама знаешь, что я в это ни за что не поверил бы. - Приобнял ее за плечи США, осторожно целуя в висок. - Я передам конфеты доверенным людям и весь пакет с едой тоже. Хочу, чтобы ты смогла убедиться в моих словах. Тем более, это даст нам неплохой шанс сузить круг людей.
- Ты прав. Ведь... Это та самая ошибка, которую мы так ждали. - Вздохнула рыжеволосая, вытирая руки. - Неудачи в убийствах за последние полгода затуманили ему разум, и ублюдок решил действовать радикально. Если твои догадки подтвердятся, значит можно автоматически записать всех шестерых в список подозреваемых. И тогда я начну следующий этап.
Замечая ее печаль, США поцеловал ее вновь в макушку, осторожно прижимая спиной к своей груди. Казалось, в ее мире она привыкла к предательствам и вранью, но до последнего верила, что здесь ее будет ждать счастье. Верные друзья, любимый мужчина и дорогая сердцу семья. Однако в один момент надежды России разрушаются, оставляя после себя лишь руины и слезы. Он привык к подобному отношению, и попытка отравления от стран не было сюрпризом. Но для нее происходящее оказалось серьезным ударом.
- Искорка... Не надо расставаться. Я тебя прекрасно понимаю. - Успокаивал ее нежными объятиями Штаты. - Конечно, печально, если те, кому ты доверяла, окажутся предателями, но это поможет тебе убрать от себя всех ненужных людей. Сама подумай.
- Я знаю, США... Правда. Оказавшись в этом мире, я сразу решила выстроить стену, и никого не подпускать к себе. Но... Китай и Северный... Они ведь в моем мире неплохо ко мне относились. Помощи, конечно, не дождешься, но хотя бы моральная поддержка иногда была. А здесь... Если я узнаю, что они пытались нас убить, я вряд ли вообще смогу хоть кому-то здесь доверять.
Развернувшись, она прижалась к нему чуть сильнее, слыша его ритмичное биение сердца. В такие моменты русская счастлива, что американец всегда на ее стороне. А если он, Канада и ее брат и сестра единственные верные друзья и семья? Конечно, не густо, но и расстраиваться не надо. Стоит лишь радоваться, что здесь ей не придется справляться со всем в одиночку.
- Не хочешь поговорить о твоем следующем этапе? - решил сменить тему рыжеволосый. - Ты недавно упомянула о нем.
- Я расскажу, когда мы убедимся в яде в конфетах. - Слабо улыбнулась та. - А еще я тебе предлагала отдохнуть после выписки. Тебе будет полезно оставить на неделю работу и расслабиться под солнцем. Я не права?
Побыть наедине с россиянкой, жить с ней в одном номере и наслаждаться друг другом и днем, и ночью? Если все это станет явью, мужчина будет еще счастливее, чем после ее признания. Никаких лишних взглядов, прессы и злых языков. Только она, он и море. Да США будет полным придурком, если откажется от столь редкого предложения!
- Тогда я буду ждать нашей поездки. - Последовал за ней по коридору Штаты. - Но купальник я буду выбирать вместе с тобой. Не хочу, чтобы ты скрывала от меня свое чудесное тело. Тебе подойдёт что-то светлое и синее... Да. Я уже вижу тебя в нем на пляже. Это будет лучшее времяпровождение за всю мою жизнь!
*Часть 13. Подозрения.*
Все надежды рухнули в одночасье, стоило Штатам оказаться на острове Мальдивской Республики. Долгие недели
