Оуэн наклонился еще ниже. Энни сжала колени, а он рукой очень медленно провел по ее щеке и губам.
— Сначала — нет. Но когда до королевы дойдет весть о твоем браке…
— Брак! — щеки Энни вспыхнули. — Королева рассмеялась вам в лицо, когда вы просили разрешения на брак со мной. Вы наверняка понимаете, что не сможете теперь вернуться в Кэроу, с женой или без жены, все равно.
Оуэн хмыкнул, и этот звук мурашками отозвался у нее на спине.
— Ты выйдешь за меня, как я того хочу, и мир ляжет к твоим ногам.
— Вы сумасшедший.
— Нет. Елизавета умрет, не оставив наследника. Мария Шотландская взойдет на престол, если Елизавета не казнит ее. Но она глупа и долго не продержится. Имея за спиной армию Филиппа Испанского, мы завоюем английскую корону.
— Как просто для вас, милорд, узурпировать корону.
— Так же просто было для Оуэна Тюдора, не так ли? Ты что, собственную историю не знаешь?
Она знала. Оуэн Тюдор, уэльский сквайр, женился на вдове Генриха V, Екатерине Валуа, дав тем самым толчок развитию серии событий, положивших конец правлению дома Йоркских Плантагенетов. Внук Оуэна Генрих завоевал корону на Босвортском[25] поле и основал, таким образом династию, Тюдоров. Теперь Оуэн Перрот намеревался продолжить традицию.
Некоторое время Энни ничего не говорила. Несмотря на полуночный час, ветер был крепкий и хорошо раздувал паруса. Она чувствовала, как натянута, была парусина, как скрипели снасти, и как корпус судна рассекал волны.
— Но, почему мы должны ехать в Испанию, чтобы вступить в брак? — наконец спросила она.
— Эта страна станет нам домом, пока не придет наш час. Дон Яго позаботился о приглашении и заручился поддержкой короля, — он приподнял ей подбородок: — Какие красивые дети будут у нас с тобой, — он нагнулся и поцеловал ее.
Губы его были прохладными, жесткими и влажными.
Энни вырвалась от него.
— Глупая ошибка, Оуэн! Неужели вы не видите? Люди, с гораздо большими достоинствами пытались занять место Елизаветы, и никто из них не выжил.
— Люди лучше, чем я? — Оуэн взял ее за плечи и снова поцеловал. Когда она думала, что легкие ее вот-вот разорвутся из-за накопившегося в них воздуха, он отпустил ее. — Вы знаете мужчину лучше меня? — нагло перевел разговор на другую тему Оуэн.
«Эван Кэроу», — подумала она, но придержала язык. Господи, Перрот был таким же самовлюбленным гордецом, как типичный испанский гранд. Может быть, в этой гордости она и найдет свое спасение. У Энни появилась искорка надежды.
— Ну, конечно же знаю, милорд, — пробормотала она. — Именно поэтому не понимаю, зачем вам нужна такая женщина, как я?
— У тебя в жилах течет кровь королей. Ты красива, воспитанна, образованна, умна…
— Нет! — от гнева у нее вспыхнули щеки. — Вы совершенно не знаете меня, Оуэн. — И она припечатала его тяжелым взглядом, которому научилась у Елизаветы: — Я потеряла свою честь несколько лет назад, — объявила она.
Он, явно застигнутый врасплох, заморгал ресницами, услышав такое заявление.
— Что ты имеешь в виду? — Перрот явно был в замешательстве.
— Я любовница Эвана Кэроу! — констатировала она. — И я считаю это большой честью для себя.
Оуэн вскочил на ноги и сильно ударил девушку по лицу:
— Шлюха!
Она, закрыв лицо, села, но он за руки поднял ее.
— С Эваном Кэроу я как-нибудь разберусь! — прошипел он. — По правде говоря, мне не хватает мальчика для битья. Но теперь я не буду больше ощущать эту нехватку, ведь у меня есть ты!..
— Трус! — выпалила она. — Неужели вы никогда не научитесь отвечать за свои поступки и принимать наказания, как подобает мужчине?
Оуэн занес руку, чтобы снова ударить девушку, но не успел, как раз в этот момент кто-то сильно забарабанил в дверь.
— В чем дело? — спросил он, не оборачиваясь.
— Милорд! — какой-то крепкий человек в вязаном берете заглянул в каюту.
Энни с презрением оглядела его. Команда корабля состояла из недовольных католиков, отщепенцев общества, и наемников, продавшихся Оуэну и дону Яго.
Перрот раздраженно проворчал что-то и отпустил ее. Энни с облегчением вздохнула и вытерла губы рукавом — его поцелуй оскорбил ее больше, чем пощечина.
— Да, Эдмунд, в чем дело?
— Мы заметили корабль. Он подает сигнал бедствия. Дон Яго и капитан спорят, предлагать помощь или нет.
Оуэн выругался по-уэльски и вышел из каюты. Подгоняемая любопытством, Энни сунула ноги в башмаки и вслед за мужчинами поднялась на палубу. Там собралось несколько членов команды. Они смотрели на небольшое суденышко. На фоне испещренных лунным светом вод пролива терпящий бедствие корабль походил на корабль-призрак. Кормовой фонарь мигал через равные промежутки времени, посылая в ночь сигналы.
— Мы должны помочь, — говорил капитан. — Это морской закон.
— А я говорю, не будем, — твердил с сильным акцентом по-английски дон Яго. — Я оплачиваю вашу работу, значит, мое слово — закон.
Энни, почувствовав отвращение к обоим, презрительно фыркнула: уэльские разбойники и дон Яго явно стоили друг друга.
Отправившись на корму, она взялась за поручни и посмотрела вниз на чернильно черные волны. Как грешник на исповеди, она по порядку вспоминала обо всех своих бедах. Одержимый манией величия, Оуэн задумал жениться на ней. Эван был в Тауэре, и можно не сомневаться, Андрэ найдет благовидный предлог, чтобы казнить его. Родриго, чахнущий по Валерии, так и не женится на ней, пока судьба Энни не будет определена.
«А что я?» — думала девушка. Родившись в семье гранда, она стала сиротой, затем писарем, пленницей пиратов и наконец придворной дамой. Странно, но ни в одной из этих ролей она не была сама собой. За исключением единственного раза — когда она была с Эваном. Эван, которого, она больше уже никогда не увидит…
Девушка посмотрела за борт. Ее жизнь кончена. Все, чего она хотела, все, кого она любила, для нее потеряны навсегда.
Как было бы просто, подумала она, перегибаясь за борт, броситься сейчас в холодную, черную воду. Говорят, когда тонешь, чувствуешь себя как в прекрасном, спокойном сне.
Но два обстоятельства мешали выполнению этого плана. Во-первых, она отлично плавает, и инстинкт будет удерживать ее на поверхности до тех пор, пока Оуэн с доном Яго не схватят ее снова. Во-вторых, в ее жилах течет кровь Тюдоров. Нравится ей это или нет, но она обладает силой и храбростью этого рода. Король Генрих вырвал у папы власть над церковью, Мария влила в сердца протестантов жар фанатизма, Елизавета стала самым могущественным в мире монархом. Энни была в отчаянии, но и она тоже принадлежала к роду Тюдоров!
