я. Её грим потрясающий. Контуры лица изменены так, что её почти не узнать.
— Да. — Ни тени колебания.
Я не успеваю задать следующий вопрос: Стелласы прокладывают путь через толпу для короля. Юра отходит в сторону — как раз возле моего стола с отколотым углом. Так она остаётся в тени, но рядом, готовая действовать.
Впервые в жизни я вижу короля. Он — исполин, и сразу понятно, откуда у его сыновей рост. Но его фигура мощнее, чем у обоих вместе. Мускулы вздуваются под шёлком, пошитым больше для удобства, чем для красоты. Справа от него — наследник, Равин. После того, что он сделал со мной на приеме, после того, как я узнала, что он, возможно, стоял за моим временем в Халазаре… моё тело само напрягается, готовое к атаке. Но я держу себя в руках.
Рядом с Равином идёт женщина его роста и даже более внушительного сложения. Лея Стронгборн, Погибель Ветров, жена первородного принца. Первая дочь Клана Силы полностью оправдывает своё имя. Её рука покоится на рукояти тяжёлого меча у бедра. Серые, как буря, глаза зорко выхватывают малейшие детали, с хищной остротой, достойной сокола, что сидит у неё на плече.
Королева и младший из трёх принцев Орикалиса отсутствовали. Каэлис ещё во время наших последних приготовлений сказал, что так и будет.
Позади короля, наследного принца и принцессы двигались три фигуры в плащах. Огромные капюшоны скрывали их лица. Но если верить словам Каэлиса, один из них — Суд. Двое других должны быть Верховный жрец и Умеренность — те самые Старшие Арканисты, о которых Каэлис говорил, что они служат при высшем дворе.
Не окажется ли и Элорин однажды в таком же одеянии? Она ведь говорила, что после выпуска её отправят ко двору, её сила слишком ценна, чтобы её отдать какому-то клану. От этой мысли у меня скручивает желудок. Эти арканисты — не больше чем псы на невидимых поводках.
Король направляется ко мне, будто бы случайно. Словно это не меня он искал всё это время. Но он настолько огромен, что заслоняет собой весь мой стол. Его глаза так же чёрны, как у Каэлиса, волосы, коротко остриженные, отливают вороньим пером. В глубине этого смоляного взгляда мелькает искра — намёк на то, что когда-то, в молодости, он мог быть красив. Но теперь этот огонь остыл и огрубел с возрастом. Осталась лишь тень, опасная и холодная.
— Рад наконец встретиться с тобой, — произносит он так, словно ждал этой встречи годами.
— Ваше величество, — склоняю голову с почтением.
— Я слышал, у тебя есть нечто для меня, — его голос низок, словно ворчание самой земли, готовой разломиться надвое.
Я не могу скрыть удивления от того, как быстро он перешёл к делу, даже несмотря на то, что Юра стоит прямо здесь. Возможно, потому, что она держит голову склонённой в знаке почтения. А может, потому, что король знает: щёлкни он пальцами — и её не станет. Сейчас или в любой другой момент.
— Да, ваше величество, — я приседаю в реверансе. — Я приготовила для вас особый дар.
— Ну? Не заставляй своего короля ждать, — обрывает он меня ещё до того, как я успеваю выпрямиться.
— Отец, может, не здесь… — Равин переводит взгляд на Юру, его брови хмурятся. Узнал ли он её? Не может быть. Мы ведь готовились к тому, что он знает имена и лица всех членов Звёздного клуба. Именно поэтому и нужен был Юрин облик. Будем надеяться, что он видит в ней лишь ещё одну дворянку.
Король не обращает на сына внимания и протягивает ко мне руку.
Я запускаю пальцы в карман пальто. Карта завернута в чёрный шёлк. Держа её на ладони, я медленно разворачиваю ткань.
Его глаза вспыхивают золотом. С жадностью такой острой, что молоко бы свернулось. И в этот миг я ясно понимаю: этому человеку никогда нельзя позволить заполучить силу Мира.
И вот он уже тянется к карте… Но вдруг порыв ветра срывается с ряда, сотрясая шатры. Я действую инстинктивно: хватаю карту, вновь укрываю её шёлком, прикрывая. Я лишь чуть быстрее короля. Его огромная ладонь смыкается на обеих моих руках. Жадность сменяется убийственным намерением — как я смею закрывать ему доступ к его трофею.
— Про… — дрожащая попытка извиниться застывает на губах.
За правым плечом короля голова одного из Стеллиса соскальзывает с шеи и падает на землю с глухим лязгом и багровым всплеском.
Глава 35
Всё точно так, как предсказала Лурен. Чёрт, она и правда хороша.
— Ваше величество!
— Отец!
Принц, принцесса и Стеллисы одновременно рвутся в бой, бросаясь к нападавшему. Фигуры в плащах, Старшие Арканы, сомкнулись плотнее вокруг короля. Ни один из них не тянется к своей колоде. Держит ли он их безоружными? Отвращение вспыхивает во мне, но не удивление.
Из толпы вырываются трое убийц. Некоторые ученики судорожно хватаются за колоды, пальцы путаются и дрожат. Большинство же застыли от ужаса.
— Назад! — выкрикивает Равин студентам и послушникам, обегая короля и устремляясь к первому убийце. Его атака так стремительна, что я всасываю воздух сквозь зубы. Движения принца безупречны, отточены тренировками.
Кинжал. Одно-единственное слово, которое полностью воплощает его суть: изящный. Смертельный. Спрятанный в рукаве короля до того мгновения, когда понадобится.
Лея тоже уже в движении. Её сокол срывается с плеча, а сама она выхватывает меч, чтобы встретить второго убийцу. Если бы не птица, убийца запустил бы в неё карту. Но когти хищника рвут карту в клочья, и Леи почти удаётся нанести удар своим тяжёлым клинком.
Последний из убийц сцепился со Стеллисом в тылу. Даже втроём они выглядят беспомощными перед этим противником. Кто бы ни были эти люди — они убийственно опасны.
Не успели Равин и Лея вступить в схватку, как движение слева привлекло мой взгляд. Время будто замедлилось, гул хаоса приглушился, и меня накрыла ясность. С каждым вдохом картинка расширялась и обострялась. Сжав пальцы на обёрнутой в шёлк карте, я вырываю руки из хватки короля и прячу карту во внутренний карман пальто.
Четвёртый и пятый убийцы рванулись в бой.
Король рявкнул что-то хриплое, возмущённое моим жестом, но я уже не слышала. Инстинкт заглушил колебания. Я с грохотом ударила ладонью по столу. Карты подпрыгнули, и Четвёрка Кубков вспыхнула, развернувшись в туман, от которого цели становятся вялыми и сонными. Один убийца пошатнулся. Второй устоял и приготовился к атаке.
Я использовала импульс, чтобы вскочить на стол, подогнув ноги. Силы, что вернулись ко мне за недели тренировок,
