сталь руками, — заметил я. — Если таких тварей станет больше — даже не знаю, как по городу кататься…
— Может и не придется кататься? Доберемся до лагеря и нас отсюда заберут… — похоже, моя тревога передалась и Ане — она начала озираться по сторонам. — Давай уедем уже отсюда, а, Жень? Вдруг это существо все еще где-то рядом?
— Сейчас, сейчас…я только кое-что заберу…
— Джей!
Но я уже не слушал Аню. Там, в канаве, рядом с одним из тел лежал вполне себе целый шлемак. Да и второй я тоже приметил, но, правда, тот был поврежден — разбит лицевой щиток. Впрочем, нам и такой сгодится, а то страйкбольные реплики годятся только для того, чтобы голову от удара о бетон спасти. И то не больше двух-трех раз.
Помимо двух обнаруженных «Сфер» я попробовал дернуть из залитых кровью подсумков магазины, и с сожалением кинул их обратно. Это было что-то очень специальное, видимо, то ли под «Кардан», то ли типа того — короче, под оружие спецуры. Не думаю, что такие пушки валяются на улицах где ни попадя, и шансы раздобыть его крайне малы. Те, что были тут, уже прикарманены неизвестными мародерами, так что тягать эти тяжеленные магазины я не вижу смысла.
Махнул рукой Вове, мол, подтягивайся, и когда тот подошел, вручил ему целый шлем.
— На. Тут тебе просили передать, чтобы голову не застудил, — заявил я. — На, гляди! Новенькая шапочка.
— Жень, хорош балагурить, — Вова явно был недоволен остановкой. — И так тут кучу времени потеряли. Давай уже, поехали, хватит крохоборить.
— Я не жадный, я гномовитый!
— Сто раз это слышал. Бороду сначала отрасти, гномовитый! Джей, серьезно, погнали. Я прямо вот чую, что не стоит нам тут долго торчать…
— Ладно, ладно. А может, того…ключи поищем, а? Вдруг микрик поедет дальше. Не могу я на этом раритете…
— Никуда он не поедет. Там капот открыт и, похоже, кто-то типа тебя, такой же запасливый, открутил там все, что смог. Я краем глаза глянул — провода торчат во все стороны, так что там, похоже, нет ни свечей, ни аккума уже.
— Блин. Вот западло то, а…
Мы с Вовой вернулись по машинам.
Я плюхнулся за руль «Оки», выжал сцепление, срабатывающее только где-то на уровне пола, выжал газ, и чертова пародия на машину, надсадно ревя, начала разгоняться, но с такой скоростью, что мне выть захотелось. Ну и бричка…
Блин, доеду до города — пошло все на хрен, еду искать нормальную тачку, желательно хотя бы с 2.5 литровым движком.
Хотя…если мы в лагере останемся — на кой черт мне машина?
Долго ехать в спокойствии и тишине не получилось. Аня, которая, похоже, физически не умела долго молчать, решила поговорить, и ее опять понесло на выяснения, что-где-как.
— Жень, а Жень…
— М?
— Раз уж ты все равно признался, что с эвакуацией наврал мне…
— Не наврал, а недоговорил, — поправил я ее.
— Не суть, — поморщилась Аня. — Так вот. А что мы вообще собираемся делать, ну…если ты прав? У тебя же есть какой-то план?
— Ну…скажем так, у меня есть лучше, чем план. У меня есть заготовки плана, — усмехнулся я.
— Чего?
— Эх ты…классику знать надо! — пожурил я ее. — Короче, да, есть, но без деталей. Сначала придется в Бадатии осмотреться и понять, что вообще происходит. Если с эвакуацией я окажусь прав — никому мы на хрен не нужны, то тогда в дело мои заготовки и пойдут…
— Так что за заготовки? Ты нормально можешь объяснить?
— Общая идея такая — нужно место, где можно спокойно отсидеться, отдохнуть, подготовиться и разобраться, к чему все идет. И место нужно тихое, чтобы туда не забрели мертвяки, мутанты, и самое главное — бандиты.
— И у тебя есть такое место?
— У меня — нет. Но есть мысль, где оно может быть. Пока что действуем с прицелом на эвакуацию, хорошо? Пусть план «Б» останется планом «Б».
Ну не хочу я преждевременно озвучивать, что и как. Считайте суеверием, но хочешь насмешить бога — расскажи ему вслух о своих планах.
Аня, судя по всему, осталась удовлетворена моими ответами и просто кивнула.
— Кстати, про вранье и недоговаривание, — хмыкнул я и обернулся назад — как и ожидалось, Леха, которому я накануне позволил подзарядить телефон от пауэрбанка, полночи играл на нем в игрушки и теперь отсыпался. — Ань. А как так вышло, что за полгода, пока мы встречались, я Леху ни разу не встретил у тебя дома — я ведь и в гости заходил, и подвозил тебя со страйка не один раз. И не то что не встретил — даже не слышал о нем.
Она пару раз моргнула от столь неожиданного переключения темы. Но я продолжал вопросительно глядеть на нее и даже задрал бровь, мол, что молчишь? Отвечай давай!
— А, — отмахнулась она слишком уж театрально, — Да так просто совпадало.
Я нахмурился, и она вынуждена была «расширить» свой ответ.
— Ну Леха то в лагере, то мама приезжала ненадолго и он с ней был. Родственники как-то забирали… В конце концов, он же не прикован к квартире…
Врать у нее получалось плохо. И сама версия не очень, и видно, что придумала ее Аня на скорую руку, прямо сейчас. Ну вот есть люди, которые врать паталогически не умеют. И ты, Анечка, одна из таких.
И зачем, спрашивается, врать? Что такого, что она вынуждена о брате заботиться, пока мать в отъезде? Или, может, не брательник он ей? Сын? Нет, вряд ли… Я Леху попытался разговорить, и толком ничего не добился, но в чем был твердо уверен — Аня ему не мать. Да и по возрасту не совпадает — слишком большой уже. Вот в чем я не сомневался, что никаких случайностей не было, она специально так все подгадывала, чтобы я не знал, что на ней несовершенный ребенок висит.
— Как-то это все…странно, — протянул я, — впрочем, ладно.
Тут я оживился, кивнул ей на лобовое стекло, точнее на то, что виднелось впереди.
— О, смотри-ка! А вот и город во всей красе, да-а-а… Помнишь, что я говорил про то, насколько быстро все станет грустно? Любуйся, солнышко!
Мы вывернули из-за горы Кабанья, и перед нами уже
