Бадатий.
Сам город оставлял о себе гнетущее впечатление. Тут явно все началось немного раньше, чем у нас в Приморском, и развивалось быстрее, сильнее.
Уже сейчас было видно — Бадатий умирает. Тут и там надо городом виднелись столбы дыма. Где-то он был густой, с прорывающимися ленивыми языками пламени, а где-то уже скорее просто струился от выгоревших дотла бетонных коробок.
Плохой знак. Если в домах хозяйствуют пожары, значит, тушить их некому. А что может быть страшнее огня? Во-о-от…
На шоссе, ведущем в город от Приморска, наблюдалась длинная и плотная пробка. С моей позиции было даже видно, что послужило ее причиной — фура впилилась в борт цементовоза, причем не обычного миксера на пять кубов, а самого здоровенного, на тридцать. Выплеснувшаяся бетонная масса полностью перекрыла дорожное полотно в трех из четырех имеющихся полос. А дальше, вероятнее всего, было как всегда в таких ситуациях: кто-то торопился, кто-то не пустил. Авария, удар. Движение стало наглухо.
Правда, были и признаки новых времен. По краю трассы, там, где раньше проходил отбойник, какая-то добрая душа просто проехала на многотонном тракторе и сделала новую полосу движения. Не самую комфортную, но все же это куда лучше, чем ничего. Откуда я знал про трактор? Да все просто. Агрегат стоял припаркованным в десяти метрах от конца пробки, его ковш был набит кусками железа от отбойника. Из бензобака торчал конец шланга, которым откачивали из него дизель.
Ну и вторым признаком новых времен были они. Пошатывающиеся и неестественно передвигающиеся бывшие (ну, или умершие, но не желающие оставаться упокоенными) люди, бродящие между машин. Некоторое их количество, явно расстрелянное из автоматов, валялось целым бруствером на крышах и капотах машин, стоящих в конце пробки — видимо, навелись на тех ребят, что расчищали себе дорогу.
Эх, блин, нам бы в этой пробке тачки получше поискать, но тогда мертвяков придется отстреливать, а их, боюсь, тут много. А что еще опаснее — могут быть и твари пострашнее, так что как бы мне ни хотелось, но тут мы машинами не разживемся…
Когда мы подъехали ближе к пробке, я заметил в нескольких машинах вырванные или выдавленные лобовые стекла и залитые кровью салоны. Видимо, монстры кое-где нашли себе поживу… А кто-то из живых, не блиставших умом, до последнего оставался в пробке…
Впрочем, судя по количеству мертвяков, большинство людей, застрявших тут, успели сбежать.
Я остановил машину и Вовка, ехавший за мной, посигналил фарами, мол, чего встал?
А я все минжевался.
Заедешь в узкий коридорчик, и все. Никуда ты из него не денешься — слева и справа тачки стоят.
А вдруг зомби к нам полезут, а мы где-то застрянем, вынуждены будем отбиваться… И ладно если зомбари полезут. а если кто со стволами?
Стремно лезть, одним словом. И не лезть нельзя — другого пути я что-то не вижу…
— Джей, жми уже на тапочку, чего застыл? — послышался в рации голос Вовы.
— Вов, не торопи меня. Место стремное, — буркнул я в ответ.
— От того, что мы тут постоим, оно менее стремным не станет. И вообще, вон, смотри — на нас уже навелись…
И действительно, несколько мертвяков, услышав движки, развернулись, медленно брели в нашу сторону.
— Ох, блин, подведешь ты Вова нас под монастырь, — вздохнул я. — Если я из-за тебя умру — так и знай, каждую ночь буду тебе являться и гундеть, что я говорил, я говорил!
— Балабол…
— Это нервное. Ладно, поехали…
Удивительно, но в этот раз интуиция пятой точки побеспокоила меня совершенно напрасно. Никто нас не ждал, а зомбаки не могли добраться до еле ползущей техники из-за затора — просто спотыкались, падали на капоты машин или вообще укатывались вниз. Мутантов, кстати, видно не было — то ли прятались они от нас, то ли просто тут все съестное закончилось и они перекочевали в другие, более жирные места для «охоты».
Пробку на въезде мы объехали и…оказались на совершенно пустынных городских улицах.
По асфальту перекатывался мусор — неизменный спутник любой беды. Ветер гонял упаковки от чипсов, стаканчики, пакетики, окурки — в общем, все то, что в обычной жизни собирает целая армия незаметных людей-дворников и прочих коммунальщиков. Кстати, а вон и они. Несколько человек в светоотражающих жилетах и в обычном «цивильном». Правда, заняты чем-то странным. Окружили мусорную машину, заехавшую на тротуар.
Вова их тоже заметил и отреагировал с присущим ему черным юмором, вызвав меня по рации.
— Смотри, Джей — там, кажется, профсоюз дворников забастовку организовал.
И впрямь похоже — стоят кучей, все как один руки вверх тянут. Прям митинг. Вот только даже отсюда вижу, что у парочки морды обглоданные…
— По-моему, они требуют повышения зарплаты в связи с зомби апокалипсисом, — хмыкнул Вова. — У того чувака, который залег на кабине.
Я присмотрелся и увидел, что действительно на машине распластался человек.
— Может, шуганем их? — предложил Вова.
— Вов, ты чего, не понял еще? Это зомбари.
— Да понял я, шучу просто. Можно, я испытаю новую игрушку, а? А то все поводов не было. А тут и дело доброе сделаем, и я карабин пристреляю.
— Ну давай, мочи. Я прикрою…
Мы встали прямо поперек улицы, перегородив ее машинами. Вова преспокойно вышел из «Жигуля», положил СКС на крышу и, тщательно выцеливая мертвяков, открыл огонь. Мне тоже пришлось вылезти из тачки, строго-настрого наказав Ане и Лехе следить за тем, что делается вокруг. Ну а сам я присел за капотом, чтобы контролировать ход боя, а вернее избиения, потому что пуля 7.62 на 54 с такой смешной дистанции убивала зомби с одного попадания, а карабин, доставшийся Вовке, был довольно точным, тем более дистанции меньше ста метров. Промахов не было вообще, после каждого попадания из головы зомбака вылетало облачко мозгов и крови, и он оседал, как марионетка с перерезанными нитями.
Отреагировали зомбаки только на третий выстрел. Начали крутить головами. Один даже обернулся в нашу сторону, но тут же поймал пулю в переносицу и рухнул. Два оставшихся сделали шагов, наверное, по десять, прежде чем сначала один, а потом и второй поймали свои свинцовые «подарки» и упокоились.
— Бомба, а не пушка, — довольно заявил Вовка. — Как я их, а?
— Улет. Смотри-ка, а тип на мусоровозке так и сидит. Похоже, нас он боится не меньше, чем зомбаков.
— Ну пойди, успокой его. Я прикрою отсюда, — предложил
