важный ужин. — Я веду нас к двум пустым стульям. Мауро отодвигает один для меня и затем садится рядом.
Динь! Динь! Динь!
Все наши взгляды обращаются к Вину, который стоит с бокалом в руке. Его тёмные глаза скользят по длине стола, останавливаясь на мне и Мауро.
— Пока наша семья продолжает расти, не только в силе, но и в количестве… — Он быстро смотрит на Клару, сидящую на коленях у Мадлен, его глаза смягчаются. — Я вспоминаю, как драгоценно наше время вместе. — Он фокусируется на Мауро. — Это правда, что тебя называют мускулами этой семьи, но ты для нас гораздо больше. — Он ставит свой хрустальный бокал на стол и затем делает ровный вдох, прежде чем показать жестами: «У тебя самое большое сердце среди нас».
Мауро моргает несколько раз, ошеломлённый тем, что только что увидел.
— Но не только это, — говорит Мадлен, затем показывает жестами: «Ты ещё и лучший слушатель». Она смотрит на Клару. — Правда? — Она трогает её за нос, отчего маленькая девочка заливается смехом.
Алекс улыбается, взглянув на дочь, затем поворачивается к Мауро.
«Ты всегда рядом с нами».
Сесилия встаёт, сражаясь со слезами.
«Для меня большая честь называть тебя своим сыном».
Скарлетт выпрямляется.
«Ты лучший тренер».
Лео убирает руку с плеча Скарлетт и показывает жестами: «И лучший старший брат».
— Подожди. — Брови Вина хмурятся. — Я не помню, чтобы репетировал это. Я думал, ты должен был сказать ему, что у него лучший боковой удар?
— Да, так и было. — Лео подмигивает, заставляя Мауро рассмеяться.
Он поворачивается ко мне. На его лице танцует замешательство.
«Что происходит?»
Я убираю волосы за ухо и оглядываюсь вокруг, прежде чем снова посмотреть на него.
— Я знаю, что ты не хотел, чтобы твоя семья чувствовала себя обременённой изучением ASL, но это совсем не так. Я сказала им, что ты свободно говоришь на нём и уже довольно давно. — Я пожимаю плечом. — Они все хотят выучить его, чтобы иметь возможность общаться с тобой. Я давала им уроки последние несколько недель и буду продолжать. — Я наклоняюсь ближе и шепчу: — Некоторым из них может потребоваться немного больше времени, чем другим, чтобы освоиться…
— Я слышал это, — замечает Вин.
Я усмехаюсь, кладя руку на бедро Мауро.
— Ты не обуза, Мауро. Ты неотъемлемый член этой семьи. И мы все любим тебя.
Мауро оглядывается вокруг на всех, переполненный эмоциями. Он прочищает горло и быстро проводит тыльной стороной ладони по глазам.
— Спасибо.
— Я учу новый язык для тебя, и это всё, что ты можешь сказать? — спрашивает Вин с широкой усмешкой.
Мауро поднимает руку и показывает ему средний палец.
— А вот этот жест я знаю, — говорит Вин, заставляя нас всех рассмеяться.
Мадлен закрывает глаза Клары. — Эй, здесь у нас впечатлительный ум!
Один из сотрудников подходит к Мадлен, чтобы забрать сонную Клару и уложить её в постель.
Когда подают второе блюдо, в комнату входит Сэмюэл, в его глазах явно читается спешка, когда он смотрит прямо на Вина. Приблизившись к его боку, он наклоняется и шепчет ему что-то.
Вин с трудом сглатывает, его выражение лица меняется на маску спокойной ярости, когда он смотрит на Алекса, который потягивает свой напиток.
Что-то не так.
Я придвигаюсь ближе к Мауро, который кладёт руку на спинку моего стула, наблюдая за Вином с беспокойством в глазах.
Алекс приподнимает бровь.
— Что случилось? — Он ставит свой бокал и наклоняется ближе к своему брату, который хранит молчание. — Вин?
Вин постукивает пальцем по столу, глубоко задумавшись. Наконец он говорит: — Давай поговорим наедине.
Алекс выпрямляется, беспокойство танцует в его глазах.
— Это Клара? — Он резко встаёт, паника охватывает его. — Где она? — Он делает шаг в сторону, но останавливается при словах Вина.
— Это не Клара, — отвечает Вин, качая головой, его глаза опускаются, когда он смотрит на свою тарелку с едой.
Облегчение омывает Алекса, заставляя его плечи слегка расслабиться.
— Тогда какого чёрта? Ты заставил меня быть готовым начать войну ради моей дочери. — Его пальцы пробегают по волосам, когда он ждёт объяснений.
Взгляд Вина поднимается, встречаясь с взглядом Алекса, и они ведут безмолвный разговор.
Алекс замирает, его тело напрягается от ярости, когда его руки падают по бокам.
— Нет, — говорит он в неверии. — Это невозможно. — Он качает головой, приближаясь к Вину. — Ты сказал мне подождать, и я ждал. Ты обещал мне, что с ней ничего не случится. Её видели ещё вчера днём твои люди, — холодно заявляет он. — Так когда это могло случиться?
— Прошлой ночью, — говорит Вин, в его голосе слышно сожаление.
— Как? — Пальцы Алекса сжимаются в кулаки по бокам.
— Алекс…
— Как? — кричит он.
Вин вздыхает. — Она утонула. По-видимому, она упала за борт на их яхте во время шторма. Она не умела плавать.
— Я доверял тебе, — шепчет Алекс, его голос полон боли.
— Мне жаль, брат. Правда, жаль. — Он встаёт и кладёт руку на плечо Алекса. — Я думал, у нас есть время.
Алекс отталкивает свой стул назад, опрокидывая его, затем выбегает из комнаты. Входная дверь с грохотом захлопывается, оставляя нас в тишине, ожидающих дальнейших объяснений.
— Кто-нибудь объяснит мне, какого чёрта происходит? — говорит Мадлен, глядя прямо на Вина.
Он проводит рукой по челюсти. — Жена губернатора, Шарлотта Джонсон, утонула в море прошлой ночью. Её тело… Её тело не нашли.
Волнение пульсирует во мне, когда я маневрирую по извилистым дорогам в лесу, направляясь домой.
Я не могу поверить, что действительно сделала это!
Улыбка расплывается по моему лицу, когда я сворачиваю на длинную подъездную дорожку, звонок подключается через Bluetooth. Я вижу имя и немедленно принимаю звонок.
— Привет, пап.
— Привет, милая. Ну… как всё прошло?
Я взвизгиваю, не в силах больше сдерживаться. — Я получила… — Я останавливаю себя, проглатывая неправильное слово. — Повышение!
Я не могу точно сказать ему, что меня только что приняли на работу туда, где, как он думает, я работала всё это время. Поэтому я, возможно, позволила ему поверить, что меня ждёт повышение, а не это.
— Вот это моя
