дала знак, что собрались все. Она указала в сторону слухового окна и морщась от боли, продолжила: — Делайте что хотите, но чтобы к Провалу никто даже близко не подходил. И к тому, который внизу, в кабинете, тоже. Одну я уже вытащила, и меня чуть наизнанку не вывернуло — а может быть, и вывернуло, но у меня всё так болит, что я пока этого не поняла. В общем, кто в Провале увязнет, домой может не приходить, потому что я ему сама голову откручу.
«Чужак. Чужак. Чужак. — в голове раздался десяток голосов. — Прогони чужака»
— Ничего себе новости…
Кристина знала, что призраки не ладят с Духом и давно заметила, что они старательно его избегают, но, кажется, впервые они выражали свою неприязнь в открытую. Она покачала головой:
— Нет, ребята, дворцовые перевороты — это как-нибудь без меня. Да и вообще я пока не в форме. Давайте отложим революцию?
«Не время. Пока не время. Ещё не время. Позже», — закивали призраки.
— По-моему, вы меня как-то неправильно поняли, — заметила Кристина, но её уже никто не услышал: призраки начали расходиться. Напоследок Сторож кинул на Кристину такой суровый взгляд, что ей даже стало не по себе за то, что по её приказу его выдернули из любимого сада. Вскоре рядом остались только широкоплечий молодой человек в тёмной куртке охранника и Раненая, разместившаяся на полу рядом с Кристиной
— А я подумала, ему снег не нравится, представляешь? — вдруг рассмеялась Кристина, вспомнив, как вечно хмурый Сторож раз за разом указывал ей на дом. Раненая юмор не оценила, но Кристина, которая от неё этого и не ждала, уже веселилась вовсю. Кажется, у неё наконец-то отлегло и теперь нервное напряжение искало выход.
«Чужак. Толкнул. Я видел», — хриплый голос Охранника ворвался в сознание, едва только Кристина успела отсмеяться.
— А домашнюю работу съела собака, угу, — отмахнулась она. — А то я ни разу не видела, как вы крутитесь рядом с Провалами и пытаетесь встать на Тропы.
И всё же слова призрака встревожили её не на шутку. Призраки просто не умеют лгать: они могут ошибиться, неправильно интерпретировать увиденное или вообще не понять то, что видят, но лгать — никогда.
— Нет, ты молодец, что заметил. Я с ним поговорю, — наконец, пообещала Кристина.
Вниз она спускалась, заметно прихрамывая и опираясь на стену. В гостиной она вытащила из рюкзака бутерброды и термос с чаем, подтянула кресло к окну, сняла ботинки и забралась внутрь с ногами. Для полного счастья не хватало только тёплого пледа, купить который у неё уже полгода не доходили руки. Как и всегда в этом доме, Кристина почувствовала полное спокойствие и умиротворение. Всё было так, как и должно было быть.
Кристина отпила чая и замерла, прислушиваясь к своим ощущениям. Сложно было поверить, что Дух пропустил всё веселье, а значит… Она улыбнулась. Значит тот взгляд, который она ощущала у себя на спине даже через спинку кресла, мог принадлежать только одному существу.
Гостиная наполнилось тихими хлопками одной узкой ладони о другую.
— Потрясающе, мой дорогой друг. Потрясающее и завораживающее зрелище.
— Рада, что тебе понравилось. Но раз всё было так замечательно, то мог бы и помочь, знаешь ли.
Она буквально услышала, как губы Духа расползаются в ехидной улыбке:
— Я замер в восхищении, уверяю вас. Впрочем, разве вы желали моей помощи? Мне показалось, вы твёрдо вознамерились решить проблему самостоятельно. И, смею заметить, блестяще справились.
Кристина и сама догадывалась, что на чердаке случилось нечто из ряда вон выходящее, и что такие вещи происходят далеко не каждый день. Чего скрывать, похвала была ей приятна, особенно от того, кто действительно понимал, что ей удалось сделать.
— Извини, что разговариваю через плечо, — спохватилась Кристина. — Я бы развернула кресло, но у меня руки заняты. Ты не мог бы?..
— Разумеется.
И кресло тут же мягко повернулось вокруг своей оси, так, чтобы Кристина могла разговаривать со своим собеседником и смотреть в окно.
— Спасибо. Мне тут, кстати, на тебя пожаловались, ты в курсе? Говорят, ты толкнул Раненую. Если я правильно поняла, к Провалу.
— Справедливо, — легко согласился Дух. — Однако, я толкнул её в противоположном направлении, от Провала. Точнее, от того места, на которое вы мне указывали.
Кристина удовлетворённо кивнула. Вот всё и выяснилось. Дух, между тем, продолжал:
— Впрочем, должен признаться, я не успел — Провал открылся несколько раньше, чем я предполагал. Пожалуй, следовало просто развоплотить тот призрак и избавить вас от неприятностей.
— «Развоплотить», в смысле…
Он рассмеялся:
— Прошу вас, вы же не хуже меня знаете, как всё устроено. Пара дней, и она бы снова радовала вас своей преданностью и изводила меня своей назойливостью и упрямством. Кстати, вам также не следует волноваться и за её друга — по моим подсчётам он должен появиться в мире уже через несколько дней. Весьма героический призрак, вы не находите? Не представляю, где он мог научиться самопожертвованию.
— Это не самопожертвование, — покачала головой Кристина. — Скорее помощь тому, кто в ней нуждается. Откуда ему было знать, что это так закончится? Но попробовать стоило. Так и нужно поступать, когда друзья попадают в беду.
Дух откинулся на спинку дивана, уложил худую ногу на колене и заговорил с хитрой и одновременно невероятно мягкой улыбкой на лице:
— Благодарю за урок. Что же до ваших подвигов… Если моё мнение имеет какое-либо значение, я бы со всем почтением попросил вас продолжить работу с Тропами и, возможно, с Провалами.
— Я к этой штуке даже подходить не хочу, — замотала головой Кристина.
— Хорошо вас понимаю. Вы вложили слишком много силы — вы даже не представляете на каком расстоянии можно было увидеть проблеск. В ином месте сюда бы со всех ног… впрочем, незачем забивать голову тем, что едва ли может случиться. Суть в том, что вместо того, чтобы работать с Провалом, вы просто задавили его грубой силой. Довольно качественно, к слову, задавили: он не откроется ещё пару десятков лет.
— А ничего, что меня там…
Но Дух остановил её, подняв длинную руку:
— Это как раз совершенно нормально. Аномалией является то, что ваш организм выдержал такие потоки энергии. Неужели вам не понравилось ощущение силы? Могущества? Не захотелось получить больше?
— Честно говоря, не очень, — искренне призналась Кристина. — Никогда не стремилась ни к силе, ни к могуществу. Я человек простой: мне бы свет в коридоре включить, да лопату заколдовать, чтобы сама снег убирала. С остальным я как-нибудь сама разберусь.
Её показалось, что по вытянутому лицу Духа пробежала тень
