Идя вместе с Мэдлин и Эдмондом к собравшимся, Джарвис становился все мрачнее. Он понимал, что будет еще много смертей; независимо от того, что случилось с лондонцами, выжившие грабители будут повешены. Как бы строго ни относился закон к их деятельности, здесь, в Корнуолле, где большинство семейств были тесно связаны с морем, грабители не вызывали ненависти.
Неудивительно, что мысли Мэдлин шли в том же направлении.
— Нужно убедиться, что их семьи не пострадают за их действия, — тихо сказала она.
И Джарвис согласился. Даже близкие члены семьи часто не имели понятия, что их любимые занимаются гнусным ремеслом.
— Джон Миллер будет расстроен.
Мэдлин сдержанно кивнула.
Они обошли побежденных, жалких людей, чтобы подойти к Далзилу, который все еще с мечом в руке стоял спиной к скалистой дорожке, так что никто не мог пройти мимо него незамеченным. Во всем его облике чувствовались едва сдерживаемые досада и разочарование, когда он вглядывался в подавленных, обессилевших людей, но его выражение оставалось мрачным, а не зловещим. Взглянув в лицо Джарвису, ондвижением головы указал на верхушку утеса у себя за спиной.
— Наверху его нет. Дороги блокированы. Кристиан там, наверху — он нашел приготовленную лошадь и сторожит ее. Двуколки нет — он днем, должно быть, успел сменить ее на лошадь.
Далзил посмотрел вниз на людей, собравшихся на песке перед ним, и их победителей, стоявших позади в ожидании приказов, и с недовольным видом присел перед гигантом, которого Эдмонд ранил ножом. Взглянув Далзилу в глаза, мужчина отшатнулся, и его маленькие глазки вспыхнули огнем.
— Твой хозяин, где он?
По группе пронесся мрачный ропот, когда Другие так же, как и гигант, оглянулись по сторонам и поняли, что оказались брошенными. Гигант немного помедлил, а потом, сплюнув, сказал:
— Не знаю — он был здесь. Он расхаживал и смотрел, как мы копаем, говорил, чтобы мы были осторожны…
— Вы бы узнали его, этого дьявола, если бы увидели, — пропищал тощий охранник. — Он выглядит так же, как вы, с темными волосами, и говорит протяжно.
— Я видел одного, похожего на джентльмена, — заодно сообщил кто-то из молодых бойцов. — Я мельком увидел его перед тем, как высадиться, когда наша лодка была на гребне волны, но потом я его не встречал.
— Я тоже его заметила, — сказала Мэдлин. — Раньше, до того как мы подошли к берегу. Он был одет в пальто, но позже я его не видела.
— Ну и где он теперь?
Далзил выпрямился. Все, включая побежденных, смотрели по сторонам, но вне круга, освещенного факелами, ночь была как черное бархатное покрывало.
— Он не поднимался по тропе. Его нет на верху утесов. — Далзил смотрел вдоль берега в северном направлении. — А как насчет этого мыса? Мог он уйти или уплыть, обогнув его?
— Нет, — ответил Джарвис. — И в южном направлении он тоже не мог проскользнуть.
— Он уже мертв, если пытался это сделать, — со знанием дела подтвердил Эйбел.
— Там есть пещеры. — Эдмонд во все глаза смотрел на Дал-зила, которого прежде не видел. — Возможно, он прячется в них.
Стремительно повернувшись, Далзил взглянул на утесы, невидимые в кромешной тьме.
— Мог он выбраться наверх через одну из пещер?
Эдмонд, Джарвис и Эйбел — все ответили «нет».
— В таком случае — ищем, — мрачно кивнул Далзил. — Очень тщательно.
Он отдал четкие, немногословные приказы, поставив двух человек из их отряда охранять скалистую тропу, а двух других — следить за побежденной командой преступника. Тех из побежденных, от кого можно было ожидать неприятностей, прочно связали, а остальных, собранных в группу, отвели в сторону, и после этого Джарвис повел своих людей к входу в самую северную пещеру.
— Остаемся все вместе и обыскиваем за один раз одну пещеру — нельзя дать ему шанс захватить еще заложников, — сказал Далзил. — Будем двигаться вдоль берега, оставляя снаружи по два человека, чтобы быть уверенными, что он не попытается проскользнуть мимо нас в пещеру, которую мы уже обыскали.
На то, чтобы осмотреть все пещеры, ушло больше часа.
Хотя это и казалось невозможным, но их подлый предатель каким-то образом исчез с берега.
Покинув последнюю пещеру и устало бредя обратно по берегу, Джарвис и Чарлз обменялись взглядами. Они понимали, какую досаду должен испытывать Далзил.
Добравшись до начала дорожки, ведущей вверх на утесы, Джарвис выпрямился и расправил плечи.
— Что теперь?
Далзил долго ничего не отвечал, глядя на накатывающие волны, а потом с трудом вздохнул:
— Я поднимусь к Аллардайсу. Мы обыщем утесы и прилегающую часть побережья на север до самого Хелстона.
Он посмотрел на Джарвиса.
— Мы с той же целью пойдем пешком в противоположном направлении до самого замка, — с таким же мрачным видом кивнул Джарвис. — Должно быть, он рискнул обойти рифы и двинулся на север или на юг. Если ему удалось выйти к утесам с той или другой стороны, мы его найдем.
Это была чистая правда, однако у Джарвиса сложилось впечатление, что ни один из них — ни он сам, ни Чарлз, ни Далзил — не питает особых надежд. Каким бы невероятным это ни казалось, их преследуемый ускользнул от них — в очередной раз.
Подошедший к ним Эйбел сказал, что его «мальчики» пойдут на весельных лодках вдоль берега обратно в Хелстон, как и две возвращающиеся в замок лодки.
— По дороге ребята будут проверять все пещеры.
Он также предложил препроводить побежденных врагов вверх на утесы, а затем к констеблю в Хелстон.
— Это улучшит мои отношения с властями, — усмехнулся он, — и, возможно, я хоть что-то получу от этой ночи.
— Вам же нравятся такие занятия, старый вы плут! — отозвался Джарвис.
— Верно. — Эйбел улыбнулся еще шире. — Но когда вы доживете до моих лет, то научитесь пользоваться тем, что посылает вам судьба. — Хмыкнув, он отошел, чтобы объяснить своим «мальчикам» их различные задачи.
Взяв Мэдлин за руку и взглядом подозвав Эдмонда, Джарвис пошел вверх по дорожке. К нему присоединились Чарлз и те из их группы, кто прибыл из замка или жил в том направлении.
Добравшись до верха и обнаружив, что Далзил и Кристиан уже отбыли, они повернулись и зашагали вдоль берега к замку.
Мужчина, которого они все искали, мокрый и дрожащий, нашел себе убежище в расщелине одного из больших рифов в конце бухты. Еще днем, осматривая бухту сверху с утесов, он заметил примерно в тридцати ярдах от берега пенящуюся массу, но не думал о ней — не думал до тех пор, пока внизу на берегу случайно не заметил, что кого-то ищут. Предупрежденный каким-то шестым чувством, он взглянул через круг мерцающего света и в темноте у подножия утесов увидел именно того единственного из всех людей на земле, кого ни за что не хотел бы встретить, будучи в облике предателя.
