Читаем без скачивания Стальной ворон. Книга 1 - Екатерина Стадникова

— Чем же ты себя так доконал? — Вильгельм поцокал языком, разглядывая сизые круги под глазами друга.

— Виктория отчетами поделилась, — он кивнул на стопку бумаг.

— Ты с ней поосторожнее, — посоветовал тот. — Правильные вопросы девушка задает.

— Это какие же? — насторожился Руф.

— Дай-ка подумать, — протянул старый сводник. — «Кто такая Алиса?», например.

— И что ты ответил? — Кровь похолодела.

— На всю голову ушибленная склочная зараза, — сообщил Вильгельм.

— А я сказал, что «кошка», — Тангл поморщился.

Тут пришлось пояснить причину внезапного интереса. Хьорт слушал внимательно, время от времени мученически вздыхая. Когда же рассказ подошел к концу, Танцор разразился диким хохотом.

— Хватит ржать, как лошадь, — обиделся Руф. — Сам знаю, что дурак.

— Не удержался, — отозвался Вильгельм. — Предполагал нечто подобное. Но чтобы прямо так… В любом случае, улажено. Я постарался. После всего, ты обязан пригласить меня на свадьбу.

— Какие еще свадьбы?! — вскипел Руфус. — От твоих шуточек в дрожь бросает.

Хьорт пожал плечами.

— Дрожи, сколько влезет, но в ответственный момент меня не забудь, — подмигнул он.

— Тебя забудешь, — фыркнул Тангл. — Еще один пошлый намек в адрес моих девочек, и я по-настоящему разозлюсь.

— Так я виноват разве? Эмьюз (чистая душа) сама предложила: «Зачем ждать? Хоть сейчас проверяйте», — Вильгельм поднял брови. — Отказался, как Рыцарь. Чего бушевать? Я же срок поставил навскидку не три года, а целых пять. Специально для тебя.

— Благодетель, — съехидничал Руф. — Вот объясню девочке, что ты имел в виду, как ей в глаза смотреть станешь?

Танцор изобразил глубокие раздумья.

— Можно ж так повернуть, чтоб ее глаза в другую сторону смотрели, — отступив на шаг, сообщил он.

— Иногда ты откровенно бесишь, — бессильно признался Руфус.

— Я нарочно, — заверил Вильгельм. — На меня никто, кроме тебя, так бурно не реагирует. Грех упускать шанс. И вообще, Руф, что ты кому объяснишь? В обморок ведь упадешь еще на этапе подготовки речи.

Тангл поднял вверх указательный палец, открыл рот, но так и закрыл.

— Прав, — согласился он. — Ты за чем-то конкретным приходил? Слушаю.

— Уже сказал, что собирался, — улыбнулся Вильгельм.

Остановившись на пороге, Хьорт обернулся.

— Я не просто так шучу, — грустно произнес он. — Мне либо шутить, либо в петлю лезть.

Неожиданная перемена настроения собеседника повергла Руфуса в ступор. Пока Тангл переваривал услышанное, Вильгельм благополучно растворился в полумраке коридора.

За плотными черными шторами тянулся бесцветный день. Собрав волю в кулак, Руф потушил огни, запер дверь, разделся и уложил себя в постель. Но не успел он уснуть, очнулось стенное зеркало. «Леди Виктория Антонова», — объявило оно.

Тангл подскочил, словно ошпаренный. Он как есть натянул верхнюю мантию и прошлепал к беспокойному зеркалу.

— Я… разбудила? — вместо приветствия пролепетала Виктория. — Простите.

— Что натолкнуло вас на эту мысль? — слабым голосом спросил Руф.

— У вас веки опущены, язык заплетается, и на спинке кресла за вами висят… штаны, — охотно пояснила женщина.

С невозмутимым видом Руфус смахнул форменные брюки на пол.

— Честно изучил ваш отчет, — сообщил Тангл, а, помолчав, добавил: — Даже зачитался.

— Литературной ценности он не имеет, — призналась Тень. — Практической пользы от него тоже немного. Обязательное бумагомарательство… Оба нападения наверняка связаны. Причина банальна. Обычная попытка вывести Танцора из строя или убить, пока тот не способен оказать должное сопротивление. Возможно, если устроить утечку информации, ситуация переломится.

— Не понимаю. — Руф соображал из рук вон плохо.

— Леди Варлоу прошла Посвящение. К тому же она Вестник. Убить уже не получится, — терпеливо пояснила Виктория. — Любые повреждения будут устранены. Девочка производит впечатление человека не пугливого. Нападения только раззадоривают ее. У дома Марии Тэсори маленькая Тень попыталась испробовать на преступниках Малый Аркан Пут.

— Хорошо, что промахнулась, — вставил Тангл.

— Несомненно, — подтвердила женщина. — При таких обстоятельствах глупо рассчитывать на изменения в психике, препятствующие службе. Дивные оказывают нам услугу, закаляя ее характер, не считаете?

— Нет, — отрезал он. — Как вы успели подметить, с характером у моей подопечной все в полном порядке. Но прошу обратить внимание вот на какой факт… Одно то, кем является Эмьюз, не дает права относиться к ней, как к вещи. Да, девочку можно починить, и с потрясением она, вероятно, справится, только чем Эмьюз заслужила это? Наша задача не теоретизировать на тему «даже если, то с ней ничего не случится», а показать потенциальным желающим испытать на своей шкуре нашу бдительность, что все их поползновения обречены на провал.

Сознание очистилось. Несгибаемая решимость отстаивать правоту не вызывала сомнений. Руф прекрасно помнил, как Дайна относилась к своему статусу в Ордене, как расстраивалась, когда замечала безразличие окружающих. Он начинал подозревать, что вся замкнутость его пары коренилась в этом ярлыке: «Вестник Смерти». Его ничтожных усилий оказалось слишком мало, а Найджел не мог находиться рядом постоянно. «Ах, Дайна чуть не выпала из окна. Какая разница? Она же Вестник. Подумаешь, свернула бы шею. Реконструкторы обратно вправят», — и так во всем.

— Не принимайте близко к сердцу, — попросила Леди Виктория. — Я ищу любую возможность прекратить нападения. Любую, понимаете? Без скидок на абсурдность. Готова даже поведать прессе о мимике, постоянно находящемся рядом с девочкой.

— О мимике? — переспросил Руфус.

— Сэр Тангл, давайте разберемся, что вы читали, — нахмурилась Тень. — В конце приложены несколько листов рукописного текста с пометкой «секретно», сделанной красными чернилами.

— Не заметил, — виновато потупился тот.

— Значит, самое интересное для вас еще впереди, — фыркнула Виктория. — Там история первого нападения в парке, показания второго потерпевшего и мимик, которого не вносили в протокол по последнему эпизоду.

Тангл сгреб со стола корреспонденцию, откопал аккуратно сшитые странички и мысленно проклял себя за невнимательность.

— Оно? — без особой необходимости уточнил он.

— Наслаждайтесь, — бросила женщина и пропала.

Руф плюхнулся в кресло. Если общение с Леди Викторией не складывалось в служебных рамках, чего говорить обо всем прочем? Оставалось заставить Вильгельма бросить нелепое сватовство и острые шуточки по его поводу.

— Не очень-то и хотелось, — одернул себя Руфус.

Неожиданно стало спокойнее, пропала неловкость, и рассеянное внимание собралось вмиг. Он погрузился в море волнистых строчек. Слишком усталый для ярости, чем глубже Руф вчитывался, тем сильнее удивлялся. Столько событий ускользнуло от него, причем не просто так, а стараниями самой Эмьюз и, как ни странно, Симадзу.

— Во второй раз Синдо заела совесть, и подлец оповестил меня сразу, — усмехнулся Тангл.

Легко смирившись с дремучим лесом тайн вокруг девочки, Руф все же не испытывал радости, встретив в тексте упоминание знакомого шестнадцатилетнего сопляка. Тот же самый Гримм Бишоп, мелькавший в прошлом году, и в этом успел попасть в неприятности. Нет, речь шла вовсе не о Дивных. Руфус всерьез рассматривал перспективу выследить подростка и потолковать с ним по душам.

Сходная черта обоих нападений — преступники, не реагирующие на усилия Смотрящих в Ночь. Вспоротые тушки никак не вяжутся с представлениями о «безмятежном переходе в мир иной». Учитывая известную степень конфиденциальности расследования Виктории, стоило просветить ее относительно Креста Капеллана, пусть и в общих чертах. Женщина имела все шансы столкнуться с вещицей и ее новыми владельцами первой.

— Леди Виктория Антонова, — приказал стенному зеркалу Тангл.

— Почерк неразборчивый? — деловым тоном осведомилась Тень.

— Тема щекотливая, — оборвал он. — Слушайте меня внимательно, повторять не стану. Последним рейсом я вылетаю из Шейдивейл. Жду вас на вокзале. Информация, которой планирую поделиться, не подлежит разглашению. Ясно?

— Ясно, — эхом отозвалась обескураженная Виктория.

— До встречи.

Подавив желание прочесть Эмьюз лекцию о доверии, Руф оделся, бросил тоскливый взгляд на мягкую постель и вышел вон.

Предстояло воспользоваться полученными от Алисы сведениями и навестить неприятное учреждение. Отпускать Виатрикс за модными тряпками на край света — неосмотрительно. Только кто мог знать, что ее услуги понадобятся? Да и как устоять, когда женщина всем своим видом дает понять, что умрет, не попав на свое вожделенное мероприятие?