Мы с Блоком обменялись рукопожатиями; он хмурился, не в силах отогнать подозрение, что мимо него прошло что-то существенное. Он вышел на улицу, нагруженный стопкой бумаги, остановился, тряхнул головой и двинулся дальше. Ему не очень хорошо удавалось выдерживать прямой курс.
Я пожал на прощанье руку и пошатывающемуся, совершенно сбитому с толку Колде. Отравитель скривился: его пальцы не сжимались в кулак. Не бог весть что, но все же это была какая-то месть. Подавленный, он вышел из дома. Навстречу ему попался скрюченный старик, который медленно взбирался в гору, тяжело опираясь на безобразную палку из полированного тика.
Едва я успел его заметить, как мне пришлось посторониться – широкоплечий громила из банды Зеленых Штанов тоже убирался из моего дома. А-Лафов прихвостень имел еще меньшее сопряжение с внешним миром, нежели Колда. Помимо всего прочего, от него еще и воняло. К нему с широкой ухмылкой направился один из стражников. Мордоворот покорно пошел с ним.
Пенни Мрак наблюдала за происходящим со своего обычного насеста. Как ей удалось выбраться на свободу?
Старик добрался до моего крыльца и остановился. На нем был необъятный коричневый плащ, гораздо большего размера, чем требовалось. Он с силой уперся палкой в землю, заставляя свое тело выпрямиться, и посмотрел на меня. Очевидно, я не произвел на него| впечатления.
– Это вы Гаррет?
– Гаррет! Ты так и собираешься держать дверь нараспашку, пока мы все не замерзнем? – Да, Тинни за моей спиной пребывала| не в лучшем настроении.
– Да.
Это было сказано в ответ на вопрос старика, но дошло до рыжеволосой. И оказалось принято к сведению.
«Приведи его ко мне».
– Кого?
«Серебряника».
– Я Серебряник, – объявил старик, словно это объясняло весь смысл мироздания.
– Просто замечательно. – (Это еще что за чертовщина?) – Входите, прошу вас.
– Мне понадобится ваша помощь. Эти ступеньки не внушают доверия.
Воздух был теплым. Снег таял, и ходить следовало осторожно. Нижние части города, наверное, уже затопило.
Словно по команде, из стены вырвалось облако пикси и в шелесте крошечных крылышек устремилось навстречу хорошей погоде. Все, кроме Мелонди Кадар – та сделала попытку проскользнуть в дом. Тинни захлопнула дверь прежде, чем красавица-пикси успела залететь внутрь.
Я в замешательстве спустился с крыльца, чтобы помочь Серебрянику.
– Полагаю, вас ожидают?
Он посмотрел на меня странным взглядом.
– Держитесь поближе и поддержите меня, если я поскользнусь.
Взобравшись на третью ступеньку, он остановился, чтобы перевести дыхание.
– Надеюсь, вы не большой любитель капусты, а? – спросил я.
– Что?
– Ничего, не обращайте внимания. Кто вы? И что вы?
Мелонди приземлилась на мое правое плечо.
– Я Серебряник. Вы что, не знаете, зачем посылали за мной?
Я, должно быть, как-то просмотрел тот момент, когда у меня началось раздвоение личности. У того меня, который сейчас командовал парадом, не было ни малейшего представления о происходящем.
– Да нет, не думаю.
Интересно – если ты являешься двумя людьми в одном куске мяса, ты сам знаешь об этом? Оборотни обычно знают.
– Пришел ваш человек, оторвал меня от работы. Он сказал, что вы можете продвинуть мою дочку вверх в списке очередников…
– Но… Перестань, букашка! – Мелонди в этот момент ущипнула меня за ухо.
«За ним послал я,Гаррет. Ты кончишь наконец мешкать? Приведи этого человека сюда».
Я уловил в его мыслях нотку беспокойства. Что-то шло не совсем так, как хотел Покойник, – и вряд ли он так волновался из-за докучливой пикси. Мне ничего не оставалось делать, как положиться на ситуацию.
Дверь оказалась запертой.
– Ну, смотри, Мел, теперь у меня есть время разделаться с тобой.
Я сделал обманное движение, словно хотел ее прихлопнуть. Она возмущенно зажужжала и надулась. Рядом материализовались ее муж и семейство, а далее последовала типичная для пикси дискуссия, предмет которой – пьянство Мелонди – вскоре потонул в общем гвалте.
Тинни открыла дверь с застенчивым и вызывающим видом.
– Надеюсь, мы с тобой не кончим тем же самым, – проворчал я, ткнув большим пальцем в направлении стаи крошечного народца. – Меня это как-то не радует.
Покачивая головой, Серебряник протиснулся мимо Тинни. О? его внимания не ускользнули ее достоинства. А вот от ее вниман как всегда, ускользнуло его одобрение.
В коридоре нам повстречались Дин и Синдж – они несли целы набор всяких закусок. Доброе мнение Серебряника, видимо, имело большое значение для моего постоянного личного состава.
Логхир не устрашил Серебряника. Может быть, подобно самому Покойнику, его корни уходили настолько глубоко во времени, что его уже ничто больше не волновало. Он уселся в мое кресло. Когда Покойник вступил в контакт, он шире раскрыл глаза, но больше ничем не отреагировал. Соорудив себе чашку чаю с какими-то замысловатыми добавками, Серебряник отхлебнул, расслабился и задал вопрос:
– Итак, сэр, зачем вы вытащили меня из дому, оторвав от моего ремесла?
Костлявая Нога рассчитывал позабавиться предстоящим, чем бы оно ни было. Он не включил меня в разговор. Я утешил свои уязвленные чувства, придвинувшись поближе к Тинни, где нашел себе некоторое развлечение, отдергивая руки от ее шлепков. Увы, вскоре Покойник прекратил нашу забаву.
«Серебряник – ювелир, Гаррет. Он работает на заказ, делая уникальные произведения. Может быть, мне стоит заказать ему что-нибудь особенное и для вас двоих?»
Паника. Веселье в мире мертвых. Вздох облегчения с моей стороны, когда я понял, что до Тинни не дошло ничего из вышесказанного.
«Но я могу включить в разговор и ее».
– Я буду хорошо себя вести, обещаю.
Веселье усилилось. Надо наконец как-то свыкнуться с этим.
Серебряник говорил не очень много – Покойник отвечал на его вопросы прежде, чем старик успевал их высказать.
Синдж принесла гроссбух и кассу. Я уловил блеск благородного металла, когда она пересыпала деньги в морщинистую бледную ладонь Серебряника. Следуя инструкциям, разумеется. Затем, уже без инструкций, она подобралась ко мне, чтобы показать внутренность кассы.
Содержимое состояло из пригоршни выщербленных зеленых медяков и двух надтреснутых, почерневших серебряных монет неопределенного, но явно почтенного возраста. Королевских физиономий на них было уже не опознать.
– Я знал, что этим кончится! Что я вам все время говорил? Вы, ребята, наконец сделали это!
«Спокойствие, Гаррет. Ты вернешь себе свое капиталовложение, когда придет время… Ага! Наконец-то. – Мне не составило труда почувствовать облегчение Покойника. Очевидно, все это время его что-то беспокоило. – Приготовься открыть дверь».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
