Стараясь отбросить тоскливые мысли, Джубал вновь склонился над картой Керна и подсчитал, что ближайшее людоедское поселение будет не менее чем в нескольких днях пути. Ботанос был прав: людоедов сейчас не стоило особо опасаться. Гораздо больше неприятностей мог принести лорд Бастиан.
Боевые силы минотавров все больше втягивались в Сильванести, когда повстречали первое серьёзное сопротивление.
Легионеры Виверны не услышали ничего подозрительного, когда быстрый дождь дротиков обрушился на них из глубин деревьев с коричневыми листьями. Они попадали с веток почти одновременно, безуспешно пытаясь вытащить коченеющими пальцами деревянные стрелки. Яд, используемый киратами, был настолько сильным, что Виверны умирали, даже не коснувшись земли. А напавшие эльфы немедленно отступили, создавая новую засаду.
Мариция вместе с остальными командующими скоро поняла, что к чему. Минотавры приближались к большому поселению, в котором могло жить не меньше сотни эльфов.
— Никаких данных на проклятой карте! — бормотал Оркиус, сминая пергамент. — Мы не знаем точно почти ни об одном городе.
Мариция внимательно посмотрела на карту, присланную Галдаром.
— Мина пометила вот тут: Валсолоност, Место Прекрасного Солнца. — Она расправила мятую карту и убрала в сумку, затем надвинула шлем на глаза. — Не важно, как он называется, я переименовываю его в Первую Эльфийскую Могилу.
Выхватив меч, Мариция двинула легионы вперёд. Леса в этом районе были не такие густые — минотавры видели множество больных и мёртвых деревьев — что заметно облегчало передвижение конницы и катапульт с баллистами.
Но эльфы были не так просты. Несколько пустых полянок, которые просто просили пройти по ним, оказались ловушками, и легионеры в тяжёлой броне полетели прямиком в глубокие ямы. Всадники легиона Волка, едва подъехав к поселению, проваливались в западни с отравленными кольями.
Но, несмотря на потерю более сотни воинов, отряды минотавров приближались к посёлку чётко и слаженно. Специальные команды быстро расчистили площадку, куда установили баллисты, направленные на город. Катапульты остались в резерве. Боевые механизмы быстро зарядили, приготовившись к обстрелу.
Серебряно-белый флаг Снежных Ястребов взметнулся над ближайшим к посёлку холмом, где выстроились триста лучников. Они дали несколько быстрых залпов, но целились не в дома, а в деревья, окружавшие Валсолоност. Затем офицер приказал сделать ещё четыре залпа по самым подозрительным местам, наблюдая за окрестностями.
Наконец первые пехотинцы осторожно начали приближаться к мостам и домам эльфов. Внезапно раздались громкий треск и стон, почти дюжина огромных стволов начала рушиться на передние шеренги. Кираты сделали невиданное — подрубили свои обожаемые деревья! То, что большинство стволов были больными, не умаляло случившегося, ведь всем было известно, с какой безумной любовью эльфы относятся к природе. Большинство минотавров бросились врассыпную и избежали гибели, но самые нерасторопные попали в ловушку, размазанные многотонными древесными гигантами.
Пришло время катапультам войти в сражение. Первыми в сердце Валсолоноста устремились огромные камни, рушащие дома и раскалывающие стволы древних деревьев. Из города донеслись первые крики гибнущих эльфов. Хуже камней были бочонки с маслом и взрывчатым порошком, которые поджигали перед запуском. Несколько из них взорвалось ещё на старте, калеча обслугу, но большинство сработало, как было задумано. Они падали в глубинах города, сея смерть и разрушения. Скоро по всему Валсолоносту заполыхали жадные огни.
И вновь двинулись вперёд легионеры. Лучники подтянулись ближе к пехотинцам, оберегая своих вооружённых секирами и мечами товарищей. На улицах лежали трупы эльфов, в основном, если судить по одежде, киратов. Многие выглядели больными, как и деревья, но Мариция видела лишь то, что ожидала и хотела.
Жители отчаянно сопротивлялись, многие эльфы неожиданно выпрыгивали из тайников и бросались в гущу солдат, стремясь захватить с собой побольше врагов, немало воинов так и не поняли, что их убило. Но такая тактика быстро себя изжила; легионеры опомнились и начали проявлять повышенную осторожность. Эльфы превосходили в проворстве и стремительности любого из минотавров, но они понимали, что их меньше и они обречены.
Вот воин-Виверна схлестнулся с киратом, но остановленный меч узколицего эльфа звякнул о броню, а коготь стальной перчатки распорол ему горло и дальше грудь. Закованный в тяжёлую броню минотавр отбросил в сторону окровавленные останки некогда красивого и гибкого существа.
К громким хлопкам катапульт прибавилось звонкое теньканье баллист. Даже когда длинные железные дротики, пронзая дома и листву, не находили жертв, они ещё больше усиливали хаос и панику.
Город пал перед силами леди Мариции — скаля зубы в яростных усмешках и блестя налитыми кровью глазами, легионеры шли по Валсолоносту. Вокруг рушились опустошённые дома и полыхали деревья. Эльфийские воины или отступили, или предпочитали отстреливаться из луков с высоты дальних крон. Они прикрывали последних отступавших, спешащих укрыться в столице. Но конница уже обошла город, и теперь легионеры безжалостно окружали и убивали уцелевших.
Легионеры Виверны планомерно проверяли и очищали одно дерево за другим, а воины Волка добивали раненых. Несмотря на все их усилия, эльфы дрались невероятно слаженно, хоть выглядели иссохшими и болезненными. Они сражались намного лучше, чем ожидала Мариция, но все равно это была резня. Огненный заряд ударил в дерево рядом с тем местом, где стояла дочь императора. Она гордо наблюдала, как крона и ветви загораются и скручиваются от жара; длинные лозы, свисающие сверху, лишь облегчали путь пламени.
Эльф, который наверняка был ровесником Мариции, если пересчитать его сотни лет на нормальный возраст минотавров, выпрыгнул из округлого хода. Он подпрыгнул и, подтянувшись на ближайшей ветке, рванулся вверх, но три стрелы вонзились ему в спину, и юноша закувыркался вниз. Дочь Хотака чуть поморщилась от его предсмертного крика.
К ней подскакал командующий Оркиус, придерживая тонкую стрелу, торчащую в бедре. Скрипнув зубами, он сжал древко и резко вырвал его, тут же зажав рукой рану.
— Ничего страшного, — раздражённо прорычал командующий. — На ней нет яда.
Именно в этот момент другая стрела пробила его тело, попав ниже поднятой руки. Сила удара сбросила Оркиуса с коня. Мариция гневно обернулась в сторону, откуда стреляли.
— Туда! — проревела она, указывая лезвием. — Я хочу получить его голову!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
