Несмотря на грузность, Лорд-Вождь выглядел более опасным противником, чем Великий Кхан. Под жиром перекатывались мощные мышцы, кроме того, все знали, что черепа, украшавшие повозку, лично добыты владетелем Блотена. Не обращая внимания на стоны придавленных рабов, людоед осмотрел пустое пространство между собой и Голгрином, затем, сопровождаемый двумя воинами, шагнул к Великому Лорду. Следом бросился ещё один раб, таща с собой медный сундучок.
Барабаны продолжали бить, когда маленькая процессия поднималась по разбитой дороге к воротам башни. Подойдя к Голгрину и Белгроку, повелитель Блотена внимательно уставился в глаза невысокому людоеду.
Он поднял руку (барабаны немедленно замерли), затем Лорд-Вождь внезапно преклонил колено, убедившись, что теперь он ниже Голгрина.
— Хорок и Джерилох ут Кир и'Голгрени! — прорычал он, придав липу угодливое выражение. Остальная часть отряда быстро последовала его примеру. — Ко и келута, Харго и Ланос и’Голгрени! — продолжал Лорд-Вождь. — Ко и ут Лугхрак и Мерко и’Голгрени!
Белгрок не смог сдержать слабой улыбки, так же, как и те людоеды, что служили ему. Рот Великого Лорда удовлетворённо дёрнулся, но он ответил формальным тоном:
— Ко и Келута, Харго Драго ут и'Доннаги. Ко и кир Тулан Хирко и'Доннаги.
— Ке, — ответил Лорд-Вождь с очевидным облегчением. Он встал, приказав свите подняться, и ударил себя в грудь огромным кулаком. — Хира и Дун, и’Голгрени!
При этих словах все прибывшие людоеды завопили в один голос:
— Хира и Дун! Хира и Дун!
Доннаг зашипел, подзывая раба с сундуком, на крышке которого были изображены летящие волшебные птицы и щит с поднятым мечом — герб одного старого соламнийского лорда. Сундучок был чуть помят, но Лорд-Вождь побеспокоился, чтобы его начистили до блеска.
— Джека и ф'хани, и’Голгрени, — сказал он, протягивая сундучок.
Голгрин кивнул, но не принял подарка. Понимающе кивнув в ответ, Лорд-Вождь сам откинул крышку, показывая, что находится внутри. Там лежали отрезанные людоедские уши, свежие, кровь ещё не успела свернуться. Их была почти дюжина, и тот факт, что все они были правыми, добавляло подарку ценности.
Голгрин выбрал одно, на котором ещё болтался преднамеренно оставленный кусок кожи.
— Морто и гахана и'Ворги…
— Ке… и'Ворги. — Доннаг повернулся и пролаял приказ старшему воину.
Тот быстро унёсся в конец каравана и пропал из виду. Раздался крик, защёлкал кнут, и появились три измождённых и взъерошенных людоеда в цепях и наручниках. На окровавленных головах ясно было видно отсутствие торчащих ушей. Окружавшие их воины резко и издевательски захохотали. Двое рабов были приземисты, но один явно напоминал выходца из Керна.
— И'Ворги… и'Дрохнури… и'Суунуки… — Бородавчатый правитель Блотена широко усмехнулся. — Форсшури и хунн и’Голгрени!
В ответ Голгрин любезно кивнул, затем положил руку на пояс и вытащил роскошный кинжал, подарок императора Хотака. Мерцающее лезвие переливалось на свету, рукоять была выполнена с мастерством, недоступным людоедам.
Великий Лорд протянул клинок Доннагу, который принял его с явным удовольствием. Великий Кхан Керна попробовал унизить Голгрина и жестоко пострадал за это, а Лорд-Вождь Блотена поспешил оказать ему уважение, признавая новую расстановку сил. Кинжал может подарить только равный равному. Великий Лорд посмотрел в сторону фигур рабов, которые были последней частью предложения Доннага. Людоеды надеялись, что на расстоянии Голгрин не узнает об их заговоре против него, но Доннаг схватил зачинщиков, привезя в подарок их уши, а главарей доставил лично, в знак особой милости.
Движением пальцев Голгрин начал давно предвкушаемую казнь. Приземистых людоедов потащили к ожидающим их высоким шестам. Воины перерубили верёвки у двух столбов, и сверху упали высушенные, полуразложившиеся трупы с ужасными гримасами на лицах. Рабы поняли, что их ждёт, начав изо всех сил сопротивляться, но стражников было больше. Один из осуждённых кричал и умолял, но второй сжал зубы и сопротивлялся молча.
Навалившись на их цепи, воины стянули руки и ноги рабов за спиной, так что затрещали кости. Стреножив их таким образом, воины махнули палачу. Он приблизился и, оттянув толстую губу жертвы, воткнул в неё костяную иглу. Людоед замычал и забился, но палач, не обращая внимания, размеренно зашивал ему рот. Раб пытался закричать, но мог лишь бессильно мотать головой. Пока палач занимался вторым, стражники схватили кернца и потащили его к загону для мастарков. Животные нервно прядали ушами, когда руки и ноги людоеда ловко прикручивали к могучим задним ногам двух мастарков. Жертва попыталась бежать в тот момент, когда её освободили от цепей, но могучий воин швырнул его в грязь ударом кулака.
Голгрин милостиво пригласил Доннага понаблюдать за церемонией. Лорд-Вождь усмехнулся:
— Джерака И'Ворги хаин ут хаин?
Великий Лорд кивнул. Стражники закончили с двумя людоедами, подтянув их к вершинам шестов скрученными в колесо. Те пытались кричать, но только глухое мычание вырывалось из их сочащихся кровью ртов.
Погонщики мастарков ожидали сигнала, посматривая на Великого Лорда. Тот кивнул, и земля вздрогнула под мерной поступью гигантов. Этот обречённый имел возможность кричать, чем незамедлительно и воспользовался — его руки и ноги были вырваны из суставов и растягивались в разные стороны. Эхо воплей разнеслось по долине.
Наблюдавшие заревели и закричали, подзадоривая мастарков, погонщики задёргались в сёдлах. Мгновение спустя дикие вопли людоеда оборвались. Победно заорали воины Голгрина. Они смеялись и били друг друга по спинам, восхищаясь силой животных.
Сам Доннаг весело закричал и махнул рукой в сторону своего экипажа. Раб быстро скрылся внутри и через мгновение появился с золотой чашей, которую поспешил передать Лорду-Вождю.
— Илра бу туум, — усмехнулся людоед, показывая в сторону кровавых останков жертвы. — Илра туум орна, ке, и’Голгрени!
Голгрин с удовольствием принял плату за пари, которое только что выиграл. Его воины неспешно начали отвязывать изуродованного мертвеца от мастарков. Затем Великий Лорд распорядился, чтобы Белгрок проводил пожилого Лорда-Вождя в башню, где их ожидал пир.
Когда Голгрин уже повернулся, чтобы последовать за ними, то заметил одинокого всадника, тяжело скачущего с востока. Это был курьер, несущий новости наибольшей важности… и, судя по его лицу, нерадостные для Великого Лорда.
— Урсув Суурт… — пробормотал Голгрин сквозь зубы, посмотрев на далёкие горы, где находились шахты. Сегодня совсем не время для плохих вестей. — Урсув Суурт… нкиа и ф'хан… — Зубы лорда обнажились: — Ф'хан…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
