Затем Станило разделил дружину на два отряда и заставил их биться друг против друга учебным оружием. Испытание показало, что молодежь худо, бедно, но такому видению битвы обучена. Но они действовали не согласовано и как то хаотично. Поэтому к концу "битвы" было совсем не понятно, какой из отрядов добился победы.
Построив свое воинство, Гордеев проехал перед строем и остановившись по середине обратился к угрюмо сидевшим на конях воинам.
– До сегодняшнего дня вы считали, что многое умеете. Но это не так. И только что вы смогли сами в этом убедиться. Данным испытанием, мы ни в коей мере не хотели ущемить ваше достоинство. Скоро нам предстоит битва с жестоким и умелым противником. Я хочу, что бы многие из вас вернулись к своим семьям. Поэтому с завтрашнего дня начнем обучение. Все время обучения жить будем тут же в лесу. А теперь разойтись!
Облегченно вздохнув новобранцы слезли с коней и видя их в поводу направились к месту расположения лесного лагеря, который на долгое время станет их домом.
Два месяца Гордеев и Станило гоняли новобранцев, как говорится и в хвост, и гриву, делая основной акцент на вырабатывание хорошей растяжки, силы, ловкости и выносливости.
По совету Никифора на поляне было сделано несколько "тренажеров", скорее похожие на орудия пыток, которые он называл "Правило". Они представляли собой вбитые в землю столбы. Между столбами на веревках за руки и за ноги подвешивался человек. Принцип действия состоял в том, что новобранцы могли как просто висеть в такой позе, что сильнейшим образом развивало их растяжку, так и подтягиваться и пытаться как можно дольше удержать напряжение всех мышц. Тренажер позволял заниматься как в позе "на спине", так и в позе "смотря вниз". Воины могли извиваться на нем, пока у них не заканчивались силы. Это упражнение развивало все группы мышц, выносливость и дарило отменную растяжку. Все это, несомненно, должно было помочь им в боях.
Для развития ловкости и быстроты Гордеев практиковал игру, заключающуюся в том, что напротив одного раздетого по пояс новобранца становились два лучника, которые начинали стрелять в него тупыми стрелами. Новобранец старался увернуться, при этом в зависимости от степени натренированности, количество лучников увеличивалось. Угроза смерти не только развивала выносливость, но воспитывала мужество.
Вначале новобранцы восприняли такие игры с сомнением. Но Дмитрий лично продемонстрировал, на что способен натренированный боец. Он поставил напротив себя пять лучников, которые стали стрелять в него боевыми стрелами. Гордеев постоянно перемещался, раскачивался и пригибался, не давая возможности прицелиться. Не одна стрела не достигла цели, даже не поцарапав его. После этой демонстрации молодежь воодушевленно бросилась расстреливать друг друга из луков, не смотря на получаемые ссадины и ушибы.
Регулярные конные сшибки чередовались с физическим упражнением под названием "Подвал". Они были направлены на различные боевые ситуации, включая и то, когда воин, упав с коня, оставался без оружия. Новобранцу приходилось кататься по земле, уварачиваясь от ударов, кувыркаться, до тех пор, пока он не подбирал какое-нибудь оружие и мог вновь вступить в бой.
Одним из самых популярных направлений физического развития были кулачные бои. Такие сражения можно разделить на три вида: "стенка на стенку", "сцеплялка-свалка" (отличался тем, что каждый бился сам за себя против всех) и бой один на один, на голых кулаках. Гордеев в полной мере использовал любовь русичей к мордобою, дополнив тренировки некоторыми элементами восточных единоборств.
Большое время было уделено дыхательным упражнениям. Они были направлены как на возможность в кротчайшие сроки восстановить дыхание после интенсивных занятий, так и на задержание дыхания. Кульминацией чего стало испытание под водой. Когда вода в реке встала, новобранцы должны были продемонстрировать умение задерживать дыхание. Они прорубали прорубь опускались в воду, там где даже мышцы сводило и должны были проплыть подо льдом пробить дыру и вылезти наружу.
К окончанию курса у Дмитрия имелся вполне боеспособная сотня бойцов, которую можно было использовать не только в сшибках, но и диверсионных акциях.
В начале декабря Гордеев вывел свое воинство на экзамен. Не далеко от города в присутствии князя и воеводы, на широком поле сошлись новобранцы Гордеева. Против них, по просьбе Дмитрия, дружина князя выставила полторы сотни бывалых воинов, которым командовал знакомец Гордеева – Захар.
Оба отряда разошли на противоположные края поля и по знаку кинулись друг на друга. Воины Захара мчались в атаку клином, намериваясь прорвать порядки новобранцев. Когда между отрядами оставалось не более 30 сажень, новобранцы под командованием Никифора, разделившись на два отряда, помчались вдоль клина наступающих княжеских дружинников, на ходу осыпая их стрелами без наконечников. Бывалые воины, обескураженные таким поворотом, притормозили, ища противника. Тогда около тридцати новобранцев стали кружить вокруг сгрудившихся дружинников продолжая стрелять из луков. Попытки воинов Захара достать "врага" не увенчались успехом. Новобранцы уклонялись от ближнего боя. Когда порядки княжеской дружины в конец смешались, в бой вступили главные силы новобранцев. Семьдесят воинов, которые еще не вступали в бой, на полном скаку, опустив копья, врубились в ряды противника, мгновенно разорвав их строй и сбросив с коней множество воинов. Промчавшись далее, новобранцы развернулись для новой атаки. Опомнившись от первого потрясения, бывалые войны, сумели организовать оборону, намериваясь, встретив новую атаку плечом к плечу. Но в этот момент им в тыл ударили новобранцы, которые ранее докучали ратникам стрелами. Короткая, но яростная схватка закончилась полной победой новобранцев. Они загнали воинов Захара к оврагу и сбросили их в него.
– Знатно твоих людей отделала молодежь, – рассмеялся Мстислав Святославович, обращаясь к воеводе.
Ничего не ответив, Путята скрипнул зубами, наблюдая, как его воины вылезают из оврага, потирая ушибленные части тела.
– С такой тактикой нам предстоит столкнуться? – спросил князь, обращаясь уже к Гордееву.
– Не совсем, – уклончиво ответил Дмитрий, – думаю, и для них это будет сюрпризом. Но для каждого врага у меня имеется свои сюрпризы.
Довольный увиденным, Мстислав Святославович, вернулся к себе, поручив Дмитрию, подготовить его дружину к встречи с монголами.
* * *
После успешной демонстрации, Дмитрий, наконец, смог вернуться в Чернигов.
Теперь он жил в не большом доме, расположенном рядом с кремлем. Дом предоставил ему боярин Наум, настояв на этом не смотря на протесты Гордеева. В этой небольшой усадьбе имелось около десяти слуг, которые также временно перешли в его подчинение. Немного по обвыкшись в роли хозяина имения, Дмитрий решил, как то поправить свое финансовое положение. Княжеское жалование было не так и велико, а сидеть на шеи боярина ему не очень то и хотелось. Тем более, что ему приглянулась его дочь. Надо было самому вставать на ноги. Немного подумав, Дмитрий решил, что ничего лучше, чем организация изготовления часов на Руси, ему не придумать. Тем более, что образец Швейцарского производства у него имелся. Судя по рассказам Станило, торговля в Чернигове шла, чуть ли не совсем известным миром включая Африку и Азию. Про торговлю с Китаем никто ни чего не знал. Может ее, и не было напрямую, может, и сталкивались купцы где-нибудь на рынках. Но выдать часы за изготовление умельцев далекой страны, можно было смело.
Незадолго до своего отъезда с новобранцами он приехал в терем боярина. С ними он отправил Никифора, а сам задержался, сославшись на неотложные дела. Въехав на широкий двор, Дмитрий соскочил с коня.
– А дома ли боярин? – спросил он, передовая поводья подскочившему слуге.
– Дома, – ответил слуга. Он тут же отослал в дом посыльного.
