Через несколько минут на крыльце появился хозяин дома.
– Здрав будь Наум Еремеевич, – с поклоном молвил Дмитрий.
– И ты здрав, будь! – воскликнул боярин, спускаясь по ступеням и по дружески, обнимая Гордеева, – заходи, гостем будешь.
Взяв Дмитрия за локоть, он повел его в горницу. Пройдя через гостиную, он завел гостя в свой кабинет.
Обстановка кабинета была чуть скромнее чем остальных помещение. В центре сравнительно не большой комнаты, стоял массивный дубовый стол укрытый зеленым сукном. На нем аккуратно разложены исписанные листы и свертки пергамента. Тут же рядом с подсвечником на четыре рожка лежали ножницы для снятия нагара со свечей в металлическом стакане, гусиные перья. Рядом с чернильницей песочница. Рядом с занавешенным плотной тканью окном, стоит массивный шкаф из красного дерева. Тут же имеются два кресла. Одно хозяйское, другое для посетителей. На полу большой, почти во всю комнату ковер.
Боярин сел в свое кресло и предложил сесть и Гордееву. Дмитрий не преминул воспользоваться любезным предложением хозяина дома.
– С делом, каким приехал, или так в гости наведаться? – спросил боярин.
– Я рад видеть тебя Наум Еремеевич по любому поводу, – ответил Гордеев, – но сейчас я прибыл по делу. Есть у меня одна вещица, – он протянул ему часы.
Боярин аккуратно взял их, покрутив в руках.
– Знаю, что у всех твоих вещей есть свое назначение… – наконец сказал он.
– Ты прав. Это прибор, который отмеряет и показывает время. Его называют часы. Способ их изготовления держится в строжайшей тайне. Но если разобрать их, то можно понять, как они устроены, и наладить изготовление. Я думаю, что это принесет некоторый доход.
– Огромный! – воскликнул боярин, – уж поверь купцу. Такой диковинки не у кого не имеется. – Он даже причмокнул от удовольствия, представив как деньги рекой текут в кошелек. Но по всему было видно, что не только деньги его заботят, а он за дело свою и престиж радеет.
– Да, но для этого нужен хороший мастер.
– У меня есть такой, – потирая руки сказал боярин Наум, – и мы немедленно к нему отправимся.
Он вышел из-за стола и быстрым шагом направился во двор. Дмитрий еле поспевал за ним.
– Подать мне коня! – крикнул Наум.
Тут же к крыльцу подвели коней для боярина и его гостя. Не в вдалеке поспешно в седла прыгала охрана. Подбежавшие приказчики Лука и Михаил помогли боярину сесть в седло и тут же сами прыгнули на коней, готовые сопровождать хозяина куда угодно. Слуги моментально распахнули ворота и группа всадников, выехав со двора, стала спускаться с холма по узкой вымощенной улочки. Долгое время они ехали петляя между дорогих усадеб. Дома были все богатые, в основном выстроенные в два этажа. Проезжая мимо какого-нибудь дома боярин Наум рассказывал Дмитрию о их обитателях. Как оказалось его соседями были купцы, торговавшие в Азией. Один из них недавно женил сына на заморской красавице, которую привез в Чернигов. Но эти купцы не настолько были близки к князю как Наум. Поэтому у него было гораздо больше возможностей, в том числе и иметь свое ювелирное дело. Спустившись с холма они миновали площадь с церковью. Проезжая мимо Дмитрий перекрестился вслед за боярином и его людьми. Заметив это Наум повернулся к Гордееву.
– А какая в вашей стране вера? – поинтересовался он.
Дмитрий обругал себя за столь необдуманный жест, но надо было как то выкручиваться.
– В Китае живут много народностей. Одни исповедуют ислам, другие буддизм. Есть народы, что исповедуют христианство. Никто не чинит препятствий в вере. Моя мать осталась христианкой. Я и сестры были крещены. Братья приняли буддизм, как и наш отец.
– Мудрено, – только и сказал боярин. Но похоже ответ его полностью удовлетворил.
Тем временем они углубились в квартал с более плотной застройкой. Дома здесь были по прежнему богаты, но их дворы плотно прижимались друг к другу образую довольно широкие улицы. О одной из них они добрались до ворот, через которые выехали с территории среднего города. Здесь богатые люди встречались редко. Это был квартал ремесленников и другого люда, кормившегося различными промыслами. Народа на улицах было не мало, но все они расступались перед богато одетыми всадниками следующими с охраной. Но они не стали углубляться в квартал, где располагались кузни, гончарные и кожевенные мастерские, а повернули в другой конец нижнего города. В том квартале вся знать стремилась обустроить свои лавки. Проехав почти до конца квартала они остановились перед приземистым зданием, окруженным частоколом. С боку от строения располагалась торговая лавка, около которой толпился народ разглядывая ювелирные изделия. Вход во двор осуществлялся через массивные ворота, которые охраняли дюжие молодцы, вооруженные короткими мечами. Спешившись Наум Еремеевич в сопровождении Дмитрия и приказчиков, проследовал во двор. Охрана беспрепятственно их пропустила, хотя и одарив подозрительным взглядом фигуру Гордеева.
Молодец боярин, – подумал Дмитрий, проходя в след за Наумом к мастерским, хорошо организовал охрану своего промысла. Войдя в здание мимо еще одного кордона, они поднялись на второй этаж. Там перед прочной решеткой стаяли еще двое охранников. Они отступили пропуская посетителей в простую горницу. В помещении размещалось несколько столов, за которыми сидели мастера. Все они были одеты в одинаковую одежду. С первого взгляда у Гордеева зарябило в глазах. Но присмотревшись, он стал различать, что каждый был занят своим не похожим на других, делом. По горнице расхаживал не высокий щуплый пожилой мужчина. Он подходил к мастерам, брал в руки заготовки, качал головой и что говорил работникам, указывая на ошибки.
– Здравствуй Авдей, – поприветствовал его Наум.
– И ты будь здрав Наум Еремеевич, – бодро ответил старичок, подняв взгляд на вошедших.
– Как мой заказ? – спросил боярин, – готово ли ожерелье для жены князя нашего?
– А как же, – улыбнулся мастер, – давно тебя дожидается.
Он проворно отбежал к одному из обитых металлическими полосами массивных сундуков. Тут же туда же подошел и один из охранников, снимая с пояса связку ключей. Он отпер замок и подняв его крышку, отошел в сторону. Авдей наклонился и бережно достал украшенный резьбой ларец, который перенес на свой стол. Немного помедлив он поднял крышку и достал подставку с ожерельем. Это была золотая пластина в виде завитков и листков, к которым были приделаны разноцветные, по всей видимости драгоценные камни, окруженные лепестками. В общем, украшение выглядело богато и сделано было искусно, но по мнению Дмитрия было слишком массивно.
– Молодец, Авдей – похвалил мастера Наум, – порадовал меня. С такой красотой не стыдно и к князю на пир идти.
Он дал знак приказчикам забрать украшении.
– Но мы пришли к тебе с срочным делом. Вот это, – он указал на стоящего рядом с ним Гордеева, – мой друг и спаситель. Он прибыл посланцем из далекой восточной страны…
Мастер поклонился, с интересом глядя на Гордеева.
– Их мастера изготавливают различные диковинные вещи. Вот мы и хотим оставить тебе одну из таких вещей. Посмотри, да скажи можешь ли ты сделать что-нибудь подобное…
Дмитрий подошел к мастеру и передал ему часы, с которых предусмотрительно снял ремешок. Авдей бережно взял в руки вещь. Осмотрел ее со всех сторон, приложил к уху. Дмитрий увидел как лицо мастера расплылось в блаженной улыбки, глаза заблестели. Он прижал часы к груди и убежал в комнату, расположенную в дальнем конце зала. Дмитрий развел руками и вопросительно посмотрел на боярина.
_ Пойдем, – рассмеялся Наум, – Авдею сейчас лучше не мешать. Это лучший мастер. Я привез его с самой Византии. Если будет можно что то сделать, он это сделает…
С того момента прошло три месяца. И вот после окончания подготовки новобранцев, вернувшись в город, Дмитрий первым делам посетил мастерские. По приказу боярина, охрана не препятствовала ему, тут же пропустив в здание. Когда Дмитрий зашел в мастерскую, расположенную на втором этаже, он увидел, что все подмастерья занимались своим делом, но самого мастера не было.
