Тогда как сильные духом делают то, что считают необходимым. Я осознал это, когда занял пост ал-тара и принялся, вопреки всему, восстанавливать Валлион из руин. Я, будучи владетелем Невирона, многие годы усиливал тех, кто считал меня своим личным врагом. Я сделал все, чтобы Киорт Седьмой одобрил идею создания Магистерии. Все, чтобы хотя бы на время примирить ее с церковью. Еще будучи ал-лоаром, я начал сближать свою ячейку с королевским домом. Оказавшись у истоков формирования нового государства, я подсказал королю идею создания Вольницы. Моими усилиями появились подразделения Королевских Хасов. Только благодаря мне Валлион, наконец, избавился от старой кожи и вырос в абсолютно новую, сильную страну. Благодаря мне, его границы укрепились. Армия разрослась, подтянулась и превратилась во внушающую уважение силу. Она стала, наконец, настоящей, после чего ни один сосед уже не смел косо посмотреть в нашу сторону. Я уговорил короля заняться обустройством дорог, дать послабление торговым гильдиям. Снизить налоги. Укрепить флот, который нам пока не особенно нужен. Даже Карающие, в итоге, стали заниматься не поисками еретиков, а охотной на нежить. Когда же они приволакивали очередного некроманта, я просто забирал его, вывозил в безопасное место и переправлял туда, где ему нашлось бы достойное применение. И то же самое делал с адептами все той же Магистерии, которых регулярно приводили ко мне на проверку и среди которых оказалось немало молодых магов, охотно пополнивших наши ряды. Но это было единственным, когда мне приходилось использовать свое положение в личных интересах. А в остальном я почти два века потратил на то, чтобы добиться процветания страны, судьба которой для меня небезразлична. Хотя, конечно, изменить коренным образом отношение церкви к дабараэ мне так и не удалось. Но это уже неважно: теперь, после того, как все видели айри, сделать это станет на порядок легче.
Эа тяжело посмотрел на убийцу.
– Ты – не бог, Невирон… к счастью, совсем не бог. Лишь боги умеют предсказывать события на много тысячелетий вперед. И они, неся за это ответственность, способны предугадать отдаленные последствия от каждого своего поступка.
– Боги заигрались в свои Игры, – с пренебрежением отмахнулся священник. – Запутались в правилах, почти ни во что не вмешиваются и так же управляемы, как простые смертные. Думаешь, я не знаю, о чем говорю? Думаешь, только вам когда-то предлагались так называемые Игры?
Он презрительно фыркнул.
– Боги давно уже все делают руками смертных. Им все равно, что происходит на Во-Алларе. Когда-то, быть может, они еще считали себя ответственными за нас, но те времена давно прошли. И это случилось еще тогда, когда уставший от этих Игр Лойн уничтожил последних Ишт и покинул наш мир, предоставив смертных самим себе.
– Боги еще живы, – резко вскинул странно изменившийся взгляд эар, а в его голосе прорезалась смертельная усталость.
– А что им сделается? Живы, конечно, – философски пожал плечами господин Георс. – И совсем недавно даже соизволили напомнить о себе, явившись именно в тот момент, когда этого никто не ждал. Но и тогда они ничего не решили. Вернее, не пожелали ничего решать. Ведь, если бы это было не так, сейчас все стало бы по-другому. Согласись?
Ра-Кхкеол отвел глаза.
– Мы не можем познать истинную подоплеку их поступков. Боги не обязаны перед нами отчитываться.
– Я тоже не собираюсь этого делать. И, если уж зашел разговор, прекрасно понимаю, почему ваша Ишта так решительно послала их обоих к демонам.
Присутствующие машинально обернулись и посмотрели на мое несчастное тело. А потом так же дружно замолчали, скорбно опустив взгляды и нерешительно замявшись. Потом, правда, Гор отступил на шаг и словно бы поплыл, постепенно разделяясь на две фигуры: одна из них – вполне человеческая – устало помотала головой, медленно приходя в себя, а вторая, полупрозрачная и довольно страшненькая, снова развернула широкие крылья и, подлетев ближе, безошибочно заглянула в мои глаза.
– Тебе холодно, милая?
Я со слабой улыбкой посмотрела на «Гора». Единственного из всех, кого с каждым мгновением видела все отчетливее. И кто с каждым ударом моего замедляющегося сердца становился все материальнее, живее и ближе.
– Нет, брат. Почему-то мне впервые тепло рядом с тобой.
– Это плохо, родная.
– Почему?
– Потому что ты одной ногой в Тени, Гайдэ. И с каждым мигом все больше становишься похожей на меня.
Я в притворном ужасе оглядела свою блекнущую фигуру и тут же облегченно выдохнула:
– Фу. Это ж надо было так напугать?! Я чуть было не решила, что отрастила копыта, хвост, рога на голове и волосы на мягком месте!
– Это не смешно, Гайдэ, – подступил вплотную брат, и я даже вздрогнула, поняв, что теперь он стал для меня почти горячим. А облачка пара, вырывающиеся из его… пасти, теперь не вымораживают, а, наоборот, согревают. Тогда как руки, которыми он неожиданно меня обнял, вообще словно из печки вынуты: настолько горячие, что я снова вспомнила, что такое боль.
– Я тебя не отпущу, – прошептал «Гор», стискивая меня в объятьях. – Ни в какую Тень ты не попадешь. Правда, это будет неприятно, но, надеюсь, ты потерпишь… ради всех нас.
– Я-то потерплю, – вздохнула я, стараясь не обращать внимания на нестерпимое жжение, идущее от его пальцев. – Но у тебя вряд ли получится: я почти умерла. То заклятие, о котором говорил Фаэс, все еще работает.
– Что?! – вздрогнул всем телом брат, и я виновато улыбнулась.
– Сам посмотри: от меня ничего не осталось. Тень съедает меня заживо… хотя я не в претензии. Хватит и того, что мы закончили с Невироном. Осталось только этого козла прищучить, и моя совесть будет чиста.
– Не смей, Гайдэ! – отшатнулся «Гор», лихорадочно оглядывая мое лицо, сквозь которое явственно проступили звезды.
– Да я тут ни при чем. Нет, ты не думай, я с самого начала готовилась к такому финалу. Потом, правда, появился шанс, что этого удастся избежать, но, как видишь, господин ал-тар оказался проворнее. Поэтому с ним вы, пожалуй, закончите сами.
Крылатый дух шарахнулся от меня так, словно демона увидел. А потом опрометью кинулся к моему телу, которое как раз делало последние вздохи. От волнения даже проявился в реальном мире. С ходу попытался поднять меня на руки, глухо ругнулся, когда ничего не получилось. Наконец, обернулся к брату и страшным голосом рявкнул:
– ЖИВО СЮДА! ЕЙ НУЖНА ПОМОЩЬ!
– Что такое? – заволновался мастер Драмт, когда Адамант, побелев как мел, опрометью кинулся в мою сторону. Следом за ним подлетели ближе Ас, Бер, Ван. Потом, некрасиво растолкав Теней, возле меня опустился на колени Фаэс, а последним, поменявшись в лице, повернулся
