– Это как?
– Предложил спросить малыша, хочет ли он уехать от нас и жить при дворе дедушки. Само собой, ребенок с ужасом отказался расставаться со мной, с мэтром Истраном, а в особенности с Жаком, в которого вцепился обеими руками так, словно его кто-то собирался силком отрывать. Он прекрасно помнит, что при дворе дедушки его обзывали байстрюком и выродком и при каждом удобном случае дергали за уши… А Зиновий на меня и обиделся. Больше, собственно, принцесс на континенте нет. Разве что у магнатов Голдианы какие-нибудь девицы на выданье имеются, но я с ними не хочу связываться.
– А в Эгине?
– Александр еще молодой, у него дети маленькие. Сестра, правда, есть, но она всерьез увлеклась мистикой и даже готовится вступить в какой-то орден. Да и не обязательно мне именно принцессу, я и на простой горожанке женюсь…
– До сих пор не нашлась подходящая? – поинтересовался Элмар. – А не кажется ли вам, ваше величество, что вы изволите чересчур перебирать харчами, как выражается ваш любимый шут?
– Не кажется, – отрезал король. – Женитьба дело серьезное, на всю жизнь, и выбирать надо тщательно, чтобы потом не разводиться, как твой папаша.
– Знаешь что, Шеллар? – не выдержал принц-бастард. – Ты вот это все говоришь, говоришь, зубы мне заговариваешь, уважительные причины изобретаешь, а на самом деле просто не хочешь жениться, и все.
– Элмар, ты не прав, – спокойно ответил король, но никаких аргументов более не привел.
Ольга даже не представляла себе, насколько скучная вещь королевская охота. Может, для героев, которые умчались в дебри искать приключений на свои геройские задницы, мероприятие и было содержательным. Вполне возможно даже, что забавно было и господам придворным, которые гоняли по лесу упомянутого несчастного оленя. Но сидеть на лужайке в раскладных креслицах в обществе придворных дам было невыносимо скучно, а временами неприятно – потому что в ходе беседы они несколько раз тонко и изящно проехались по поводу ее внешности, костюма, прически, а также удручающей неопытности в амурных делах. Придворные сплетни, которыми обменивались дамы, были Ольге большей частью непонятны, так как речь в них шла о людях совершенно незнакомых, но некоторые ее совершенно ошарашили. Оказалось, что король и его шут состоят между собой в любовной связи и регулярно устраивают нежные свидания. Ольгу еще и попросили высказать свое мнение по этому поводу. Девушка заподозрила, что ее просто подставляют – аккуратно подталкивают к тому, чтобы она сказала о короле что-нибудь неодобрительное, а они потом настучат, соответственно все это оформив. Ольге кое-как удалось выкрутиться, заявив, что чистый гомосексуализм она не понимает, но бисексуальность, по ее мнению, свидетельствует о широте взглядов. Правда, после этого супруга министра иностранных дел и старшая дочь казначея стали посматривать на нее с нездоровым интересом.
Некоторое время дамы расспрашивали Ольгу о жизни в ее мире, но очень быстро отстали и заговорили о вечных и непреходящих ценностях: тряпках, косметике и мужиках. Вот тут Ольге стало по-настоящему тоскливо. Настолько, что даже схватка с медведем уже начала казаться ей не таким уж непосильным подвигом по сравнению с этой светской беседой.
Среди тесной группы королевских любовниц ей не приглянулась ни одна. Камилла со своим вечным сравнительным анализом утомляла, графиня Монкар при более близком общении оказалась довольно стервозной особой, три другие производили впечатление набитых дур, и, пожалуй, только Эльвира Люменталь показалась Ольге немного лучше других. Она все время молчала и не говорила гадостей, не смотрела на Ольгу, как на свежую кучку на любимом ковре, а вполне доброжелательно улыбалась, красота ее была немного другого типа, чем у прочих. Высокая пепельная блондинка с ясными серыми глазами и лицом греческой богини, Эльвира не обладала такой ярко выраженной сексуальностью, как все остальные, в ней чувствовалось прохладное и отчужденное спокойствие.
Помимо всего прочего, Ольга уже давно маялась, не зная, как бы это так светски спросить, где на королевской охоте находятся те заветные кустики, в которые мальчики ходят направо, а девочки налево, и размышляла, а не смыться ли отсюда вообще и не спросить ли об искомом у короля. С Шелларом ей было значительно проще, чем с его придворными дамами.
На этом этапе ее размышлений Эльвира встала и сообщила, что на пару минут покинет общество, дабы поправить чулки. Ольга с громадным облегчением вызвалась составить ей компанию. Эльвира чуть улыбнулась, подождала ее, и они направились по тропинке в глубь леса.
– Что, утомили наши дамы? – посочувствовала Эльвира. – Или все-таки шокировали?
– И то и другое, – призналась Ольга. – Но больше утомили.
– А ты действительно считаешь, что… ну, насчет широты взглядов?
– Надо же было что-то сказать. В моем мире к этому относятся намного проще и не особенно стремятся скрывать. А это правда про Шеллара и его шута?
– Неправда, – спокойно ответила Эльвира.
– Ну и хорошо, – успокоилась Ольга. – А то я уже собиралась у короля спросить.
Эльвира посмотрела на нее с откровенным любопытством.
– Прямо так и спросила бы?
– А что тут такого? Тем более если это неправда?
– Поменьше слушай наших дам, – засмеялась Эльвира. – Они тебе про него такого порасскажут…
– А Камилла говорила, что ты и сама о нем невысокого мнения как о любовнике, – заметила Ольга.
– Это, как говорит Камилла, дело вкуса, – поджала губы Эльвира. – Ей, может быть, и нравится такое обращение. Мне – нет. Может, его величество – мудрый правитель и интересный собеседник, может, у него еще куча разнообразных достоинств, но в постели это грубый и наглый хам. И можешь ему это передать, если он попросит тебя рассказать, что мы о нем говорили. Я своего мнения не скрываю, но у меня ни разу не хватило смелости сказать ему это в глаза.
– Почему же ты до сих пор с ним тусуешься, если он такой? – опешила Ольга.
– Он меня отставил еще весной. Я просто состою при дворе… Как тебе вот эти милые кустики? Нравятся? Тогда давай здесь и остановимся. А потом пройдем чуть дальше и спустимся к ручью, помоем руки.
Решив, что собеседница не хочет продолжать разговор о короле, Ольга замолчала и занялась своим делом, пытаясь попутно переварить столь шокирующую информацию о его величестве. Ей он до сих пор казался очень и очень интеллигентным человеком, не без недостатков, конечно, но такие вещи, как грубость и хамство, были совершенно не в стиле Шеллара. «Наверное, между ними произошло какое-то недоразумение», – решила в конце концов Ольга, а еще подумала, что если передать королю мнение Эльвиры, то можно услышать в ответ не менее резкую оценку другой стороны и в результате еще остаться виноватой. Лучше не ввязываться в чужие обиды и просто промолчать. Даже если король действительно спросит. Нашел тоже Штирлица, в самом деле…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
