— Будл сказал; несчастному надо хоть иногда где-то отдыхать от цепи с ядром, которую таскают каторжники, а этот брак хуже любой каторги, — пояснил сэр Роджер. К его чести, он ни словом не упомянул о проделке Авроры, поскольку всегда гордился собственной выдержкой и считал себя истинным джентльменом. Кроме того, он был втайне убежден, что молодая герцогиня заслужила право своими глазами узреть падение человека, пытавшегося так бесчеловечно замарать ее доброе имя.
Возвращение домой прошло без приключений, поскольку погода стояла чудесная, а дороги просохли. Ни пыли, ни грязи. Вооруженный эскорт охранял их на протяжении всего пути. Когда на горизонте показался Хокс-Хилл, карета, к удивлению герцога, неожиданно остановилась, и лакей опустил подножку. Герцог недоуменно поднял брови, но не успел ничего спросить.
— Это я велела придержать коней, — объявила Аврора. — Не возражаешь, если мы проделаем остаток пути пешком? Здесь совсем недалеко, дорогой.
— Как хочешь, — кивнул герцог и, обняв жену за талию, опустил на землю. — Поезжайте, Мейнуоринг, — приказал он кучеру. — Ее светлость желает пройтись.
Аврора взяла его под руку, и супруги медленно направились к дому. Воздух был душистым и теплым, окрестные поля пестрели маками, ромашками и маргаритками.
— О, какое счастье снова оказаться дома! — вздохнула Аврора. — В жизни никуда отсюда не уеду, что бы ни случилось.
— Ну? — настойчиво осведомился герцог.
— О чем ты? — кокетливо откликнулась она.
— Ты что-то хочешь мне сказать. Я чувствую, Аврора. Слишком хорошо я успел тебя узнать! Ты никогда не сможешь ничего от меня скрыть.
Он остановился и вопросительно уставился в прелестное личико жены.
— У нас будет малыш! — смеясь, воскликнула она. — О Валериан, я так счастлива! Дитя! Наш первый ребенок! Как я мечтала дать тебе наследника! Я сама этого не сознавала, пока не поняла, что ношу ребенка? Зато Марта сразу догадалась! И когда сказала Лотте, она настояла, чтобы придворный врач меня осмотрел.
Валериан смертельно побледнел.
— Нет! — выдавил он, задыхаясь. — Боже, Аврора! Что я наделал! Моя похоть станет причиной твоей гибели!
— Разве ты не хочешь ребенка? — испуганно охнула Аврора.
— Нет, если придется потерять тебя! — в отчаянии выкрикнул герцог, прижимая ее к груди. — Ты единственное, что у меня есть, Аврора, и я не хочу, чтобы тебя постигла участь сестры! Я этого не вынесу!
Аврора, засмеявшись, осторожно отстранилась:
— Валериан, ведь я не Калли! Я желаю это дитя больше всего на свете! Королевский доктор утверждает, что я совершенно здорова телом и духом, и советует мне рожать как можно чаще. Пойми же наконец: я не Калли!
— Но твоя мать тоже умерла родами, — пробормотал Валериан.
— Как многие женщины в колониях, — вздохнула Аврора. — Там почти нет докторов, и приходится рожать в присутствии служанок, которые столь же невежественны, как и везде. Живи мы на каком-нибудь большом острове вроде Барбадоса или Ямайки, мама бы не умерла. Но мы пригласим доктора Карстерза, и он будет наблюдать меня в продолжение всей беременности. И зря не тревожься, Валериан. Не позволю!
Он нежно поцеловал ее и, подхватив на руки, зашагал к дому.
— Да что это ты вытворяешь. Валериан Хоксуорт! — взвизгнула жена. — Немедленно поставьте меня, милорд!
— Ты не должна переутомляться, дорогая, — серьезно заявил герцог.
— Дурачок, — улыбнулась Аврора, прижавшись к его груди и положив голову на плечо.
— Что случилось с Авророй? — вскрикнула вдовствующая герцогиня, выбегая на крыльцо. — Она больна? Почему ты несешь ее?
— У меня будет ребенок, мадам, а этот безмозглый глупец окончательно потерял рассудок. Да отпустите же меня, милорд! Не хватало нам еще одного скандала!
— Слышал, что говорит жена? Делай, как велено, и побыстрее! — скомандовала вдова, и герцог с ухмылкой повиновался.
— Моя дорогая! — воскликнула пожилая леди, обращаясь к Авроре. — Я так счастлива за вас обоих! — Она горячо расцеловала герцогиню. — Ну как Лондон?
— Тесный, грязный, шумный и кипит сплетнями, — вмешался герцог. — Отныне мы станем жить здесь, мадам. Невзирая на то, утих скандал или нет, мы приехали навсегда.
— Их величества здоровы? Какова молодая королева? — допытывалась Мэри Роуз.
— Восхитительна! — убежденно ответила Аврора. — Именно ее врач и подтвердил мою беременность. Ее величество тоже носит ребенка, и в августе на свет появится будущий король Англии.
— Чудесно! — всплеснула руками старая леди. Они вошли в дом, и Питере взял у хозяев плащи.
— Добро пожаловать домой, ваша светлость, миледи, — приветствовал он, кланяясь. — Чай сервирован в желтом салоне.
Они поспешили в залитую солнцем комнату и расселись.
— Надеюсь, злые языки устали обсуждать наш поспешный брак, дорогая бабушка? — поинтересовался Валериан, наливая себе шерри.
— Разумеется, — кивнула та, — хотя я думала, что вести о ваших лондонских похождениях подольют масла в огонь, — Похождениях? — расхохоталась Аврора. — Вижу, у кого-то из наших соседей слишком живое воображение, мадам. Мы вели крайне скромную жизнь и ни в чем не были замешаны. Я даже подружилась с королевой, поскольку ее величество тоже предпочитает дом и семью всем развлечениям мира и терпеть не может суетных забав. Думаю, любая другая на моем месте умирала бы от тоски. Некоторых фрейлин немало раздражали наши отношения. Для них я недостаточно высокородна и к тому же ужасно скучна со своими вечными разговорами о соленьях, вареньях и способах варки мыла.
— В таком случае поздравляю, дорогие, — фыркнула герцогиня. — О вас давно позабыли, поскольку разразившийся скандал затмил все, что до сих пор случалось в Херефордшире. Вся округа так и бурлит. Счастлива объявить, что отныне вы с Валерианом считаетесь респектабельной женатой парой, тем более что наследник появится почти через год после венчания, а следовательно, все приличия соблюдены.
Она снова усмехнулась. В выцветших голубых глазах плясали задорные искорки.
— Ну, — пригубив шерри, бросил герцог слегка раздраженным тоном, — надеюсь, вы расскажете подробности, бабушка? Вижу, вам не терпится сообщить, в чем дело.
— К сожалению, речь опять идет о нашей семье, — поддразнила вдовствующая герцогиня.
— Сент-Джон… — догадалась Аврора. — Это, конечно, Сент-Джон! Только он способен переплюнуть нас!
Мэри Роуз громко рассмеялась.
— Черт побери, мадам, что на этот раз выкинул мой повеса-кузен? — взорвался Валериан. — Неужто он вообще посмел ввязаться в очередную интригу лишь ради того, чтобы взять надо мной верх! Недаром считает, что последнее слово всегда должно оставаться за ним.
