надпись под карикатурой: — «Заку, по случаю двадцатипятилетнего юбилея в Клубе Вашингтонской долины». Полагаю, всех в тот вечер попросили оставить свои фотографии с пожеланиями. Спорю, они еще спели для бедолаги:Лучше парня нет на свете, Знают взрослые и дети.[14]
— Давай возьмем это с собой, — предложил Джеф. — Может, найдем что-нибудь интересное. А сейчас уже девятый час, не слишком рано, чтобы нанести маленький визит миссис Нолан.
«Или же Лизе Бартон», — мысленно поправился он.
66
— Мамочка, можно я сегодня останусь с тобой дома? — спросил Джек.
Вопрос был настолько неожиданным, что я была ошеломлена. Но скоро нашла выход.
— Я видел, что ты плакала, — заявил он.
— Нет, Джек, — возразила я. — Просто я плохо спала прошлой ночью, и мои глаза устали.
— Ты плакала, — повторил он.
— Хочешь пари?
Я старалась, чтобы мой голос звучал так, как будто мы играем. Джек любил игры.
— На что спорим? — спросил он.
— Я скажу тебе на что. После того как я отвезу тебя в школу, я вернусь и немного вздремну, и если, когда я буду забирать тебя из школы, мои глаза будут красивыми и яркими, ты будешь должен мне сто триллионов долларов.
— А если они не будут красивыми и яркими, ты будешь должна мне сто триллионов долларов.
Джек стал смеяться. Обычно мы расплачивались за подобные ставки порцией мороженого или походом в кино.
Наш спор разрешился тем, что Джек охотно согласился на то, что я отвезу его в школу. Я успела добраться до дома, прежде чем на меня снова нахлынули воспоминания. Я чувствовала себя в западне и абсолютно беспомощной. Насколько я знала, Зак рассказал всем, что я встречалась с ним. Как я могла объяснить, что он рассказал мне о наличии у него доказательств, что Тэд Картрайт убил моего отца? И где сейчас его доказательства? Меня практически обвиняют в убийстве Джорджет Гроув и садовника. Я дотрагивалась до Зака. Возможно, отпечатки моих пальцев остались на его машине.
Я страшно устала и решила, что мне следует сделать то, о чем говорила Джеку, то есть пойти и немного вздремнуть. Когда я поднималась по ступенькам на второй этаж, зазвонил звонок. Моя рука словно приросла к перилам. Что-то внутри подсказывало мне, что лучше продолжать подниматься наверх, но когда звонок раздался снова, я спустилась вниз. Я была уверена, что это кто-то из прокуратуры. Я напомнила себе о том, что не должна отвечать ни на один их вопрос без адвоката.
Когда я открыла дверь, было полным облегчением увидеть, что за ней не было детектива Уолша. На крыльце стоял прокурор Джеф Макингсли с черноволосым коллегой, возрастом чуть помладше его, и он был очень вежлив со мной.
Я оставила свои солнцезащитные очки на кухне, поэтому могла только догадываться, о чем они подумали, когда увидели мои красные, опухшие глаза. Но я не думаю, что в тот момент это сильно волновало меня. Мне надоело куда-то убегать, сопротивляться. Мне было интересно лишь одно: пришли ли они арестовать меня или нет.
— Миссис Нолан, мне известно, что у вас есть адвокат, но я уверяю, что не буду задавать вам каких-либо вопросов об убийстве Джорджет Гроув и о Чарли Хетче, — сказал Джеф Макингсли. — Но я надеюсь, что вы знаете какую-то информацию, которая поможет нам в деле об убийстве, совершенном не так давно. Мне известно, что вы брали уроки верховой езды у Зака Виллета. Сегодня ранним утром нашли его труп.
Я молчала. Я должна была притвориться, что я сильно удивлена. Пусть они думают, что это шокировало меня, оказалось для меня большим горем, но если бы я этого не сделала, то все бы выглядело так, как будто они поведали мне о том, что я уже знаю.
Макингсли ждал от меня какого-либо отклика, но когда он ничего не услышал в ответ, то сказал:
— Нам известно, что у вас с Заком был урок верховой езды вчера в полдень. Говорил ли он вам о том, что собирается с кем-нибудь встретиться? Любая информация, которую вы можете нам сообщить, будет очень важной.
— Собирался ли он с кем-то встретиться? — повторила я и услышала, что мой голос скатывается к истерике. Я зажала рот рукой. — У меня есть адвокат. — Я постаралась, чтобы мой голос звучал спокойнее. — И я буду говорить только в его присутствии.
— Да, конечно, миссис Нолан, но это простой вопрос. Помните ту фотографию Бартонов, которую Вы нашли прикрепленной к столбу в сарае. Вы показывали ее мужу?
Я вспомнила, как нашла тот снимок, как спрятала его в потайном ящике стола, как потом Джек рассказал о нем Алексу, а Алекс ужасно расстроился, так как я не собиралась говорить ему об этом. Фотография стала еще одним эпизодом в череде неприятностей, которая вбила клин в наши отношения с Алексом.
Но, по крайней мере, на этот вопрос мистера Макингсли я могла ответить безбоязненно.
— Мой муж уже уехал на работу, когда я нашла ее. А в тот момент, когда я отдавала вам этот снимок, он вернулся. Нет, мистер Макингсли, он его не видел.
Прокурор кивнул и поблагодарил меня, но, когда повернулся, чтобы уйти, сказал голосом, полным не свойственной ему симпатии:
— Силия, я правда думаю, что все встанет на свои места. Я думаю, все будет в порядке.
67
На обратном пути в офис Джеф Макингсли был молчалив, и Анджело Ортиз знал, что лучше не трогать его. Анджело было ясно, что его босс сильно обеспокоен, и, как был уверен Ортиз, он знал чем. Казалось, что Силия Нолан была на грани истерики.
Когда они приехали, их ждала группа экспертов-криминалистов.
— У нас появились четкие отпечатки пальцев, Джеф, — с большим удовлетворением объявил Дэннис, эксперт из лаборатории по отпечаткам пальцев. — Прекрасный указательный палец с дверного звонка и
