мне же лучше.
Я не знаю, как теперь поведёт себя Дима, когда между нами стоит точка. Кажется, я вообще не знаю собственного мужа. Но хочу иметь подушку безопасности, а не слепо надеяться на лучшее.
Мирона я замечаю издалека. На нём спортивный костюм, лицо немного покраснело. Мужчина бегает, нарезает круги по дорожкам. Отскакивает в сторону, когда на него бросается чихуахуа, заполняя громким лаем всю улицу. Но Шварц героически выдерживает битву с таким страшным монстром.
Я смеюсь, настолько комично это выглядит. И, кажется, мой смех слишком громкий. Потому что Мирон замечает меня, тут же меняя направление, идёт в мою сторону.
– Весело тебе? – интересуется, прищурившись. – Маленькое злобное создание…
– Я?
– Чихуахуа. Ты – большая уже.
– Не злись. Ты держался молодцом, почти победил, - не удерживаюсь от колкости, прикусив губу. Пока не знаю, как правильно себя вести с мужчиной, поэтому просто делаю так, как хочется. – Не представляю, как я бы справилась с таким огромным псом.
– Издевайся, пока можешь.
– Угрожаешь?
– Предупреждаю. Я знаком с твоим начальником. Поговаривают, он собирается сбросить тебе лишнюю работу. Хочу просчитать итоговую доходность по одному предприятию. Там довольно большой объем работы, я собираюсь продавать объект.
– Будет теперь одиннадцать? А как же твоё любимое число?
– Открою ещё две.
Отмахивается. Разговор затихает, но Мирон не спешит уходить. Лохматит свои волосы, нагло тянется к моей бутылке воды. Я не останавливаю его, хотя и фыркаю под нос.
Слюной мы уже менялись, хуже не будет.
– Не знаю, насколько тебе будет интересно, - хмурится, отводит взгляд на других гуляющих мамочек. – Я кое-что узнал про Иру. Точнее узнал Рязанов, а я с ним разговаривал.
– Ты тоже втянут в это расследование?
– Дима попросил о помощи. Да и я… Не особо рад, что она лезет к тебе. К тому же, моя вина в происходящем тоже есть. Именно я посоветовал Иру.
– Кхм. Мирон, а можно довольно личный вопрос?
– Попробуй.
– Когда я приезжала к тебе в больницу, после ЧП… Я видела там Иру, она шла по направлению к твоей палате. И ты сам сказал – ты её советовал Диме. Так… Вы как-то связаны? Больше, чем просто коллеги?
Шварц может соврать, хотя редко это делает. Но мне нужно закрыть этот вопрос, для себя. Я не могу вечно сомневаться во всех, искать подвох. Будет спокойнее, если разберусь с этим.
Реакция мужчины довольно говорящая. Непонимание сменяется растерянностью, а после – обидой и ноткой злости. Мирона довольно легко читать, когда он не прикрывается грубостью.
– Нет, - бросает твердо и раздраженно. – Она была моей сотрудницей, на этом всё. Без понятия, почему она приезжала в больницу. К тому же, плюс-минус в то же время, как Ира работала на меня, у меня был роман с Анжеликой. Я далек от идеала, но предпочитаю закончить одни отношения перед тем, как начинать новые.
– Ну, может не как пара… Я просто не понимаю откуда Ира столько знает. Мой новый адрес, детали… Это не то, что можно узнать случайно.
– И ты думаешь, что рассказать мог я? Вау, - скрывает эмоции за холодным взглядом. – Умеешь ты делать комплименты, Тая.
– Я лишь пытаюсь разобраться. Если бы я была уверена, что ты стоишь за всем, то… Я бы не позволила…
Кусаю губу, не в силах выдавить фразу до конца. Чувствую себя школьницей, которую мальчик впервые поцеловал в щечку. Так же смущаюсь и стыжусь. Своих чувств? Что так торопливо шагнула дальше? Или того, что не могу ответить Мирону полной взаимностью так быстро?
– Откровенно? – мужчина уточняет, будто я хочу новую порцию лжи.
– Желательно.
– Я облажался, Тай, да. Не заметил, что с Ирой что-то не так. Видел её пару раз, в основном на переговорах с клиентами, которых она нашла. Но ничего странного не было, моя служба безопасности тоже упустила это. Но я точно не стал бы подсылать её к Диме. Какой мотив?
– Ты сам говорил про шесть лет…
– И? Ты не думаешь, что если бы хотел влезть в ваш брак, то сделал бы это давно и проще? Даже если не хотел марать руки в этом, то всё равно в плане с Ирой был бы большой недостаток.
– Какой?
– Она преследует тебя, причиняет боль. Черт, да она на тебя напала! Я бы точно не стал делать ничего, чтобы навредило тебе.
Шепчу извинения за то, что даже допустила такую мысль. Мирон звучит убедительно. Он за это время ничего не сделал во вред мне. Только помогал, намного больше, чем его просили.
– У меня теперь явно будут проблемы с доверием, - признаюсь, поморщившись. – Это, скорее всего, надолго. Чтобы ты знал и не обижался.
– Не думала… Не знаю, поговорить с кем-то об этом? С психологом или… Не то, чтобы я считал тебя истеричкой. Но, думаю, в таких случаях он поможет, как минимум даст совет?
– Психологи не дают своей оценки и советов, - отмахиваюсь, улыбнувшись. На самом деле, думала. И даже отобрала нескольких специалистов. Я все предательства Димы переживаю в одиночестве, а выговориться хочется. – Так, что ты узнал об Ире?
– Она меняла фамилию, давно, - Мирон легко поддерживает смену темы. – Мои ребята мониторили списки абитуриентов её университета, взяли диапазон в десять лет, вдруг поступала, а потом ушла в академ. Даже на магистратуру такая не поступала.
– Она не могла подделать диплом?
– Нет, мы проверяем по серийному номеру, всегда. Так что… Не знаю, насколько это важно. Может, выскочила замуж по глупости или просто старая фамилия не нравилась. Но сейчас смотрим, что можно сделать. Через знакомых залезть в архивы, узнать всё.
В любой другой ситуации я бы не обратила внимания. Я ведь тоже меняла фамилию, ещё на втором курсе. А потом целый год бегала и добивалась, чтобы в ведомостях всё вносили правильно.
Но сейчас мне кажется, что это тоже может быть зацепкой. Слишком много совпадений для одной любовницы мужа. Которая и любовницей не стала, но проблем создала больше, чем все случайные интрижки Димы вместе взятые.
Не будь Ира такой непредсказуемой и опасной, я бы даже ей цветы послала. В благодарность, что открыла мне глаза. И Маше, пожалуй, тоже стоит выразить признательность.
– А ещё мы подняли информацию по кадрам.
