СОН НА КРАЮ ВРЕМЕНИ
Думал, что не засну, но, добравшись до кровати, сразу провалился в глубокий предрассветный сон. Сон, который преследовал меня с тех пор, как я однажды проснулся в этом мире.
Я приготовился исчезнуть навсегда, растворившись в наползающей тьме, когда кто-то прикоснулся ко мне. В стороны развернулись два огромных крыла. Я взмахнул ими, и мерцающая пыльца, сорвавшись с этих гигантских крыльев, светлым облаком окутала напирающую тьму. Сияющие крупицы продолжили движение, пока не достигли Границы Времени и там остановились, медленно угасая. Часть искорок пролетела сквозь Время и закружилась в мутных облаках чужой вселенной, освещая их неровным светом. Наш мир очистился, а чужак начал удаляться, унося с собой частицы мерцающей пыли.
Я наконец мог посмотреть на того, кто помог мне. Тихие колокольцы перемежались со звуком шелестящей воды, создавая незнакомые вибрации. Крылья отделились от меня и трепетали между мной и Тари. Это была душа голубого пояса звезды.
Опустившись почти к самой поверхности Горма, я увидел, что молчавший до этого, словно притаившийся, он изменился значительнее других. На его поверхности была вода, как на Орге, зеленые пятна, которые я по ошибке принял за дефект творения, оказались странными существами, проникавшими в тело планеты. Золотистые вкрапления — участки суши среди бесконечной глади океана — нагрелись от света звезды, и их заселили крошечные существа. Все они, как и зеленые гиганты, так и полупрозрачные призраки, мелькающие в глубине вод, несли в себе частички мерцающий пыльцы.
Я попросил голубой пояс Тари создать видимый образ, чтобы мне было проще с ним общаться. Рядом появились огненная птица Дэа и ледяной рогатый Орг. Им тоже было интересно. Над маленькими зелеными растениями, покрывавшими твердую часть Горма, появилось странное существо. Оно было настолько хрупким, что я испугался, как бы огненное дыхание Дэа не разрушило его.
Неуверенными движениями оно приблизилось к нам, зацепилось крошечными лапками за лепесток бледного цветка и расправило крылышки. Я спросил, как его имя, и мне ответили миллиарды серебристых искорок, одновременно заполнив мой разум миллиардами голосов: «Меня зовут Горм».
Тут я понял, что не могу познакомиться с ним, потому что у меня нет имени, и решил доверить выбор этому странному существу. Ответов было столько же, сколько и голосов, их произнесших. Каждый придумал мне имя на своем языке: Амуитири-Хоге-Асаби-Муфакир-Пантсалариа-Сантабида-Викаарака… Я попробовал каждое на вкус и выбрал одно.
Часть 4. Обратный отсчет
Глава 1. В ЯРКИХ КРАСКАХ
Река играла брызгами солнечного света, разлившегося в пропитанном влагой теплом воздухе. Тихо шелестели листья склонившихся над водой огромных ив. Всполохи кувшинок разрывали угрюмую тень под деревьями у самого берега.
Я наслаждался открывшимися мне возможностями и прислушивался к жизни, текущей вокруг. Кери и Тарим отправились вниз по реке. Лан, вопреки своей привычке уплывать на целый день, не покидал маленький пляжик, где мы обосновались. Его мокрые, блестящие серебром волосы облепили загоревшие за лето плечи, создавая витиеватый узор, напоминавший искусно выкованную кольчугу.
Вода в реке была настолько теплой, что выходить из нее не хотелось, но все же я вылез на берег, когда понял, что шуточное сражение, которое устроили мы с Ланом, может закончиться нешуточными потерями. Лан уже несколько раз чуть не захлебнулся, неловко падая, потеряв равновесие на скользком дне. Причиной его неуклюжести была сидящая рядом с Ириэль в тени дерева и над чем-то непрерывно хохочущая Граннифер.
Я отряхнулся в стиле «барбос» и направился к дамам, шлепая по траве мокрыми ногами. Уверен, что сам Лан не скоро решиться подойти к ним, но теперь будет вынужден последовать за мной. Мой коварный план разрушил Тим, появившийся из кустов, прятавших нас от тропинки, ведущей к деревне. Он так спешил, что не поздоровавшись начал вываливать свои новости. Меня он даже не заметил.
— Только что прибыл гонец из города, он принес известие о нападении бурграхов. А вчера в Снург вернулся Вольг, сын Бариэграса, — он говорил, захлебываясь и пришептывая, словно бежал к нам на всех парах (значит знал где мы находимся, упырь). — Его тяжело ранили, в отряде решили, что он погиб, поэтому ушли без него и вернулись раньше.
Если бы я сам не был участником событий, о которых он говорил, не понял бы ни слова. Ну да, ушли, как же. Бежали впереди своих лошадей до самого дома.
— Он, в смысле Вольг, умер через несколько часов, но успел рассказать, что Ланнира похитили разбойники, прикрываясь нападением бурграхов, а возглавлял их человек, пришедший из Леса.
Тим тараторил, переводя взгляд с Граннифер на Ириэль. Только когда Лан, обогнавший меня, подошел к ним на расстояние нескольких шагов, Тим обратил на него внимание, но не сразу узнал в беловолосом, остроухом адиан сына Ириэль и еще продолжал говорить по инерции.
— Этот негодяй и нанес Вольгу смертельную рану, когда тот пытался защитить Лан-нир-а… — голос незваного гостя затухал с каждым словом в то время, как до него доходило, кто перед ним.
Я не удержался, вышел вперед и, встав рядом с Ланом, облокотился на его плечо. И без того выпуклые глаза Тима сейчас расширились так, что стало видно белки под верхними веками. В них бегущей строкой читались все его нехитрые мысли. Не закрывая рта, он развернулся на пятках и, бросив через плечо: «Я вас не видел», — полез обратно в кусты. Уже из-за сомкнувшейся за ним листвы донеслось: «И ничего не говорил!», — а потом все стихло, словно его и не было.
Глава 2. СТРАННЫЙ ВЫБОР ИРИЭЛЬ
Вместе со стремительно ретировавшимся соседом испарилось прекрасное утро. Мы, ни слова не говоря, засобирались. Лан, набросив рубаху, побежал искать Кери и Тарима. Гранни и Ириэль отряхнули юбки от песка и направились в сторону дома. А я остался, пораженной мыслью, что если у Бариэграса нет других сыновей, то, сам того не зная, убил мужа Миэ.
