Султан поставил лишь одно условие. Сераскер и капутан-паша не должны начинать операцию по захвату Мальты, пока ее не одобрит и не примет в ней участие Драгут.
Мертвецы форта Сент-Эльмо
Возможно, на обратном пути у темпераментного Драгута испортилось настроение. Возможно, он не знал точно место встречи у Мальты или не успел собрать корабли, действовавшие у побережья Африки. Но, как бы то ни было, Драгут опоздал. А когда увидел на горизонте белые скалы Мальты и повел свой корабль в бухту, услышал, что на мысе, где располагался форт Сент-Эльмо, грохочут пушки.
Обойдя вход в бухту, Драгут понял, что турецкие командиры не стали его дожидаться. Под пеленой дыма атакующие шеренги турок поднимались вверх в направлении оборонительных валов форта. Их батареи обстреливали эти валы. Однако огонь велся в неверном направлении. Вокруг бухты располагался серый город рыцарей, похожий на гигантскую черепаху. По краям ее высились крепости, совершенно нетронутые.
Когда Драгут высадился на берег и осмотрел маленький остров, на который раньше турки осуществляли опустошительные набеги без больших проблем, то оценил сильные и слабые стороны обороны Мальты. Каменистая почва острова не позволяла рыть окопы – траншеи следовало вырубать по ночам кирками и ломами. На этой голой земле, которую великий император уступил рыцарям просто для того, чтобы от них отмахнуться, теперь мальтийские воины были защищены мощными бастионами каменной кладки, эскарпами и контрэскарпами, а также орудийными батареями, способными вести перекрестный огонь.
Все эти массивные каменные сооружения необходимо было разрушить артподготовкой, прежде чем начинать штурм уязвимой живой силой. Численность атакующих против таких неодушевленных оборонительных монстров не имела значения. Не требовалось и большого числа защитников крепости. Рыцари, искушенные в вопросах защиты своего острова, предусмотрели все. Их галеры были укрыты в безопасности во внутренней бухте за линией оборонительных сооружений города Борго. Узкий вход, в бухту перегорожен массивной цепью.
(Фактически все форты защищали 500 рыцарей, 1300 наемных солдат, 4000 моряков и мобилизованные жители Мальты. Против этой силы турки выставили 4500 закаленных в боях янычар, 7500 спешенных сипахи, 18 тысяч матросов, артиллеристов, саперов и прочих бойцов).
Но оборона Мальты имела и слабые места, на которые Драгут указал командирам. В береговой линии широкой бухты было много углублений. Малочисленные и стесненные в средствах рыцари смогли воздвигнуть оборонительные сооружения только вокруг Борго с бухтой, где находились галеры. Сзади город обступали горные цепи. Установленные на них артиллерийские батареи могли бы обстреливать внутреннее пространство крепости.
– На этих высотах должны стоять ваши пушки, – сказал Драгут.
Но командующий турецкими силами сераскер Мустафа-паша вместо этого занялся осадой изолированного в бухте форта Сент-Эльмо, который находился у входа в бухту. Захватив этот форт, турки могли бы ввести свою эскадру в бухту и приблизиться к основной линии обороны рыцарей у Борго. Капутан-паша Пьяли не согласился ни с командующим, ни с многоопытным Драгутом.
– Я вижу, конечно, что форт Сент-Эльмо препятствует подходу к городу, – говорил он. – Но если мы возьмем сам город, то форт сам по себе ничего не будет стоить. Сколько пороха и живой силы придется потратить на форт, прежде чем мы займемся тем, ради чего сюда прибыли?
Между тем турки достаточно глубоко увязли в осаде Сент-Эльмо, чтобы теперь ее бросить. Необходимо было взять этот форт и всю Мальту в целом. Сулейман велел добиться победы. Сераскер, равно как и Драгут с Пьяли, знал: они не могут вернуться в Золотой Рог с известием, что османский флот и армия впервые потерпели поражение.
Но время работало против них. Мальта находилась рядом с Сицилией, которая, в свою очередь, примыкала к Италии. Без сомнения, через месяц, максимум через два, на помощь острову могла подойти европейская армада…
Турецкие ядра расщепляли и крошили каменные громады форта Сент-Эльмо. На взятие его обратилась и неуемная энергия Драгута. Его пушки обрушили на Сент-Эльмо огневой вал с высоты, расположенной напротив, отрезав пути снабжения Сент-Эльмо из города.
Такой плацдарм, как этот форт, не мог быть защищен одной лишь храбростью или рукопашным боем. Под непрестанным артиллерийским огнем осажденные теряли стойкость духа. Изнуренные осадой люди либо сдаются, либо оставляют крепость, если есть возможность, а то и просто теряют силы из-за беспрерывной тяжелой работы ради своего спасения. Однако тут все было не так. После первого неистового штурма турок, пытавшихся прорваться сквозь пробитые артиллерией бреши, гарнизон Сент-Эльмо известил Великого магистра ордена, что он не сможет отбить еще один штурм.
Великий магистр Жан де ла Валетта был так же стар, как Сулейман. Его пощадили во время захвата Родоса, и благодаря великодушию султана он благополучно отбыл с острова. Весьма набожный, Валетта жил религией. Как и Драгуту, ему пришлось побывать рабом-гребцом на галере. Магистр не мог себе и вообразить, чтобы попасть под власть неверных турок или заключить с ними мир.
– Вы хотите, чтобы я лично командовал обороной Сент-Эльмо? – спросил он прибывших к нему защитников форта.
Уязвленные укором Великого магистра, они выдержали еще одну атаку. Драгут перебросил через ров к бреши в каменной кладке мост, сооруженный из рангоутного дерева и парусины. В течение пяти часов турки атаковали защитников форта через этот мост. Лишь немногие из рыцарей и наемников внутри форта остались без увечий, но их боевой дух не иссяк. Они продолжали воздвигать барьеры на пути атакующих из обломков камней.
Драгут прибыл на Мальту 2 июня. 16 июня, когда он руководил атаками через наведенные мосты к проломам в укреплениях, ему в голову попал обломок камня. Мустафа-паша поспешил к месту, где упал Драгут, с лекарями, которые решили, что он убит. Но лежащий Драгут чувствовал, как сераскер накрыл его плащом, и слышал, как он руководит штурмом. Пьяли-паша был ранен железным осколком, но не тяжело.
Пока в Драгуте еще теплилась жизнь и он осознавал происходящее, штурм достиг стадии, когда у рыцарей не хватало сил закрыть все бреши. Понимая, что защитники форта способны продержаться лишь ограниченное время, де ла Валетта послал к ним под покровом ночи трех гонцов – англичанина, итальянца и француза. Эта троица рыцарей вернулась к магистру с взаимоисключающими мнениями. Двое из них считали, что форт обречен, третий утверждал, что его защитники еще способны сражаться.
Великий магистр решил, что рыцари должны держаться и умереть на своих местах, поклявшись друг другу, что не сдадутся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
