Хьюз все больше опускался. Имея рост выше 180 см, он весил едва 40 кг. Волосы закрывали ему сзади почти всю спину, борода спускалась на грудь, ногти были настолько длинны, что свернулись в спираль. В многие дни наибольшее, что он мог бы сделать, было путешествие между кроватью и ванной. Говард Хьюз для личной охраны и услуг привлекал только мормонов. Члены этой религиозной секты якобы не падки ни на женщин, ни на деньги, не увлекаются вином, азартными играми, наркотиками. Их преданность можно купить или завоевать только раз и навсегда.
Только несколько из его самых близких помощников знали все детали деградации личности своего патрона, но они молчали. Для нации в целом, и большинства людей в пределах его корпораций, он остался человеком тайны, безмерно богатым отшельником, кто дергал за ниточки за сценой и готов изумлять мир в любой момент, достав кролика стоимостью в миллиард долларов из своей шляпы…
Есть, однако, версия, что все домыслы о безумии миллиардера (ведь никаких документальных подтверждений нет!) — ловкая мистификация самого Говарда Хьюза. А у одного американского автора я нашел еще более смелое суждение: Хьюз — это… Хелмс, директор Центрального разведывательного управления! Подмена личностей произошла, якобы, примерно в 1952 году. Именно в это время Хьюз становится затворником, а Ричард
Хелмс возвращается в США после пяти лет работы на отдел тайных операций Министерства обороны в Германии, Австрии и Швейцарии. Хьюзу якобы пришлось сделать пластическую операцию, чтобы изменить черты лица и омолодиться на семь лет возрастной разницы со своим «прототипом». Автор при этом не предложил никаких идей, куда делся настоящий Хелмс, по его мнению, Говард с 1952 г. сделал неплохую карьеру в разведке — начальник по операциям в Директорате планирования ЦРУ, через 10 лет — зам. директора ЦРУ по планированию, с 28 апреля 1965 г. — 1-й заместитель директора ЦРУ. 18 июня 1966 г. назначен президентом Джонсоном директором ЦРУ. Это уже публичная фигура администрации, отсюда возникает проблема — как и куда убрать подальше от Вашингтона «фантом» Хьюза. Слишком заметным становится диссонанс между распадом личности и твердой деловой хваткой «полоумного». И тогда в 1966 г. «распадается» брак с Джин Петерс, а Хьюз переносит свою штаб-квартиру в Лас-Вегас… Реально же финансово-промышленная империя становится ширмой тайных операций американской разведки, и последующая эпопея с подъемом русской субмарины не исключение, а системная акция… Как отнестись к экстравагантной гипотезе, решайте сами. Я пытался сравнивать фотографии. Определенное тождество роста и упитанности действительно имеется.
Чтобы не запутаться в чужой истории окончательно, предлагаю возвратиться к «невадскому» периоду Хьюза. В Неваде, первом из американских штатов, с 1931 г. законом разрешены азартные игры. Привилегия связана с необходимостью чем-то занять тысячи рабочих, которые поблизости строили огромную по тем временам плотину. Объективно Хьюз сделал очень много для расцвета игорной столицы Америки. Прежде немногие отваживались ехать в бандитское гнездо, свитое в этом городе гангстерами (из-за постоянных разборок, грабежей и убийств Лас-Вегас до приезда Хьюза по уровню преступности занимал одно из первых мест в Соединенных Штатах). Имидж эксцентричного богача привлек в оазис пустыни Невада иностранных туристов и крупные инвестиции. С гангстерами команда Хьюза сумела договориться. Но оставалась другая проблема. Комиссия по атомной энергии США продолжала в Неваде долгосрочную программу подземных ядерных испытаний, и город частенько и ощутимо встряхивало.
Чаша терпения Хьюза переполнилась, когда под его любимым казино «Десерт Инн» лопнул фундамент. Были испробованы многие подходы, главным образом материального свойства. Но во всесильной Комиссии ходокам от Хьюза неизменно указывали на дверь.
Сделка могущественного миллиардера с разведкой могла быть пакетной. Как у любого крупного воротилы, у Хьюза имелись немалые шероховатости в отношениях с фискальными органами. Возможно, сюда же были вплетены интересы президента: здесь ни тени сердечности или взаимного уважения, но близились выборы 1972 г. Пункт о прекращении подземных атомных взрывов в меморандуме должен был присутствовать обязательно. Не думаю, чтобы Хьюз согласился пустить свое имя в общественное употребление на других условиях. Он ненавидел две вещи: неисполнение собственных прихотей и тех, кого теперь политкорректно именуют «афроамериканцами». В детстве Говард стал свидетелем негритянского бунта, на его глазах линчевали 12 белых.
«ГОЛЬФ» СТОИЛ МЕССЫ
«По некоторым источникам, дело было так. В один из августовских дней 1974 г. в 350 милях северо-западнее Гавайских островов лежало в дрейфе огромное неуклюжее судно со странными механизмами и приспособлениями, возвышающимися над верхней палубой. На его флагштоке развевался звездно-полосатый флаг, однако из динамиков звучали мощные аккорды Гимна Советского Союза. На юте в торжественном строю стояли рослые парни. Перед строем на металлических тележках лежали шесть человеческих тел, обшитых парусиной и покрытых бело-голубыми военно-морскими флагами СССР.
Два чернокожих матроса по команде офицера подошли к первой тележке и покатили ее по рельсовой дорожке к кормовому срезу, пока она не опрокинулась за борт. Коротко всплеснулась вода. Троекратный салют на несколько мгновений заглушил звуки гимна, но скоро они снова медленно и печально зазвучали над океаном. Так повторилось еще пять раз.
Затем медленно, в такт музыке, матросы поднесли к краю кормы пурпурно-зеленый венок и на капроновых шкертиках бережно опустили его в воду. Тихо покачиваясь на волнах, он медленно удалялся от судна, пока не скрылся из виду. Гимн Союза ССР звучал и звучал, отдавая последнюю почесть своим соотечественникам. В ходовой рубке вахтенный офицер записал в журнал событий: «Широта 40 градусов северная, долгота 180 градусов восточная… Произведен ритуал захоронения шести советских моряков-подводников по морскому обычаю их страны». За кормой судна вскипел белый бурун. Оно дало ход и взяло курс на Гонолулу. В трюме судна была скрыта от посторонних глаз гигантская груда металла, которая некогда являлась частью советской дизельной ракетной подводной лодки. Впрочем, есть и другая версия. Согласно ей, тела советских моряков были захоронены на побережье Флориды…» — писала газета «Красная Звезда» 3 августа 1991 г.
Совершенно ясно, что капитан первого ранга С. Турченко и капитан 3-го ранга Ю. Гладкевич к моменту написания своей статьи не видели, не имели физической возможности видеть американское видео, запечатлевшее морское погребение членов экипажа К-129. Президент России Борис Ельцин получил эту пленку из рук директора ЦРУ Роберта Гейтса в 1992 г. В таком случае, что это за «некоторые источники», которыми опрометчиво воспользовались авторы? Просто они приняли на веру — американцы похоронили наших в соответствии с советским воинским ритуалом, и добросовестно облекли в литературную форму погребальные требования Корабельного устава ВМФ СССР. Как положено: укрытые родным флагом тела в парусине, гимн, салют, венок на воде… Авторы, между тем, могли бы получше представлять архитектуру «Хьюз Гломар Эксплорер», если действительно были допущены к подлинным материалам служебного расследования. Досадный «прокол» военных журналистов свидетельствует как раз об обратном.
«За подписью вице-адмирала Ивана Кузьмича Хурса на стол главкома ВМФ Сергея Горшкова всю третью декаду марта и весь апрель (1975 г. — авт.) ложились справки с выдержками мировых СМИ. Главкомат был поставлен перед свершившимся фактом. Хлопоты ЦРУ, хорошо потрепавшие с 1970 г. нервы советским адмиралам, судя по всему, увенчались успехом», — констатирует Николай Черкашин в документальной повести «Тайна точки «К». Несомненно, начальник Управления разведки ВМФ располагал подлинниками, включая самую первую информационную «бомбу» — номер газеты «Нью-Йорк тайме» от 19 марта 1975 г., вышедший с «шапкой» на первой полосе: «Спасательное судно ЦРУ подняло часть советской подлодки, потерянной в 1968 г., потерпев неудачу в подъеме атомных ракет». Здесь же, занимая примерно четверть полосы — фотографии таинственного судна. Их просто не может не быть в «деле» К-129. Если бы журналистам, которые сами военные моряки, в Главном штабе ВМФ хотя краем глаза дали взглянуть на эти снимки… «Хьюз Гломар Эксплорер» не эсминец и даже не крейсер, он не занимался постановкой минных заграждений и никаких рельсов на корму не проложено. И корма у «Гломара» не транцевая, а вполне «торговая», по-старомодному полукруглая. Но она не свободна. Над кормой, тремя уровнями выше главной палубы, нависает огромная, с четверть футбольного поля вертолетная площадка. Церемония прощания с подводниками проходила именно на полетной палубе. И было бы, конечно, зрелище — как наши покойники летели в океан с высоты добрых двадцати пяти метров…
