Читаем без скачивания Солнечная буря - Артур Кларк

Каждое живое существо на Земле, все, кто имел в своем организме белки и ДНК, получили бы подобные поражения. А там, где отдельные живые существа уцелеют, необратимо пострадает экология.

Юджин продолжал безжалостно рассказывать о долгосрочных проблемах.

– После того как уйдет облако, воздух будет наполнен углеродом-14 – поскольку ядра азота захватят нейтроны. Этот изотоп углерода очень радиоактивен. И даже когда, когда снова начнут работать фермы, вся эта пакость непременно попадет в пищевую цепочку. Наименее сильно пострадает жизнь в океане, но потом и там начнется вымирание…

Бад все понял. Катастрофа будет продолжать разворачиваться в обозримом будущем.

«Вот дрянь, – в отчаянии думал он. – И все это начнется через час, всего через час».

Бад, повинуясь безотчетному порыву, прикоснулся к софт-скрину и начал перелистывать изображения Земли.

Последние леса в Южной Америке, сохраняемые с таким упрямством. Соевые плантации, из-за которых эти леса вырубали. Горели и леса, и плантации. В пламени гибли памятники архитектуры, превратившиеся почти в клише: Тадж-Махал, Эйфелева башня, мост через гавань в Сиднее. Самые крупные порты сметены чудовищными штормами. Космопланы брошены на землю, будто мошки. Мосты между японскими островами, через Гибралтарский пролив, через Ла-Манш сломаны, скручены ударами мощных молний. Но даже при этом все думали, что самое страшное позади; повсюду люди ковырялись в обломках рухнувших домов и искали оставшихся в живых. Разбирали завалы и уже пытались начать все сначала. И вот на тебе. А что будет со щитом? Он ведь совсем не защищен, он наверняка будет разрушен, его подхватит шквалом, как оторванный от ветки листок.

После всего, что уже довелось пережить, это казалось так несправедливо. Будто дети играли и уже должны были победить, а потом пришел взрослый дядя и изменил правила игры.

«Но может быть, – с нелегким сердцем думал Бад, – если та чокнутая британская лейтенантша права насчет своих Первенцев, как раз это самое и случилось».

Ему вдруг захотелось оказаться рядом с Шиобэн.

«Будь она со мной, – думал он, – все бы не казалось так плохо».

Но такое желание выглядело эгоистично. На Земле, где бы сейчас ни находилась Шиобэн, ей было безопаснее, чем здесь.

Бад перевел взгляд на развешанные по стенам командного отсека софт-скрины. Посмотрел в печальные глаза Михаила. Он понимал, что эти люди смотрят на него. Даже теперь следовало не забывать о моральном духе.

– Итак, – собравшись с силами, выговорил Бад, – какие у нас есть варианты?

Михаил только покачал головой. Юджин, нервно сверкая глазами, отвел взгляд.

И тут неожиданно в разговор вступила Афина.

– У меня есть один вариант.

Бад изумленно запрокинул голову. Михаил от удивления широко раскрыл рот.

– Не волнуйся, Бад. Мне было так же плохо, когда я это поняла. Но мы выкарабкаемся, вот увидишь.

Бад обреченно воскликнул:

– Что ты несешь, Афина? Как это, интересно, мы можем из этого выкарабкаться?

– Я уже взяла на себя смелость предупредить представителей власти, – примирительно проговорила Афина. – Я связалась с администрациями президентов Евразии и Америки, а также с некоторыми лидерами Китая. Я приступила к процессу переговоров еще тогда, когда буря шла своим чередом. Бад, я не хотела отвлекать тебя. У тебя было столько дел.

Бад оторопело выдавил:

– Афина…

– Одну минутку, – вмешался Михаил. – Афина, позволь кое-что прояснить. Ты отправила свои послания с предупреждениями до того, как мы с Юджином вышли на прямую связь с Бадом. Значит, ты все это вычислила до того, как мы сообщили о наших наблюдениях за выбросом коронарной массы полковнику Туку.

– О да, – радостно отозвалась Афина. – Свои предупреждения я сделала не на основании ваших наблюдений. Ваши наблюдения только подтвердили мои теоретические прогнозы.

– Какие теоретические прогнозы? – затравленно осведомился Юджин.

Бад проворчал:

– Михаил, растолкуйте мне, что здесь происходит?

– Судя по всему, она прогнозировала шквал элементарных частиц, – озадаченно выговорил Михаил. – По всей вероятности, Афина разрабатывала свои собственные модели – и они были лучше наших – и увидела, что надвигается шквал заряженных частиц, еще в то время, когда мы этого не поняли. Вот почему ей удалось предупредить власти в то время, когда мы, засучив рукава, сражались с бурей.

– Я вообще-то очень сообразительная, между прочим, – заметила Афина без тени иронии. – Не забывайте о том, что в Солнечной системе нет существа, обладающего более плотной системой взаимосвязей и более высокой процессорной мощностью. Неудача модели Юджина, доведенной до экстремальных пределов, была вполне предсказуема. Но не стоит себя за это винить. Ты сделал все, что мог, Юджин.

Юджин заметно приободрился.

– А вот моя модель…

Бад прервал ее.

– Афина. Шутки в сторону. Скажи точно, когда именно тебе стало известно об этом выбросе? Насколько раньше, чем нам?

– О, я знаю об этом с января.

Бад задумался.

– То есть с того времени, как тебя включили.

– Я не сразу это вычислила. Какое-то время ушло на обработку заложенных в меня данных и на то, чтобы сделать выводы. Но выводы сомнений не оставляли.

– Ты долго думала? Нет, не отвечай. – Для такой умницы, как Афина, от вопроса до ответа могло запросто пройти не более нескольких микросекунд. – Так… – с трудом проговорил Бад. – Но если ты уже тогда знала об опасности, почему же нам не сказала?

Афина вздохнула – совсем как глупенькая девушка.

– Но, Бад… Что хорошего это дало бы?

Новорожденная Афина, неожиданно узнавшая о будущем больше, чем люди, ее создавшие, мгновенно столкнулась с дилеммой.

– В январе щит был уже практически завершен, – приступила к объяснениям Афина. – Его конструкция изначально предполагала защиту Земли от излучения в рамках видимой части спектра. Для защиты от шквала элементарных частиц потребовалась бы совершенно иная конструкция. А для внесения изменений уже попросту не хватало времени. А если бы я сказала вам, что вы все сделали неправильно, вы бы тогда, возможно, совсем отказались от щита – а вот это стало бы подлинной катастрофой.

– И даже сегодня ты молчала и тянула с предупреждением до тех пор, пока не стало слишком поздно. Почему, Афина?

– Опять же – потому, что в этом не было смысла, – ответила Афина. – Двадцать четыре часа назад никто не был даже уверен в том, что щит вообще сработает! Даже я в этом не была уверена. Только тогда, когда стало ясно, что щит спасет основную массу человечества, появился смысл переживать из-за шквала заряженных частиц…