Проспала она до самой полуденной остановки на обед. Перед воротами небольшого скромного постоялого двора паладин вынужден был легонько ее тряхнуть. Собственно, за прошедшее время ничего существенно не изменилось. Иден все так же спал, а девушки на противоположной скамье все так же спорили, правда, уже по поводу столичной моды и цен. Феликс не преминул тут же разбудить и сыскаря, но уже не столь деликатно. Он просто ткнул Идена локтем в бок и невозмутимо проигнорировал последовавшее возмущение.
Сыскарь выбрался из дилижанса первым и отправился договариваться об обеде для всех. Следом Тэйра подтолкнула Феликса, и тот не счел нужным сопротивляться. Он спустился и подал руку Ариане. Однако брюнетка помощь не приняла. Зато не преминула опереться на паладина Эстер, которая нагло протолкнулась между образницей и выпускницей магического университета, словно куда-то торопилась. Она не только ухватила Фела за запястье, но и, приземлившись, умудрилась положить вторую руку ему на грудь чуть левее и выше креста. И почему-то Тэйре это не понравилось.
«А у тебя и тут конкурентки появились, — протянула тень. — Смотри, уведут нашего инквизитора».
«Кому он нужен с такой профессией».
«Работа, конечно, — это недостаток, но преимущества тоже налицо. Ты этими преимуществами при каждом взгляде любуешься».
«Чем?!» — на всякий случай возмущенно уточнила образница.
«Я имела в виду всего лишь мускулатуру. А ты о чем подумала?» — хихикнула довольная потусторонняя сущность.
Тэйра замешкалась, ругаясь в очередной раз с бесплотным голосом, а Кара начала выбираться из дилижанса. И тут уж образница не упустила свой шанс. Мысленно проговаривая первые строчки запомнившейся с детства молитвы, она быстро перекрестила спину блондинки и приготовилась сбить ее с ног и повалить на землю. Девушке даже на секунду показалось, что враг наконец-то обнаружен, но в следующий момент выяснилось, что, дернувшись, Кара всего лишь отреагировала на прикосновение паладина, который самовольно придержал ее за локоть. То ли радоваться этому, то ли огорчаться…
Феликс выпустил предпоследнюю пассажирку и тут же повернулся к последней — к Тэйре. Он обхватил свою сообщницу за талию и легко спустил вниз, словно пушинку. И при этом его явно не волновало, что кто-то из сыскной группы может обернуться. Он даже руки разжал не сразу.
— Кару проверила, — шепнула образница, которая испытывала двойственные чувства — разочарование и облегчение. Но она не собиралась отступать и бросать дело на самотек.
Едва паладин отступил, Тэйра примерилась и размашисто перекрестила спины других девушек, идущих по краям дорожки и виднеющихся из-за шествующей последней к постоялому двору Кары. Но то ли расстояние было слишком велико, то ли эффект ослабился, распределившись на троих, то ли одержимая попросту смогла удержать контроль над телом… Образница с досадой дернула перевязь меча, которая и в спокойном и благодушном состоянии ее раздражала. Что еще она могла предпринять?
— Спокойно, — попросил Феликс, словно подслушав ее мысли. — Если бы с выявлением бесоватых было все так просто и однозначно, в мире совершалось бы в два раза меньше убийств. Будем надеяться, что опыт «глаз тьмы» Лайпцига поможет обнаружить отступницу. А до этого времени я постараюсь присматривать за всеми девушками.
Тэйре оставалось только согласно кивнуть. Хотя мысленно она пообещала себе на этот раз в случае ночных видений сосредоточить внимание, как бы тошно ей ни было. О том же образница строго попросила тень.
В течение нескольких следующих дней путешествие происходило обыденно и без особых происшествий. Убийств по ночам больше не было, одержимая ничем себя не выдала. Похоже, она приняла к сведению, что паладин бдит и может почувствовать новый всплеск ее активности, а потому затаилась. У Тэйры один раз получилось подкараулить Ариану и на близком расстоянии перекрестить между лопатками, пока никто не видит. Ощущала она себя при этом предательницей, так как подозревать самую близкую, несмотря на размолвки из-за ревности, подругу считала подлостью. Образница не верила в ее одержимость, но перестраховывалась, потому что не имела морального права отбросить даже один процент вероятности из ста. Реакции на проверку ожидаемо не последовало, тревога продолжала снедать девушку. Перед каждой полуночью она напряженно ждала, не возникнет ли видения, но безрезультатно. Даже тень вела себя на удивление спокойно, если не считать обычных словесных подколок. Она не рвалась верховодить, не требовала устроить для развлечения ночную прогулку, не тянула из любопытства обследовать окрестности. Однако Тэйра удовлетворенно сознавала, что темная сущность тоже заинтересовалась новой возможностью — попыткой вычислить и поймать бесоватую. Не было ни откровенных слов, ни признаний, но за эти годы образница слишком хорошо изучила неотделимую спутницу и слишком хорошо научилась ее понимать, чтобы не прийти к определенным выводам.
Пять ночей до прибытия в столицу девушки удачно селились вчетвером в одной комнате. Феликс старался устроиться поближе к ним, иногда — с возницей, иногда — четвертым или шестым к незнакомым путникам. Иден только ухмылялся, подкалывал и называл инквизитора «цепным псом». Но в общем-то не возражал, чтобы тот охранял девушек в ущерб своему комфорту. Хотя злился и становился вдвойне ехиднее, когда заставал паладина и образницу мирно беседующими где-нибудь в уединенном уголке. Ему самому не оставалось ничего другого, кроме как единолично снимать какую-нибудь коморку или ночевать внизу в общем зале на скамье, в то время как остальные имели возможность пораньше подняться наверх. Сыскарь не жаловался. Как подозревали девушки, наоборот — был доволен. Они не представляли начальника запертым, например, в номере три на три метра вдвоем с Феликсом. Если учесть, как те обычно общались и как «любили» друг друга, становилось понятно: до утра один мог бы и не дожить… без серьезных синяков и переломов. Паладин тоже это сознавал, тоже не питал приязни к Идену, а потому даже комнату на троих снять не предлагал. Покой дороже, да и отвлекать будет сыскарь от охраны, можно многого не услышать, пропустить.
Образница часто просыпалась по ночам от любого подозрительного шороха. «Подопечные» не давали ей лишний раз расслабиться. Тэйра провожала глазами спины всех трех соседок, в разное время крадущихся за ширму. Настораживалась, когда выспавшейся днем Эстер приспичивало пару раз вставать до рассвета и наблюдать у окна, как гаснут звезды. Следила за Риа, впопыхах натянув задом наперед платье, когда той однажды посреди ночи захотелось спуститься вниз в поисках воды… Так что в последней гостинице тень даже не выдержала и сделала строгий выговор. Голосом обиженной добродетели она поинтересовалась — неужели ей совсем не доверяют? И напомнила, что раньше вполне успешно заменяла будильник для экстренных случаев. После этого образница не могла определиться — то ли преисполниться благодарности за желание помочь, то ли обидеться, что высказано оно было так поздно. Терзали ее смутные подозрения, что неспроста тень тянула до последней ночи…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
