– А как ты хотел? Им есть что терять. Это голытьба может хвататься за оружие и строить баррикады на улицах. А состоятельные люди куда побегут? От садов, от возделанной земли? В золото все превратить быстро не получится. Вот и приходится приспосабливаться.
Долив чай в глубокие пиалы, Ахпа-бэ зло прошептал:
– Это они умеют. Сегодня они предали своего императора, завтра предадут нас.
Старик глотнул обжигающий напиток и засмеялся:
– Для этого наши верные наместники и нужны. Чтобы смотрели. Чтобы новых чиновников назначали. А те будут ради жирного куска стараться, за своими следить и нам доносить. Пока своих людей обучим, пусть для нас спину гнут. Постепенно заменим местный сброд преданными людьми. Как ты говорил, мы здесь остались навсегда. Пора учиться, как управлять такими большими и богатыми землями…
Кашем-хан вновь посмотрел на карту и постучал пальцем по тонкой нитке дороги, бегущей через центр провинции до столицы империи - города Ампиор.
– Меня больше волнует, как мы сумеем нанести удар в сердце врага. Мои кланы разошлись по захваченным землям. Из тридцати тысяч отобранных воинов почти десять тысяч собрано здесь, на восточной границе, на направлении возможного удара. Еще две группы по десять тысяч вышли к истокам большой реки, омывающей чужую столицу. Прикрывшись этими топкими берегами, мы идем следом за Черным Рыцарем и Атто-рэем. Их войска первыми встретятся с вражескими легионами.
– Вряд ли император успеет набрать солдат в эти легионы. Мы с тобой знаем, что там до тысячи человек разного сброда, кто пришел на службу ради почестей и денежных выплат. Большинство из них даже меч в руках держать как следует не умеют. А гвардию император запрет в городе - спасать свое изнеженное тело.
Кривой палец пробежался по карте и уткнулся в отметку столицы:
– Пусть даже так, но имперцы все равно могут успеть перебросить легионы с северной границы. Мы должны как можно быстрее ударить по пригородам и заставить императора встретиться с нашим посольством. Шесть тысяч эльфов и тысяча разведчиков Риггера не сумеют выстоять, если против них выдвинут три или четыре полновесных легиона. Необходимо идти вперед, а не грабить богатые поместья.
– Им и не надо громить все войска империи. Достаточно проверить их один раз боем и отойти. Наши двадцать тысяч сейчас в дневном переходе, а завтра встанут лагерем еще ближе. Пусть эльфы пустят кровь. Мы добьем тех, кто останется в живых после их обезумевших мечей.
Хата-хан поставил опустевшую пиалу на ковер и поправил перевязь меча:
– Пусть остроухие платят за годы унижений. Пусть проливают кровь. Я не забыл, как они бросили наших прадедов одних перед легионами империи. Чем больше этих хитрых мерзавцев погибнет, тем легче станет у меня на сердце…
Старик кивал в ответ на каждое слово:
– Это так. Каждый мертвый эльф дарит одну жизнь нашему воину. Иначе на месте мертвого оказался бы наш брат… Но надо признать, дерутся они отчаянно. Сколько крепостей и лагерей разгромили и не оставили в живых ни одного легионера. Видимо, очень сильно их обидел умерший император.
– Когда все закончится, можно поставить ему памятник,- расхохотался Ахпа-бэ.- Вместо пограничного столба, где-нибудь на холме. Эти странные люди любят высекать истуканов из мрамора. Вместо того чтобы строить надежные каменные крепости, они украшают холмы изваяниями в честь мертвых.
– Ты прав: память о предках живет среди живых, а не в мертвом камне. Но я предлагаю пока не трогать мраморных болванов, пусть стоят. Нет необходимости лишний раз злить стадо, пусть привыкает к новому хозяину без лишних обид и оскорблений. Сытая и спокойная овца дает лучшую шерсть…
Хата-хан поклонился и медленно встал:
– Пойду отдыхать. Завтра утром нас уже ждут в Альте-на-холмах. Надо отобрать из местных богачей пять-шесть посмышленей. Пусть сопровождают посольство. Их жалобное блеяние будет хорошо звучать, когда наши люди станут разговаривать с императором…
* * *
Звезды с холодным любопытством разглядывали россыпь костров под собой. Пять тысяч воинов разбили лагерь среди виноградников. Передовой отряд Орды и эльфы остановились в шести милях от высоких стен Ампиора.
Послышался звук шагов, и яркие всполохи огня осветили полированные доспехи гостя. Поприветствовав командира эльфов, Риггер устало опустился рядом и вытянул натруженные за день ноги.
– Я разослал дозоры по всей округе. Перед нами император собирает армию. Как минимум два легиона.
– Хоть десять,- равнодушно отозвался Атто-рэй.- Мы уничтожим всех. Люди должны запомнить преподанный урок: никто не может безнаказанно вторгаться в Лес у Пределов.
– Тебе есть за что мстить. А вот я хочу увидеть завтрашний закат живым. Поэтому предлагаю подождать день или два и объединить силы с Ордой. Двадцать тысяч всадников уже близко. Против такого войска не устоит ни вражеская армия, ни их столица.
– Нет. Утром подойдут мои отставшие отряды, и я соберу здесь всех воинов Леса. Больше шести тысяч истинных бойцов. Этого будет достаточно, чтобы уничтожить врага. И мы не станем ждать. Потому что, завидев конницу, легионеры вернутся в город, стараясь избежать битвы. А я собираюсь их истребить.
– Не считаясь с потерями?
– Мы исполняем свой долг,- отрезал эльф. На его белоснежных волосах плясали кровавые отблески костра.
– Ну ваше дело. Я прикрою фланги и отсеку имперскую конницу, если она попытается ударить по вас. Но штурмовать вместе с вами плотные ряды пехоты и губить впустую поредевшую тысячу не буду.
– Прикрой тылы, этого будет достаточно.
Черный Рыцарь поднялся и махнул на прощание рукой:
– До завтра. Постарайся не ввязаться в битву хотя бы первые два часа. Обоз с метательными машинами уже добрался, их должны успеть собрать к первым лучам солнца.
– Легионы начнут строиться на рассвете. Я дам им возможность вывести на поле битвы все силы, чтобы не пришлось потом искать трусов по всей округе. Два часа у тебя будет…
Риггер кивнул и растворился в ночи. В чернильной тьме далеко к югу мерцали багровые пятна пожаров: Орда для устрашения сожгла несколько городов в северо-западной провинции. Эти земли должны были остаться под властью императора, и кочевники с разрешения командиров убивали всех, кто попадался у них на пути. Выжженные земли должны были стать еще одним аргументом устрашения на предстоящих переговорах.
Завтрашняя битва станет последним тяжелым камнем, упавшим на весы будущего раздела мира. Острые мечи эльфов и собранных наспех легионов должны были либо оставить южную провинцию в составе империи, либо отдать ее новому государству, очертившему свои северные границы заревом пожаров.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
